Уильям Тревор - Пасынки судьбы

Больше я здесь оставаться не могла. Я встала, и вслед за мной с проворством, выдававшим облегчение, поднялась тетя Пэнси.

— Сестра будет очень огорчена, и отец Килгаррифф, естественно, тоже.

— Да, и мне жаль, что я их не застала.

— Понимаете, дело в том, что мы приобрели небольшой автомобиль. И сегодня утром отец Килгаррифф с сестрой впервые на нем выехали. Вот я и волнуюсь, что пошел снег.

О тебе она говорить отказывалась. Опрометчиво, конечно, было с моей стороны ехать сюда, не списавшись с ними. «Глупенькая, влюбленная девочка», — было написано у нее на лице, хотя она и очень старалась не выдавать своих чувств.

— У меня будет от Вилли ребенок, — сказала я.

Вокруг лежали заснеженные поля, на берегу реки птицы в поисках червей долбили клювом мерзлую землю. Им было совершенно безразлично, куда я иду, что чувствую. За изгородью сгрудились овцы, жались друг к другу коровы. Я завидовала их унылому благополучию. Как и в Швейцарии, я просила у Бога прощения. Ко всем моим бедам еще и тебя здесь не оказалось, и я молила Бога хотя бы в этом отношении совершить чудо.

До деревни я дошла почти в пять вечера и, справившись в магазине насчет коркского поезда, узнала, что следующий будет только утром. Опять повалил снег, и идти пешком в Фермой было невозможно. Я могла бы вернуться в Килни, но туда мне идти не хотелось, и я зашла в пивную Суини узнать, где сдается комната на ночь.

Однорукий мужчина, который участливо пожал мне руку, узнав, что я опоздала на поезд, назвался мистером Суини и сообщил, что теперь у него есть не только пивная, но и частный гараж, недавно построенный им на пустыре по соседству со своим собственным. Он повел меня смотреть новый гараж, которым явно гордился, и рассказал, что автомобиль твои тетушки купили у него.

— Знаете, о ком я толкую? Они живут в сгоревшей усадьбе. А катать их на этой машине будет Килгаррифф. Слыхали про такого?

— Да.

— Темный человек, прости господи. А впрочем, в епископы и не такие выбиваются.

— Вы правы.

— Я смотрю, вы всех тут знаете, мисс. А вы-то сами кто будете?

— Я двоюродная сестра Вилли Квинтона. Приехала к нему из Англии. Я ведь не знала, что он уехал.

— Вот оно что!

Мы по-прежнему стояли в гараже. Снег у меня на шляпе растаял и стекал по одежде. Ноги промокли насквозь. Мистер Суини взглянул на меня, отвернулся и что-то забормотал себе под нос. А потом облизнул губы и сказал:

— Надо же, никогда бы не подумал, что это вы. Жена мне теперь голову оторвет.

И с этими словами он повел меня в пивную. Пройдя через бар, мы вошли в теплую кухню с низким потолком.

— Это двоюродная сестра Вилли Квинтона, — сказал он женщине, державшей в руке кусок мяса. — Я ей только что наш гараж показывал. А я-то ее сразу не признал — кто бы это мог быть, думаю.

По-прежнему держа в руке кусок мяса, женщина уставилась на меня, однако обратилась не ко мне, а к своему мужу.

— Сам мясо поджаришь, не развалишься! — визгливо закричала она. — Еще только четыре часа дня, а от тебя уже несет, как от пивной бочки.

Она кинулась ко мне, расстегнула мое пальто, велела снять туфли и стала ругать мужа за то, что тот по глупости решил, будто мне интересно смотреть его гараж; на самом же деле гнев миссис Суини был вызван в основном тем, что ее супруг, вместо того чтобы починить погнувшуюся подножку, напился портера.

— Дай ей рому, — посоветовал мистер Суини. — Согрей каплю рома в кастрюльке. — Он стоял у двери в луже воды, натекшей на каменный пол с его башмаков. Супруга не обратила на его слова никакого внимания.

— Пойду приготовлю вам комнату, — сказала она, узнав, в каком безвыходном положении я оказалась. — Съешьте тушеного мяса — согреетесь. Оно, правда, еще не готово. Глоток бульона не хотите?

— Нет ничего лучше горячего рома, — твердил мистер Суини. — У меня в баре есть отличный темный ром. Могу принести.

— Тебе бы только в бар лишний раз сбегать! Пошел бы лучше умылся. Другого такого лентяя свет не видывал.

В кухне была еще и служанка, которая при нашем появлении перестала чистить картошку над раковиной. Это была косая девица с впалыми щеками в просторном зеленом халате, который, по-видимому, достался ей от более дородной миссис Суини.

— А ты что болтаешься без дела?! — гаркнула на нее миссис Суини. — Наполни три грелки водой и постели незанятую постель.

— Простите, что доставила вам столько хлопот, миссис Суини.

— Разве ж это хлопоты? Просто в этой постели давно уже никто не спал.

— Скажите, а по утрам из Фермоя в Корк есть поезда?

— Ну конечно, есть. Да вы подсаживайтесь к очагу.

Я последовала ее совету и вскоре услышала, как миссис Суини за стенкой распекает своего мужа.

— Ты что, спьяну ее сюда привел? — выговаривала она ему громким, злобным шепотом. — Неужели не мог сказать, что у нас все занято? — Мистер Суини попытался было что-то возразить, но жена перебила его, обозвав дураком. — Одному Богу известно, какие байки она про нас в своей Англии насочиняет. Хотя бы сейчас думай, о чем говоришь.

Через некоторое время, когда я еще грелась у плиты, в кухню вошел мистер Дерензи. Он был явно не в восторге от того, что застал меня здесь, и не смог скрыть своего раздражения, когда я сказала, что опоздала на поезд. Позднее, когда за ужином я упомянула твое имя, он с грохотом уронил на пол нож. Мистер и миссис Суини тоже чувствовали себя как-то неловко и проявляли повышенный интерес к еде. Они внимательно разглядывали содержимое своих тарелок и изо всех сил старались поддержать разговор: в Лохе, сообщили они мне, снега не было уже пятнадцать лет. Я же, чтобы заполнить очередную паузу, рассказала, что живу в том самом городке в Дорсете, откуда родом Анна Квинтон, Мистер Дерензи, который знал об этом и раньше, молча кивнул, а мистер Суини заметил, что не вполне понимает, о ком идет речь, и я объяснила, что имею в виду Анну Квинтон, жившую во времена Великого голода.

— Духов холм назван в ее честь, мистер Суини. Это она посадила в Килни тутовый сад.

— Надо же!

Чувствуя, что эта тема их заинтересовала, я описала дом, в котором росла Анна Квинтон. Любопытно, заметила я, что и твоя мать тоже была родом из Вудкома. Но тут я запнулась, ощутив вдруг, что говорю что-то не то.

— Вот уж не думала, — сказала я, прервавшись на полуслове, — что мой двоюродный брат уедет из Килни.

Девица с впалыми щеками громко всхлипнула в рукав своего зеленого халата, за что немедленно получила нагоняй от миссис Суини, которая пояснила, что у служанки сильный насморк.

— В эту зиму у нас вся деревня переболела, — подтвердил мистер Суини, но никакого насморка у девушки не было — она просто всплакнула.

После ужина мистер Дерензи куда-то исчез, а мистер Суини пошел в бар обслуживать посетителей. Помыв посуду, миссис Суини и служанка надели высокие сапоги и отправились во двор покормить скот. Я предложила свою помощь, но миссис Суини наотрез отказалась, и я осталась сидеть в одиночестве у плиты, как вдруг в кухню вошел тот самый хромой, которого я видела сегодня утром на мельнице. И насвистывал он ту же самую мелодию.

— Я — Джон Лейси, — представился он. — Мы встречались позапрошлым летом. Помните?

— Да, конечно.

Поставив на стол кружку темного пива, он пододвинул стул и сел рядом со мной:

— Я женат на хозяйской дочке. Вам Вилли случайно не говорил? Живем через два дома отсюда. В синем коттедже.

— Вилли говорил мне, что вы поженились.

Он отхлебнул пива, вытер губы и опять засвистел.

— Знаете этот мотив? — спросил он.

— К сожалению, нет.

— Под него можно танцевать «Проказников из Меллоу».

— Понятно.

— Меллоу, кстати, отсюда недалеко.

Он опять выпил пива.

— Утром поедете в Корк?

Я сказала, что поеду, и он одобрительно кивнул. Уж не подослали ли его мистер Дерензи и чета Суини разузнать, не собираюсь ли я здесь задержаться?

— Как вы думаете, мистер Лейси, куда уехал Вилли?

Он опять сделал глоток и, не ответив на мой вопрос, спросил, не принести ли мне пива из бара, но я ответила, что пить не хочу.

— Вилли правильно сделал, что уехал, — сказал он.

Тем временем в кухню вернулись миссис Суини и служанка. Джонни Лейси тут же вскочил и стал говорить, как он рад был еще раз со мной встретиться.

— Миссис Суини, вы не знаете, как найти в Корке приют святой Фины? — спросила я, когда он ушел. — Там Джозефина работает.

Миссис Суини села к столу и стала стягивать сапоги. Девица с впалыми щеками, одетая все в тот же зеленый халат, на котором быстро таяли снежинки, гремела ведрами, споласкивая их над раковиной. Вместо того чтобы ответить на мой вопрос, миссис Суини рассказала, что снегопад усилился, а на улице стоит занесенная снегом машина, которую утром наверняка придется тащить трактором.