Олег Рой - Ромео стоит умереть

Трудно выбирать между дружбой и любовью. Нет, это даже совершенно невозможно. Любой вариант превращает тебя в предателя. Что бы ты ни выбрал, ты проиграешь. Таков суровый закон реальности.

— Нам надо поговорить, — тихо сказал ей Олег после завтрака, пока Юля отошла помыть чашку.

Алиса кивнула. Поговорить о чем? О ее безобразном поведении? Да, она виновата, сто раз виновата, но зачем же говорить об этом…

Весь учебный день Алиса провела как на иголках, поддалась на подначивания Никиной коалиции и заработала минус три балла.

Наконец занятия закончились.

«Через пятнадцать минут справа от крыльца», — пришло сообщение на мобильный. Алиса взглянула на Олега, который, стоя всего в шаге от нее, невозмутимо убирал в карман свой телефон. Очевидно, Волков не хотел привлекать внимание Юли. Интересно почему. Не потому ли, что они все же встречаются?..

Девушка вышла из здания и подставила разгоряченное лицо холодному ветру. Как хорошо стоять, закрыв глаза, оставив за спиной волнения и вздорные мысли. Как хорошо чувствовать себя свободной. Кажется, поднимешься сейчас на носочки — и полетишь, подхваченная порывом ветра.

— Алиса…

Она нехотя открыла глаза, возвращаясь к реальности.

— Пройдемся?

Девушка кивнула.

Они вместе вышли за калитку и двинулись по улице среди немногочисленных прохожих. Потом Олег свернул в какой-то тупик, где не было людей, остановился и повернулся к Алисе.

— Я хотел поговорить о Юле…

Алиса почувствовала разочарование. Почему-то она думала, что разговор пойдет об их отношениях, и надеялась на это, и опасалась этого…

— Хорошо, — кивнула она, стараясь выглядеть невозмутимо. — И что именно тебя тревожит?..

— А ты не догадываешься? — Волков разглядывал ее, немного прищурившись.

Неужели он откуда-то знает о тех странных снах? Или Олег тоже общался с коллекционером по поводу украденного флакона?..

— Ты о чем? Говори поконкретнее, — тем не менее попросила она, предоставив ему начинать партию.

— Вот об этом.

Олег достал планшет, который всегда был у него под рукой, и протянул Алисе.

Девушка взяла. На экране оказался скан страницы, взятой, кажется, из старинной книги на странном английском, староанглийском, должно быть. Но как поняла Панова, иллюстрация была к пьесе «Ромео и Джульетта». На балконе в классической позе, прижимая руки к груди, стояла красивая темноволосая девушка. Не узнать ее было невозможно.

— Ты хочешь сказать… — пробормотала Алиса и запнулась.

— Да, это Юля Красицкая, если ты не узнала, — сухо ответил Олег.

— Но… не понимаю… — Алиса увеличила изображение и принялась внимательно разглядывать страницу. — Это стилизация, да?

— Нет. Это скан одного старинного английского издания. Оригинал можно найти в Оксфорде, в музее искусства и археологии.

— Неужели так бывает! — удивилась Алиса. — Эта девушка на картинке — точная Юлина копия!

— Это еще не все. — Олег загадочно улыбнулся. — Перелистни-ка страницу.

Алиса провела по уголку экрана, страница перевернулась, и на следующем книжном развороте Джульетта и Ромео оказались изображены вместе. У Ромео было гордое красивое лицо… показавшееся девушке смутно знакомым.

— Представь, что ему лет на десять-пятнадцать больше, — предложил наблюдающий за ее реакцией Волков.

— Не может быть! — выдохнула Алиса.

— Вот и я тоже сначала удивился… Пойдем куда-нибудь в кафе, хватит торчать на ветру. — Олег взял все еще не пришедшую в себя от изумления девушку под локоть и повел между домами к небольшой полупустой кафешке.

Они выбрали место подальше от других, в углу зала, заказали кофе и по куску пирога.

— Нужно рассказать о том, что ты узнал, Кришу, — сказала Алиса, когда ей принесли большую чашку капучино, о которую девушка принялась греть озябшие на ветру пальцы.

Олег усмехнулся.

— Он знает.

— То есть?! — Алиса вздрогнула и едва не опрокинула на себя кофе.

— То есть он прекрасно знает про Ромео и Джульетту и, если до сих пор ничего не рассказал тебе, значит, ведет какую-то свою игру. А тебя использует вслепую. Ты же для него просила разузнать про тот антикварный флакон?..

— Нет! Криш не такой!

— Он знал о Юле. Если не с самого начала, то уже некоторое время. Я уверен, он и сейчас знает гораздо больше, чем мы.

Девушка опустила голову — каждое слово Волкова ранило.

— Но, наверное, он… он просто не мог нам рассказать! — возразила она, судорожно ища в голове объяснения действиям Криша.

— Чтобы сохранить наш покой, — хмыкнул Олег. — Криш всегда такой деликатный!.. Ты, конечно, можешь сколько угодно его оправдывать, но я считаю, у него есть свои планы, и наш замечательный куратор не хочет, чтобы мы о них узнали.

Оба замолчали.

Принесли десерт, но аппетит у Алисы уже пропал, и даже источающий пряно-сладкий аромат корицы пирог вызывал теперь у девушки лишь отвращение.

Криш… их поцелуй на крыше… его руки, греющие ее… все то, что между ними было, и то, что уже никогда не случится… Как же это больно!

«Наверняка все можно объяснить. Он просто не хотел тревожить меня понапрасну…» — мелькнула в голове мысль.

И тут Алиса поймала сочувственный взгляд Волкова, ударивший под дых даже сильнее, чем предательство Криша. Она не нуждается в сочувствии! Она не нуждается в любви. Она — кошка, гуляющая сама по себе. Чудовище, полюбить которое нельзя.

— Извини, наверное, я был слишком груб… — Олег тоже не притронулся к своему пирогу.

Алиса с трудом вдохнула. Легкие казались ей тяжелой металлической конструкцией. Наверное, там, внутри, сломался какой-то клапан, и вся система вышла из строя.

— Нет, все в порядке. Я в порядке. — Она поднесла ко рту чашку — не для того, чтобы отпить кофе, а для того, чтобы скрыть невольную болезненную гримасу. — Ты поступил правильно, когда рассказал мне об этом… Но не о том речь. Нам нужно понять, что происходит, и спасти Юлю. Ей действительно угрожает серьезная опасность. Я знаю…

14. Разоблачение

Олег поймал Артема Макарова после семинара.

— Пойдем поговорим.

Макаров пожал плечами:

— Пойдем. У тебя опять научный интерес?.. Всё к тому же? Не получилось, да?..

Они вышли из здания академии и устроились в тихом уголке, где, как Олег точно знал, не было записывающих устройств.

— До твоих высот мне, определенно, очень далеко. — Волков сел на торчащий кусок арматуры и поудобнее пристроил свою трость. — Ты, говорят, в последнее время много практиковался и кое-чего достиг.

— Кто говорит? Руководитель семинара?

Тёма остался стоять и возвышался теперь над Олегом, так что тому приходилось смотреть снизу вверх.

— Нет, он пока еще не знает обо всех твоих успехах… — Волков сделал многозначительную паузу.

Артем заметно напрягся, даже уши у него покраснели.

— Ты это о чем? Ты что, все же решил меня заложить?!

— Нет, не решил… — Олег покачал головой, разглядывая парня. Симпатичный, обаятельный, но уж слишком неуверенный в себе… как раз такими удобнее всего манипулировать. А зря он так. Наверняка Жанне Тёма нравился просто так и без всяких подарков. — Но мне от тебя кое-что нужно…

— Сколько? — на лице Тёмы появилась презрительная гримаса.

— Я не о деньгах. И я знаю про кубок…

Он, конечно, блефовал, не был уверен, что к краже кубка причастен именно Макаров, но большинство фактов говорило именно об этом. Кто лучше всех разбирается с электроникой? Артем. И деньги у него появились как раз после кражи, а ведь они не от родителей: все на курсе уже знали, что Макаровы живут очень небогато.

В общем, рискнуть стоило. И риск оправдался.

Макаров дернулся, а потом сразу как-то обмяк и тяжело опустился на кусок трубы рядом с Олегом.

— И что тебе нужно? — спросил он тихо, даже не пытаясь отрицать.

Значит, попал. Прямо в яблочко.

— Правду. Всего лишь правду. Тебе же станет легче. Тебе же давно хотелось выговориться, ведь так? Ты ведь нормальный пацан, а не какой-нибудь вор-рецидивист…

Тёма сидел, низко опустив голову.

— Ну? — напомнил о себе Олег. — И не считай, что я из пустого любопытства спрашиваю. Твой поступок может очень навредить одному хорошему человеку. А я даю шанс если не исправить содеянное, то хотя бы частично искупить свою вину. Хорошее предложение, подумай.

Макаров еще помолчал, глядя куда-то себе под ноги, а потом заговорил — тихо и словно механически:

— Я не хотел красть. Я знал, что это плохо… Но так получилось… Он убедил меня…

— Он? — переспросил Олег.

— Да, Роман… Роман Антонович. Он позвал меня как-то остаться после репетиции… поговорить об образе Ромео. Мы пошли в кафе… Он очень интересно говорил… а еще угощал меня вином. Говорил, что настоящий Ромео не гнушался хорошего вина…