Лилия Ким - Аня Каренина

Максим поднял на Левина глаза, и тот увидел в них… благодарность. Время и трудности научили Алексея Левина сдерживать свои эмоции. Если бы не это — он сейчас бы упал на пол и корчился от хохота.

Всем в так называемой «продвинутой тусовке» был известен прибабах родителей Максима — вылечить своего сынка от гомосексуализма. Конечно, их можно понять — хочется ведь внуков и всё такое, да и перед людьми неудобно. Поэтому вся текущая ситуация — Кити, потерянная в своём огненно-красном платье и сгорающая от зависти к подруге; Максим, с трудом сдерживающий отвращение, рядом с этой дебильной трещоткой; Аня, раздувающаяся от гордости, бросающая на Кити торжествующие взгляды, — всё это привело Левина в состояние исступлённой весёлости. Вечер, который Левин считал заранее потерянным, принял неожиданно забавный оборот.

Наконец вся компания выкатилась из дома.

Алексей Левин и Кити поехали впереди.

— Это кошмар какой-то! — Кити потирала себе виски.

— Что кошмар? — поинтересовался Левин.

— Ну всё это! Знаешь, Аня мне сказала, что Максим её сегодня увидел и сразу сказал ей, что она девушка его мечты, что он хочет на ней жениться… Просто в голове не укладывается. Я Максима видела несколько раз, и, по-моему, он совсем не такой… Но он пришёл с ней! Ничего не понимаю.

Левин улыбался. Он слышал, что неделю назад в одном ресторане папаша Максима заявил сыну, что если он не предъявит ему невесты, которая родит внуков, то может распрощаться с наследством и содержанием. Вот и ответ. А девицу Максим выбрал себе ничего — дура-дурой, такая, может, с ним всю жизнь проживёт, ни о чём не догадываясь.

— Что ж тут странного? У твоей подруги такой тип, знаешь… Ну, одним словом, есть женщины, которые многим нравятся, но ничего у них не выходит. А есть такие, которые редко, но метко. В которых с первого взгляда влюбляются, женятся и так далее. Так вот у Ани именно такой тип. Знаешь, я Максима понимаю, что-то в ней есть…

Левин сделал задумчивое лицо. Боковым зрением он видел, что Кити совсем закисла и стала похожа на старуху из пушкинской сказки «О рыбаке и рыбке». Лицо скривилось, в глазах слёзы стоят. Алексей Левин упивался этим моментом. Через некоторое время, когда Кити уже совсем была готова разрыдаться, Левин решил снять напряжение, чтобы не портить вечер.

— Кити, ну чего ты? Скоро мы с тобой махнём на Ривьеру, будем кутить по полной! Я тебя по всем модным домам Франции провезу, а? Чего ты надулась-то, глупая? Завидуешь подруге, что ли? — Левин широко улыбнулся. Пассаж был рассчитан верно.

— Ничего я ей не завидую! И вообще ходят слухи, что Максим — гей! — теперь Кити разозлилась, ей вдруг дозарезу захотелось рассказать Ане «всю правду».

Левин был в восторге, такого веселья он не ожидал.

В спортивном «BMW» Максима Аня, повернувшись к Алексею, сидевшему на заднем сиденье, взахлёб рассказывала о прослушивании.

— А эта… мама Максима…

— Мама? — Вронский посмотрел на Максима с ещё большим любопытством.

Тот достал откуда-то визитку и протянул Вронскому со словами:

— Компания «АРТ» — промоушн, реклама, шоу.

— А… — Вронский взял визитку, на которой тонкими буквами было написано: «Веселовский Максим Альбертович. Арт-директор» — и телефоны.

— Ой! Дай посмотреть! — Каренина выхватила у Алексея из рук визитку.

— Да успокойся ты! Ишь распрыгалась! Ф-ф-ф! — Максим фыркнул.

Повисла неловкая тишина.

— Как там у Варвары? — спросила Аня, снова оборачиваясь к Алексею.

— Что?…

Вронский с трудом оторвался от созерцания Максима. Почему-то подумалось: раз уж он Каренину пропихнул в «шоу-бизнес», то, может, и ему поможет?

«Ни фига себе его накатило, что у меня такой мужик!» — мелькнуло в голове у Карениной.

— А-а… У Варвары… Да полный отстой! Все напились как свиньи. Петрицкий с Ольгой в ванной закрылся. Кстати, интересно, как он там? Да в остальном — вообще полная задница! Я даже не ожидал, что так говённо всё будет.

— Понятно, — Аня чувствовала себя просто на седьмом небе.

В клубе они заняли удобное VIP-место на диване, Левин заказал кучу коктейлей и какие-то десерты. Аня напилась ещё сильнее.

Кити сидела, забившись в угол, и была мрачнее тучи.

— Все танцевать! Кити, пойдём танцевать! — Аня кричала Щербацкой в ухо.

— Не ори, дура пьяная! — Кити обернулась к Ане: — Слушай, пойдём выйдем, мне тебе надо кое-что важное сказать.

— Что? — Аня уставилась на Кити круглыми глазами, она не услышала, что её обозвали «пьяной дурой».

— Щас узнаешь, пойдём! — Щербацкая решительно встала и пошла в сторону бара. — Мы скоро вернёмся! — крикнула она Левину, стараясь переорать оглушительный музыкальный грохот.

Аня поплелась вслед за ней, хотя ей это было ужасно влом.

— Ну что? — капризно спросила она у Щербацкой, залезая на высокую барную табуретку.

— Короче, — Кити старалась говорить как можно серьёзнее. — Аня, будь с Максимом поосторожнее, ясно? Я сегодня просто в осадок выпала от твоей заявы. Всем известно, что Веселовский — гей. Понятно?

— Кто гей? — Аня уставилась на Кити как упрямый баран.

— Веселовский!

— Какой Веселовский?

— Твой Максим, дура! Он — гей! Голубой! Понятно?!

Левин смотрел в сторону бара, где сидели девицы, и ясно видел, как Кити что-то агрессивно втолковывает Карениной, а та только кривится и отрицательно мотает головой. Он не выдержал и заржал. Вронский с Максимом пропали на танцполе, девицы выясняют отношения — полный шоколад! Официантка покосилась на высокого красивого мужчину в элегантном костюме, который смеялся, запрокинув голову. Что его так развеселило? Она посмотрела прямо и увидела стриптизёршу. «А, наша суперстар… Говорили, ей не надо исполнять индийские танцы у шеста! Новаторша, блин…»

У бара продолжался разговор.

— Аня, да что ты со мной споришь? Ты его сегодня первый раз в жизни увидела, а я не первый год знаю! Он педик — это всем известно. Мне стилист мой Паша рассказывал, у них даже типа роман был!

Аня некоторое время пристально смотрела на Кити, и чем дольше смотрела, тем больше её бесила Щербацкая, вспомнились все прошлые обиды, утренняя сцена с одеждой, вообще всё-всё!

— А знаешь, Кити, — Аня прищурила глаза, — я думаю, что ты мне завидуешь! Я думаю, что тебе завидно. Да! Ты спишь со стариком из-за денег! А я встречаюсь с молодым парнем, меня мама его приняла в группу, я буду певицей! А ты просто вешалка! Поняла? Ты — ходячая вешалка! И груди у тебя нету!

Аня соскочила с табурета, оставив Кити обтекать.

— Да пошла ты со своими сиськами! Всё равно они никого не интересуют! — заорала ей вслед Кити. Бармен с интересом пытался понять, что происходит.

Щербацкая судорожно дёрнула рукой, сбросив на пол стоявшую на стойке пепельницу. В памяти промелькнуло несколько отрывков из всяческих ток-шоу на тему типа «Подруга подкинула проблем!»

Каренина бежала на танцпол искать Максима и Вронского. Она увидела обоих, мнущихся с ноги на ногу друг напротив друга. Позы обоих выражали то ли скуку, то ли нерешительность.

— Всем привет! — Аня встала между ними и принялась извиваться в какой-то шаманской пляске.

Максим улыбнулся Вронскому через её голову, Алексей, не успев подумать, тоже расплылся в улыбке. И началось полное безумие. Аня была сама не своя от счастья, Вронский с Максимом по обе стороны не отрывали глаз друг от друга.

Кити вернулась к VIP-дивану.

— Я хочу домой! — топнула ногой она.

— Сейчас пойдём, — раздражённо бросил ей Левин. — Я покурю, и поедем.

В машине он спросил у неё:

— Слушай, ты вообще веселиться умеешь? В прошлый раз какая-то бодяга, в этот раз точно такая же! У тебя же день рождения, к тебе люди пришли! Что за фигня?

Кити молчала.

— Что ты молчишь? Объясни мне — какого хрена ты мне позвонила? Чтобы истерики опять устраивать? — чем больше Левин говорил, тем больше злился. Он выпил, устал и начал терять над собой контроль.

Кити разревелась, а Алексею вдруг захотелось остановиться и вышвырнуть её из машины. Он резко нажал на тормоз. Взял было Кити за плечо. Потом подумал о двух штуках, которые вполне можно за неё получить, и ещё подумал, что если ничего не предпримет, то эта дрянь и дальше будет портить кровь окружающим. В итоге всех своих размышлений он решительно дёрнул к себе Кити и яростно поцеловал.

— Пусти! Мне больно! — вскрикнула Щербацкая.

— Поедем ко мне, — зло проговорил Левин.

— Нет! Вези меня домой!

— Слушай, ты, — Левин окончательно рассвирепел, — или ты сейчас же прекращаешь корчить обиженные рожи и изображать целку-недотрогу, или немедленно выметаешься из машины и больше мне никогда не звонишь! Поняла, дура?!

Кити почувствовала, как у неё внутри всё леденеет от ужаса. Она вдруг перестала ощущать ноги, а во рту появился отвратительный кислый привкус. Показалось, что Левин в случае отказа её убьёт. Она испуганно закивала головой.