Дмитрий Новоселов - Бизнес-блюз

После гудка я помолчал в трубку, и он действительно перезвонил через минуту.

– Здравствуйте, с вами говорит частный детектив Апрельцев, предоставляемые нами услуги всегда отличного качества.

– Я в курсе, вчера виделись.

– А! – он узнал меня по голосу. – Вы забыли уплатить мне премию, и теперь вас замучила совесть, и вы хотите вручить мне чек?

– Что-то типа этого.

– Тогда пригласите меня на обед.

– Я знаю, где в нашем городе нищим раздают бесплатные обеды, но, нужно принести справку из собеса.

– Меня там узнают и уже не пускают.

– Короче, мне нужно, чтобы ты проследил за одним человеком.

– У меня плотный график и очередь.

– Не хами. Брошу трубку.

– Ничего не могу с собой поделать, это у меня такой юмор.

– Ты слежкой занимаешься?

– Лучше, чем кто бы то ни был.

– Что тебе для этого надо?

– Деньги, фотография объекта и место, в котором можно с ним столкнуться.

Фотографии у меня с собой не было.

– Давай завтра встретимся, – предложил я, – и все обсудим.

– За обедом.

– Давно хочу тебя спросить. Ты постоянно хочешь жрать. У тебя семьи нет что ли?

– Нет.

– А что не женишься?

– Сейчас, чтобы найти приличную девушку нужно иметь приличные деньги. Это раньше, достал из штанов пейджер и все девки твои. А теперь не на всякий «мерседес» клюют.

– Тоже верно. Значит завтра в обед.

– Созвонимся, – романтик частного сыска прервал связь. В дверь постучали. Я притаился.

– Шеф, я знаю, что ты здесь, – сказал Аркашка в замочную скважину.

Я промолчал.

– Тут люди пришли из страховой компании.

– Отправь их к Чебоксарову, – рассердился я.

– Александрович говорит, что страховкой ты должен заниматься. А он какую-то недвижимость ищет.

Мне было не до страховки.

– Отбей на завтра.

– Там москвичи.

– Отбей вместе с москвичами.

Аркашка зашаркал в глубь коридора.

Тут же на трубу позвонила Вероника, определился номер канцелярского офиса.

– Сергей Леонидович, я вышла на работу.

– Вижу.

– Вас тут ждут.

– Кто?

– Родители Кирилла.

– Через пятнадцать минут буду.

Не дают спокойно пострадать. Я спустился вниз, прогрел машину и помчался в сторону завода геофизического оборудования.

На той стороне реки из заводской трубы вылетали комки розовой ваты. Они поднимались в стратосферу и исчезали в закате.

В кабинете менеджеров сидели мужчина и женщина средних лет. Они пили чай с сухарями. Это у наших девчонок такой рефлекс, всем посетителям предлагать горячие напитки, не зависимо от того, клиенты это или, например, проверяющие. Мать Кирилла, была высокой крупной женщиной, в очках, довольно интеллигентного вида, она походила на учительницу истории выпускных классов. А, может, она просто казалась высокой из-за шиньона. Отец – полноватый лысеющий мужчина, наоборот, смахивал скорее на выездного фотографа. Они выглядели растерянными, но без признаков истерики.

Когда я сел за стол у окна и представился, мать сказала:

– Нам позвонил Кирилл и все рассказал. Он утверждает, что если мы сможем найти деньги, которые он у вас украл, то вы заберете заявление. Через каждые два слова она часто-часто моргала.

– Нам нет резона его сажать.

– О какой сумме идет речь? – спросил отец.

– Всего они похитили товара на двести тысяч рублей. Семьдесят процентов от этой суммы, по его собственному признанию, забирал Кирилл. Значит с вас сто сорок тысяч.

– Так много! – воскликнула мать.

– На самом деле, они продавали наш товар раза в два дешевле. Поэтому, получил он на руки всего тысяч семьдесят – восемьдесят.

– Все равно, это – гигантская сумма, – не унималась женщина. – Куда он мог ее потратить?

– А на что тратят деньги наркоманы?

– Он что опять начал? – спросил муж у жены.

– Я не знала.

– Как ты могла не знать? Ты же мать!

– А ты?

– Но, ты ведь с ним живешь!

У меня было такое ощущение, что они вот-вот подерутся.

– Вы можете скандалить дома, – попробовал я их успокоить.

– Мы не живем вместе лет пятнадцать, – сказала женщина.

– У меня другая семья, – подтвердил мужик.

– Это ты во всем виноват, – с ненавистью произнесла мать Кирилла. – У мальчика должен быть отец.

– Когда он пришел из армии и чуть не погиб от передозировки, я тебе предлагал деньги на лечение.

– Нам не нужны твои деньги.

– Дура.

– Что делать-то будем? – попытался я вернуть их к теме нашего разговора.

– Раз он получил на руки всего семьдесят тысяч, почему мы должны возвращать вам сто сорок? – спросила женщина.

От такой наглости и глупости я на какое-то время потерял дар речи.

– Дура, – опять произнес мужчина.

– А если бы он наш товар бесплатно раздаривал, то вы, получается, не были бы нам ничего должны? – ехидно поинтересовался я.

– Дура она.

Отец откусил сухарик, с шумом отхлебнул и произнес:

– У меня будут деньги через две недели.

– У нас всего три дня.

– За три дня нам не найти.

– Через три дня менты обязаны передать дело в следствие. А там – прокуратура, отдел по борьбе с незаконным оборотом наркотиков, или как он там теперь называется? Никто с вами церемониться не будет. Могут еще что-нибудь повесить во время ломки.

– Это все понятно, – кивнул мужик. – Но, где их взять, если нету?

– Может, мы вам что-нибудь в залог пока оставим? – подкинула умную мысль мать Кирилла. Она стала моргать еще чаще.

– Что?

– Что?

– У тебя ведь есть машина, – обратилась она к бывшему мужу.

– Машина у меня есть, – согласился он.

– Какая? – поинтересовался я.

– «Октавия». Две тысячи второго года.

«Ни фига себе», – подумал я. Его внешний вид тянул максимум на «семерку».

– Она стоит дороже ста сорока тысяч, – гордо произнес мужчина.

– Нам лишнего не надо, – перебил его я. – Предлагаю сделать так. Завтра мы оформляем машину на меня. Ездить я на ней не буду. Мало того, ключи вы можете забрать себе, но поставим тачку на нашу стоянку. Когда вы принесете деньги, мы переоформляем ее обратно на вас, и все. Срок – месяц. Если вы за это время не находите деньги, я продаю машину, возвращаю вам разницу и рву расписку.

Мужик думал минут десять, потом попросил еще раз повторить схему.

Когда звуки моего голоса проникли, наконец, в его черепную коробку, он произнес:

– Годится.

«Слава богу», – подумал я. – «С одним должником определились. Где там наша корова»?

Гости допили чай, съели еще по сухарю и ушли. Подплыла Вероника и спросила, какую премию мы решили выдать ей за бдительность. Она сгорала от нетерпения и в мечтах уже примеряла какой-нибудь праздничный наряд или даже дубленку. Я сказал, что пока не знаю. Она очень сильно во мне разочаровалась.

По дороге домой я чувствовал, что мне должно было бы быть фигово на душе, но не помнил, почему. Потом всплыл сюжет с женой и напарником, и я опять принялся терзать себе сердце.

Дома я первым делом отправился в душ. Мой пенис походил на свернувшегося в клубок маленького котенка, который целыми днями ничего не делает, только спит и даже не играет.

Если моя жена мне изменяет, то данный натюрморт может служить ей веским оправданием.

Ближе к ночи позвонили из фонда «Право» и сообщили, что фигуранты подписали все нужные бумаги.

8.

Мелодия лилась откуда-то справа. Это была песенка АББы «Money, money». Причем звучал только припев и то не до конца. Проиграет несколько секунд и начинается снова. Мне нравится АББА. Около минуты я наслаждался, потом вспомнил, что вчера Аркашка, по моей просьбе, скачал мне на телефон новый полифонический сигнал. Я нашарил трубку.

– Здравствуйте, это отец Кирилла.

На часах – шесть тридцать.

– Здравствуйте.

– Я хочу перед вами извиниться. Сегодня в восемь у нас с вами встретиться не получится.

– Почему?

– Моя жена не согласна. В смысле – вторая. Чтобы продать машину нужно согласие жены, так она ни в какую. Мне, говорит, наплевать на твоего наркомана. У нас две дочери.

Спросонья я не сразу понял о чем речь. Когда мужик повторил свою беду еще раз, я подумал, что его нынешней жене не откажешь в логике.

– Тогда мы его посадим, – сказал я как можно тверже.

– Погодите, я сегодня в течение дня что-нибудь придумаю.

– Даю вам сутки.

День опять начался с плохой новости. Я уже понемногу к этому привыкаю. Само собой вспомнились вчерашние подозрения на счет жены и партнера. Опять захотелось выпить. Так рано желание выпить просыпается во мне только с глубочайшего похмелья. Или от тоски.

Мои женщины все еще находились в плену своих девичьих снов. Я умылся, достал с полки четыре фотоальбома на триста фотографий каждый и заперся в гостевом туалете. Предстояла встреча с Апрельцевым, нужно было отдать ему снимок жены, по которому он мог бы легко ее узнать. Я сел на унитаз и принялся рассматривать эпизоды нашей совместной жизни. Главной фотомоделью в нашем портфолио была Маринка. Вот она около пирамиды, вот на берегу реки с окуньком, вот на табурете читает стихотворение Маршака. Удивительно, но жена на снимках встречалась редко и неказисто. Я изрядно намучился, прежде чем нашел достойную фотографию. Причем, что интересно, запечатлена она на ней была рядом с Чебоксаровым. Вначале я хотел «Дальтоника» отрезать, но потом решил, что, наверное, наоборот, так оно даже правильней будет.