Келли Линк - Все это очень странно

В коридоре Джаспер принялся изучать схему отеля, изо всех сил прислушиваясь — что делает таинственный постоялец, сопевший за одной из соседних дверей? Но слышалась только музыка, очень отдаленная. В конце концов Джаспер решил ориентироваться на нее и углубился в лабиринт лестниц, дверей и холлов. Краешком глаза он все время видел непонятное существо, которое чуть не сбил на дороге в отель, — оно кралось рядом, сутулое, безволосое, злое. И вдобавок горело. Желто-красные язычки холодного пламени курчавились у него на спине, как шерсть, и падали на ковер. Бабушка, семенившая где-то сзади, аккуратно сметала их веничком в совок. «Вывели бы пса-то, — услышал Джаспер ее голос, — не приучен ведь совсем к дому». Где-то наверху со скрипом открылась дверь, громко хлопнула и опять открылась.

В зале накрыли новый столик на двоих. Джаспер сел спиной к камину. Мистер Доннер танцевал с грузной женщиной в красном. По стене двигались длинные черные тени гостей, на лицах играли красные блики. На кого бы Джаспер ни посмотрел, все отводили взгляд. Но он был уверен — его рассматривали. Зря он не принял душ. Или хотя бы не причесался.

Жар от камина грел затылок, уютный треск и посвистывание дров навевали дремоту, но ледяной сквозняк из открытых дверей холодил висок и щеку. Джаспер наполовину мерз, наполовину горел. Может, вернуться в номер? Нет, там примерно то же самое: холодные сырые простыни, а между ними липкая теплая Серена. Джаспер представил глухие стены комнатки и содрогнулся. Нет, лучше уж сидеть здесь, между камином и распахнутыми окнами.

В ближайшем окне, будто в рамке, была гора — тупоконечная и кривая, как сточенный зуб. По склону ползла цепь огоньков. Джаспер заметил, что гости внимательно следят за ними.

Откуда-то из-за камина появился официант и стал накрывать еще один стол. Поставил семь приборов, снова исчез. Джаспер перевел взгляд на гору в окне, посчитал огоньки на склоне. Язык опять потянулся к сломанному зубу. Музыканты наяривали на инструментах, танцоры двигались все быстрее и быстрее, стуча каблуками по паркету, вертясь и извиваясь, как пламя в камине.

В зал вошла Серена. На ней было черное облегающее платье и безвкусные фиолетовые колготки. Волосы вымыты, синяк на лбу замазан тональным кремом. Лицо под слоем пудры стало нежно-белым, как слоновая кость. На губах дурацкая ярко-красная помада. «Чтоб вкуснее поцеловать тебя, дорогая», — сказал кто-то из гостей.

Джаспер встал и отодвинул ей стул.

— Ты замечательно выглядишь, — сказал он.

— А ты дерьмово, — заявила она, подождав, пока Джаспер ее усадит. — Как твой зуб? Всё болит? Ты есть можешь?

— Не знаю. Вот вина выпью с удовольствием.

Серена положила ему на лоб прохладную ладошку.

— Бедный зайчик! Ты весь горишь.

Мистер Доннер вышел из круга танцующих. Взял стул от накрытого для семерых стола и присел к Джасперу с Сереной. Он тяжело дышал, изо рта язычками сырого теплого пламени вырывался пар.

— Как вам комната, подходящая? — спросил он.

— Прекрасная комната, — Серена протянула руки к камину поверх скатерти. — Как здорово — живой огонь!

«Чтобы повкуснее зажарить тебя, дорогая», — подумал Джаспер и снова тронул языком зуб.

— Из каких мест приехали ваши гости? — спросил он.

— Вот первое блюдо несут, — сказал мистер Доннер. — Официант поставил перед ними тарелки с густым красным супом и налил вина в бокалы. — Некоторые — очень издалека. Мы каждый год собираемся. Празднуем победу человеческого духа в стихийных бедствиях и сложных ситуациях. Мы все путешественники — кто-то прошел по опасным местам, кто-то выжил в неудачной экспедиции или в кораблекрушении. Есть тут вдовы, вдовцы и сироты, уцелевшие после катастроф и рухнувших браков. Это 143-й Бал Выживших.

— Как интересно, — сказал Джаспер.

Серена ерзала на высоком стуле.

— У вас такое знакомое лицо, — сказала она мистеру Доннеру. — Мы уже где-то виделись?

— С кем только мы не видимся — множество людей встречаешь, когда ездишь, — он глотнул из бокала. — Сейчас мы ждем еще одну партию гостей. Опаздывают немного.

— И поэтому окна открыты?

— Да, мы надеемся, что они услышали оркестр. Музыка лучше всего подбадривает людей. Только бы им удалось спуститься без новых несчастий.

— Вы о пропавших альпинистах, да? — спросила Серена.

— Их было двадцать три, — сказал Джаспер. — А приборов принесли семь.

Мистер Доннер пожал плечами.

— Попробуйте суп, мистер Тадд.

Джаспер съел ложечку. Суп оказался теплый, очень соленый и обжигал горло перцем.

— Я просто умираю с голоду, — Серена вскоре показала им пустую тарелку. — У Джаспера зуб раскололся, но он боится идти к врачу.

— Да нет, всё нормально, — сказал Джаспер. — Я подожду до Окленда. — Он тут же представил себе оклендского стоматолога — добродушный дяденька в возрасте, с тщательно подстриженными усами и мягкими ручками. Добрый доктор, который до сих пор делает обезболивание веселящим газом. А может, зуб сам вырастет.

На второе были большие куски жареного мяса, какое-то зеленое желе и морковь с тростниковым сахаром. Густой душистый пар ударил в нос Джасперу. Он порезал морковь и принялся есть ее ложкой.

— Вообще-то я не очень проголодался, — сказал он.

— После ужина, — сказал мистер Доннер, — мы сядем у камина и будем рассказывать разные истории, случаи из жизни. Надеюсь, вам нравится слушать такие рассказы.

— Страшные истории! — воскликнула Серена. — Прямо как в скаутском лагере! Я всегда любила ходить на костер!

Официант снова налил вина в бокал Джаспера. Он не помнил, как осушил его. «Чтобы лучше выпить тебя, дорогая», — пробормотал сломанный зуб. Джаспера не отпускало какое-то странное, подозрительное чувство, инстинкт подсказывал — лучше уехать. Или хотя бы подняться в номер и лечь спать. Но там его опять ждет темнота и душная тяжесть тоннеля, ну, в лучшем случае гробоподобная комнатка без окон с унылой продавленной кроватью. Джаспер сделал еще глоток из бокала, чтобы хоть как-то подкрепить себя. Оркестр заиграл новую песню. Кажется, что-то очень знакомое. Может быть, «Осенние листья». А может быть, гимн.

— Вы давно путешествуете вместе? — спросил мистер Доннер.

— Вовсе нет, — рассмеялась Серена. — Мы познакомились три дня назад в баре, в Квинстауне. Мы с Джаспером оба путешествуем вокруг света, только в противоположные стороны. Я уже заканчиваю, в следующий вторник лечу на Гавайи, потом должна вернуться домой. А у Джаспера это только вторая остановка.

— Я, наверно, вернусь с тобой домой, в Америку, — сказал Джаспер.

— Не говори глупостей, — махнула рукой Серена, но ее нога под столом скользнула между его ступней и дружелюбно толкнулась. — Я всю жизнь стараюсь быть подальше от дома, подальше и подольше. Да и дома у меня больше никакого нет. Сгорел.

— Как это грустно, — сказал, улыбаясь, мистер Доннер.

— Да нет, — сжала губы Серена. — Я сама его сожгла, только не люблю об этом говорить.

Джаспер смотрел через стол на свою спутницу, которую встретил в баре три дня назад. Разве она похожа на девушку, способную сжечь собственный дом? Хотя он с трудом представлял, как может выглядеть такая девушка. Как называется цвет помады? Глупое такое название… что-то вроде «Скушай меня» или «Рубиновая смерть», или «Пурпурное наслаждение». А может, «Пожарная машина».

— Что? — сказала Серена. — Все еще хочешь вернуться со мной домой? — и провела ладонью ему по ноге, слегка сжимая колено. — Джаспер не из тех, кто заранее что-то планирует. Он вообще не предусмотрительный — ни в дороге, ни при случайных знакомствах в барах. Надо быть осторожнее, горе ты луковое, — обернулась она к Джасперу, — вдруг я оказалась бы с приветом? Но нет, он совершенный раздолбай. Зато везучий. Например, заполнил бланк в турагентстве и выиграл кругосветное путешествие.

— Вот как? Да вы счастливчик, — сказал мистер Доннер.

На тарелке у Серены осталось только лужица растаявшего желе.

— Когда Джаспер рассказывал мне эту историю с выигрышем, я думала, это фишка, специально чтобы клеить девушек. Там такой вопрос был: «Почему вы хотите объехать нашу планету?» И он написал: «Если насквозь не пройдешь, придется в обход»! Умора, правда?

— Правда, — сказал Джаспер, стараясь говорить внятно. — Грустно, но правда.

Серена улыбнулась ему.

— А мне вот совсем не на что жаловаться. С Джаспером ездить классно! Он мне подарил динозаврика. Стегозаврика. Спасибо, Джаспер!

— Да не за что.

Джаспер очень хотел сказать что-нибудь важное, интересное, объяснить, как для него на самом деле важно это путешествие, что он знает, — если долго ехать, однажды в конце концов попадешь в замечательное, волшебное, самое красивое на свете место.