Эмманюэль Роблес - На городских холмах

Вагоны, скользившие все быстрее и быстрее, слились в зеркале в ярко искрящуюся полосу, мелькавшую перед глазами, словно карусель. Но вот внезапно оборвался перестук колес, и в зал ворвалась слабая волна теплого воздуха, а вместе с ней и трепетный гул полей, объятых полыхающим небом, и исступленная песня далеких стрекоз. И только тогда я почувствовал, что я пленник, настоящий пленник.

Я не двигался.

Обе буфетчицы, занявшиеся мытьем стаканов, с любопытством косились на нас. Я посмотрел на Смайла, на того самого, — в зеркале, на его бледную маску Пьерро, на устало опущенные уголки губ, на его узкие плечи и признался самому себе, что это я и есть и что я попался. Буфетчица помоложе — маленькая блондинка — поглядывала на меня с таким видом, будто догадывалась, в чем тут дело, и мне вдруг почудилось, что это не она, а Моника смотрит на меня своими светлыми и грустными глазами. Но Рамани повел меня на перрон. Я послушно пошел за ним.

Едва я вышел из зала, как сверху обрушилась слепящая лавина утреннего солнца. Я вспомнил Фурнье, который вот на этом же перроне, таком же шумном в то утро, вслух размышлял о хорошей погоде и о свободе.

Другой инспектор — низенький толстый европеец со звероподобной челюстью — уже поджидал нас. Он подошел ко мне, быстрым движением схватил меня за запястье — и вот я уже скован с ним наручниками. Но по-настоящему я понял это лишь тогда, когда он двинулся вперед.

Поезд «Оран — Алжир» прибудет через час. Было жарко. Двое служащих разглядывали нас с противоположной платформы. Мне почему-то захотелось крикнуть нм что-нибудь. Я «приобщился» к Фурнье и теперь понимал всю значимость своего поступка. Но инспектор уже тащил меня к соседнему домику. Когда мы входили в него, затяжной порыв ветра, долетевший до нас с юга, рванул зелень деревьев. Над вершинами холмов веером взметнулись клубы красноватой пыли, и высокие эвкалипты вздрогнули, словно паруса, которые вот-вот наполнятся ветром. Я обернулся и широко открытыми глазами посмотрел на этот окружающий меня мир, который мне не суждено больше увидеть и который, казалось, ожил сейчас только для меня одного.

Примечания

1

Монсерра — испанский офицер, отказавшийся в 1812 году выдать своим соотечественникам-колонизаторам вождя венесуэльского народа Боливара, боровшегося за независимость своей родины. Эти события положены в основу пьесы Э. Роблеса «Монсерра». (Здесь и далее примечания переводчика).

2

Унамуно, Мигель де (1864–1936) — прогрессивный испанский философ, прозаик, поэт и драматург.

3

Организация Тодта — немецкая строительная организация, занимавшаяся строительством так называемого «Атлантического вала» на западном побережье Франции.

4

Флик — презрительная кличка полицейского.

5

Эредиа, Жозе Марна де (1842–1905) — французский поэт, известный своими стихами об античности, Востоке и средневековье.

6

Строки из революционной «Песни отправления» известного французского поэта М. Ж. Шенье (1764–1811).

7

Дуар — кочевой лагерь бедуинов.

8

Казба — алжирская часть города.

9

Герцог Орлеанский (1810–1842) — французский военачальник, командовавший частями французской армии во время завоевания Алжира в 1839–1840 годах.

10

Абд-эль-Кадер (1808–1883) — вождь алжирского народа, возглавивший национально-освободительную борьбу против французских колонизаторов.

11

Бюжо (1784–1849) — маршал Франции, активный участник завоевания Алжира. В 1840–1847 годах — генерал-губернатор Алжира.

12

«Фонтэн-дез-Оливье» (франц.) — буквально: «Фонтан у оливковых деревьев».