Нурбей Гулиа - Русский декамерон, или О событиях загадочных и невероятных

Часто, запершись в своем служебном кабинете, я расклады вал, как пасьянс, на столе фотографии моего кумира и любовал ся красивейшей женщиной мира. Я мечтал, чтобы и Мерилин полюбила бы меня так же, как я - ее, и была бы верной мне - я ведь так ревновал ее! Хотя, повторяю, я отчетливо представ лял, что моего кумира в этом мире уже нет. Но ведь и Петрарка знал о том, что его Лауры тоже нет на свете, но тем не менее...

По ночам я зажмуривал глаза, представлял себе улыбающу юся Мерилин и настойчиво посылал ей сигналы:

- Мерилин, дорогая, люби меня, ты же знаешь, как я сохнупо тебе, полюби же и ты меня, где бы ты ни была! Люби только меня одного, прошу тебя, будь верной мне, только мне! Я так бы хотел надеть на тебя "пояс верности", чтобы ты была только моей!

Вот в таком нездорововлюбленном состоянии я и пребывал, когда произошло удивительное событие. Стою я както у рас писания экзаменов второго курса вечернего факультета, ищу свои группы и чувствую, что меня толкают локтем в бок. Обора чиваюсь и замираю от неожиданности - толкает меня улыба ющаяся голубоглазая красавица лет двадцати, вылитая Мери лин Монро.

- Ты из какой группы, чтото не припоминаю тебя такого! - обращается ко мне Мерилин, а так как я молчу, продолжает: - Чего, язык проглотил, что ли?

- Боже, Мерилин, неужели это ты? - только и вымолвил я.

Глаза девушки внимательно осмотрели меня и, видимо, ос мотром остались довольны.

- Трепач! - весело заметила она и медленно, покачиваябедрами, пошла прочь от расписания, видимо, рассчитывая, что я пойду за ней, но я остался на месте. Остолбенел - так это на зывается.

- Ладно, на лекциях встретимся! - обернувшись, сказаламне Мерилин.

И мы встретились. Но не на лекциях, а в тот же день - в пят ницу вечером у железнодорожной билетной кассы, где я стоял в "голове" огромной очереди. Мерилин узнала меня и броси лась на шею.

- Вот ты где, дорогой, еле нашла тебя! - целуя в щеку,радостно щебечет она. А тихо на ушко: - Возьми мне билет на Москву!

Я все понял - не хочет в очереди стоять! И озорной план вдруг созрел у меня в голове. Я взял два билета в купе между народного вагона и подошел к стоящей поодаль студентке.

- Взял, отправление через полчаса, мы - в одном купе, - радостно сообщил я ей. Она полезла в кошелек за деньгами, но я попросил спрятать деньги: - В следующий раз ты мне возьмешь!

В портфеле у меня была бутылка душистого вина "Кокур", предназначенного для встречи в Москве с моей любимой жен щиной - Тамарой, по отчеству Ивановной. Но оказалось, что бутылка всетаки пошла по ее прямому назначению. Мери лин Монро тоже оказалась... Тамарой! "Что, имен больше нет, что ли?" - поразился я. Но, узнав ее имя, решил не сдаваться и идти до победного конца.

Томочка (так я стал ее сразу же называть) удивилась, когда мы подошли к международному вагону, и это удивление усили лось, когда она узнала, что в этом вагоне удобные двухместные купе. Оказавшись со мной вдвоем, она немного утратила брава ду, стала тихой и скромной. Но "Кокур" все поставил на свои места.

Томочка осмелела, язык у нее развязался и она рассказала, что работает секретарем у главного инженера Курского завода тракторных запчастей и встречается с ним. Сейчас едет к нему в Москву.

- Он боится даже ехать вместе со мной, а в Курске мы ине встречаемся, так как он женат и она работает в обкоме партии. Дрожит, как цуцик, перед ней! - с великолепным презрением высказалась Томочка. - Старый, пятьдесят лет ему, но кобель еще тот, - вздохнула девушка, - а откажешь - ищи другую работу! А так и отпускает, когда надо, и премии выписывает...

Я вспомнил, что знаком с этим человеком - мы не раз ходили в баню одной компанией. Зовут его Василием Митрофановичем. Васей. Это мрачный, замкнутый тип, страшный матерщинник.

Однажды он помогал мне в изготовлении какогото стенда на его заводе и при мне ругал проштрафившегося начальника цеха:

- Ты, ... твою мать, почему хороший завод позоришь? Дая тебя...!

Мне нравилось, что он суров с подчиненным, так как это было в моих интересах. Но столкнуться с ним как с соперником по любви мне не хотелось бы, от мата ведь не отмоешься...

Мы выпили еще, и я решился поцеловать Томочку. Она с охо той позволила мне сделать это и отвечала на поцелуй всем те лом. Мы провели хорошую ночь и были довольны друг другом. Обратно договорились ехать тоже вместе. Она дала мне свой телефон, я же наврал, что у меня телефона нет.

В поезде Томочка рассказала мне удивительные вещи. На пример, что ей стал сниться по ночам один и тот же сон: мужчи на, похожий на меня, постоянно говорит ей о своей любви и умо ляет полюбить его тоже. Это, видимо, происходило синхронно с моими ночными любовными "посылами" Мерилин, только до ходили эти "посылы", за отсутствием самой Мерилин в этом мире, до ее "двойника" - Томочки.

Наверно, существовали и другие женщины, похожие на Ме рилин, но, видимо, ближайшей по расстоянию оказалась имен но она. Во время своих "посылов" я мысленно представлял себе образ Мерилин, и какимто телепатическим образом они пере дались территориально ближайшей женщине, соответствующей этому образу. Больше я никакого другого внятного объяснения дать этому феномену не могу.

И когда ТомочкаМерилин увидела меня у расписания, то уз нала во мне того мужчину из ее снов. Но представляла она меня не студентомвечерником, рабочим завода тракторных запчас тей (как я ей отрекомендовался), а значительным, авторитетным человеком. Так она прямо и заявила мне.

Коекак я пережил субботу и воскресенье с Тамарой Ива новной, которая не могла не заметить перемены во мне, а об ратный путь в Курск провел опять с моей Мерилин.

Мы стали встречаться с Томочкой и в Курске на квартире у моего приятеля. Я любил ее как ожившую Мерилин и даже звал ее "Мэри". Она же, не вполне освоив мое трудное имя, называла меня просто "Котя". Я чувствовал, что она любит меня нежно и чувственно.

А в начале семестра мы неожиданно встретились у входа в поточную аудиторию.

- Привет! - крикнула Томочка и кинулась мне на шею.

Студенты странно посмотрели на нас, а я не знал, как себя и повести. Кивнув ей, я быстро занял место у доски, а она, оша рашенная, села на передний ряд. Я начал лекцию. В перерыве она подошла ко мне и спросила:

- Теперь тебя на "вы" называть? Зачем наврал, что студент?Мне ответить было нечего.

- Я позвоню тебе! - тихо сказал я и отошел в сторону.

Узнав, что я ее преподаватель ("молодой доктор наук", как меня называли в институте) Томочка "зауважала" меня еще больше.

Примерно раз в месяц по пятницам она ездила в Москву на встречу со своим "старцем" Васей. Он останавливался у сво его друга, и Томочка приезжала туда. А сопровождал ее туда и провожал обратно в двухместном купе, конечно же, я.

И если "старец" боялся встречаться со своей юной пассией в Курске, то я не был таким трусом. Иногда, хотя бы раз в неде лю, я уговаривал Томочку прогулять занятия и встретиться со мной у моего приятеля. Этот приятель, преподаватель с моей кафед ры, жил у своей подруги, а его однокомнатная квартира пусто вала. Вот он и давал мне ключи от нее.

Конечно же, в "маленьком" Курске все тут же стало всем известно. Всем, кроме моей жены Лили, хотя я этого боялся да леко не в той степени, как наш Митрофаныч. А тут вдруг мне - "повестка" в баню.

Периодически, по той или иной причине - дня рождения, повышения, выхода в отпуск, праздников - наша компания ходила в баню. В компанию кроме меня входили наш прорек тор, паратройка заведующих кафедрами, инструктор обкома партии и Митрофаныч.

С некоторым страхом я пожимал руку Митрофанычу. Но тот ничем себя не выдал. Мы парились, делали массаж друг другу, выпивали пиво и коечто покрепче, и у меня уже отлегло от души. Но тут я, в свой черед, лег на каменное ложе для массажа и меня взялся массировать Митрофаныч. Спину он мне промассиро вал нормально, и я перевернулся лицом к нему. Он промассиро вал ноги, подобрался к животу, груди, шее. И вдруг я чувствую быстрый зажим горла. Руки тут же разжались, но через пару секунд опять сдавили мне горло.

- Вась, ты что, оборзел, что ли? - тихо спросил я его.

- Брось Тамару! - так же тихо, но зловещим тоном ответил мне "старец", - ты же, гад, женат!

- От такого слышу, - шепчу я ему, - ты сам, что ли, холостой?

Так мы во время массажа и не договорились. Но потом, когда мы "врезали" еще по "ершу", я отвел "старца" подальше и "про мыл ему мозги".

- Слушай, Вася, ты что хочешь, чтобы девчонка была только с тобой, ты же ее отца старше! Другое дело, если вы поже нитесь, но этим же и не пахнет! Да и встречаетесь вы нечасто, это не жизнь. Я - твой спаситель, если ты чтото понимаешь.

Я вакуум в ее жизни заполняю. А ведь его может заполнить ее ровесник, жених, и тогда хана тебе! Ты мне водку должен ста вить за то, что я сохраняю сложившийся статускво. Перевести на русский?

Митрофаныч молча выслушал меня и вздохнул.

- Люблю я ее, не знаю, что и делать! Убил бы жену, но грехабоюсь, а развестись не могу - она же меня раздавит. Что мне делать? - этот суровый и некрасивый, как граф Жоффрей из "Анжелики", человек тихо заплакал.