Ольга Ляшенко - Собиратель чемоданов

10. Вспомнив о гармошке, Упендра замолчал, и вскоре звуки его любимой мелодии наполнили комнату. При этом Чемодаса с самым невозмутимым видом продолжал возиться с автомобилем.[93]

Но не успел отзвучать первый такт, как раздался громкий стук снизу.

— Это сосед, — испуганно сказал Коллекционер. — Сейчас сюда явится.

— Добро пожаловать, — дружелюбно отозвался Упендра.

Коллекционеру было ужасно неловко просить его не играть, но ничего другого не оставалось.

— Видите ли, — начал он, покраснев до ушей, — если говорить обо мне, то я от вашей музыки получаю просто неземное наслаждение. Я бы вас просил играть еще и еще, если бы только не мой сосед. К сожалению, он — человек преклонных лет, у него свои причуды.

— Вполне вас понимаю, у самого на Луне был сосед с причудами, — сказал Упендра. — Как вспомню, так и вздрогну. Между нами говоря, из-за него-то мне и пришлось согласиться на эту командировку.

— Наши земные обычаи требуют по мере возможности учитывать пожелания окружающих, — продолжал Коллекционер, — Если мы не будем этого делать, нас могут осудить.

— У нас с этим не лучше, — сказал Упендра. — Мы вообще друг другу ни в чем не отказываем. А попробуй только отказать — тут же задержат и осудят. Не беда! Так уж и быть, поделимся с ним берушами. Здесь на всех хватит.

— Боюсь, что он не захочет ими воспользоваться, — сказал Коллекционер.

— Чего же он хочет? — изумился Упендра.

В это время позвонили в дверь.

— Это он, — обреченно произнес Коллекционер.

Выйдя из комнаты, он плотно затворил за собой дверь.

11. Как всегда, он принес своему соседу самые глубокие извинения.

— Ничего, ничего, — сказал тот. — Я ведь понимаю, ваше дело молодое. Сам когда-то был молодым. А мое дело стариковское, вы уж меня тоже поймите. Вот доживете до моих лет, узнаете. Счастливо оставаться.

И он уже было повернулся, чтобы уйти, но вдруг остановился и хлопнул себя по карману.

— Чуть не запамятовал! Объявленьице не вы давали?

Коллекционер обмер.

— Какое объявление?

— Мол, любое вознаграждение тому, кто найдет ключи и доставит по адресу. Мне-то вознаграждения не надо, я их вам и так отдам, по-соседски. Какое уж мне вознаграждение на старости лет? Для меня теперь одно вознаграждение — это тишина и покой. Вы только ключики свои опишите для порядка, и точную цифру назовите, сколько их у вас там было общим числом.

Коллекционер без заминки сказал, сколько было ключей, и начал по порядку описывать их приметы.

— Достаточно, — остановил его сосед. — Я уж и так вижу, что ваши, — и достал из кармана всю связку.

Коллекционер стоял как вкопанный и молча смотрел на ключи.

— А я как прочел объявление, так сразу и давай припоминать, у кого это я много чемоданов видел. И только вас вспомнил, гляжу — а и адрес ваш, и фамилия ваша. Вот так и догадался.

— Спасибо, — только и смог вымолвить Коллекционер.

И сосед ушел, пообещав еще наведаться.

12. «Ну, вот и все, — подумал Коллекционер. — Теперь все позади».

Однако он не помчался стремглав к своей коллекции, не бросился перед ней на колени, наощупь выбирая в связке ключ от белого чемодана. Он тихо вошел в комнату и тихо повесил связку на обычное место, решив про себя: «Открою позже, когда буду один».

— Ну, что? Договорились с соседом? — спросил Упендра.

— Не беспокойтесь, я все уладил, — ответил Стяжаев. — Я думаю вот о чем: что если нам после чая совершить небольшую прогулку? Вы могли бы лучше ознакомиться с земными условиями, а заодно захватить свой инструмент и поиграть на свежем воздухе. Я бы с удовольствием послушал.

Он нарочно придумал эту хитрость, чтобы не сталкивать соседа с лунными жителями.

— Неплохая идея, — сказал Упендра. — А кому не нравится, те пускай остаются дома.

13. — Скажите, здесь поблизости случайно нет какой-нибудь свалки? — вдруг спросил Чемодаса.

— Есть, — сказал Коллекционер, — и совсем недалеко.

— Отлично! Тогда у меня к вам будет одна просьба. Мне нужен кусок какого-нибудь материала, желательно поплотнее, типа дерматина, диаметром примерно с ваше лицо, но можно чуть пошире. На свалках такие материалы обычно встречаются.

— Разумеется, мы подберем, — охотно согласился Коллекционер.

Но тут запротестовал Упендра.

— Послушай, нельзя ли обойтись без поручений?

— Почему? — искренне удивился Чемодаса. — Вы же все равно гуляете. Какая вам разница?

— Разница такая, что мы хотим гулять как приличные люди, а не как два старьевщика.

— Просто так гулять неинтересно, — возразил Чемодаса. — От бесцельной прогулки вы не получите никакого удовольствия.

— Нечего сказать, большое удовольствие — рыться в помойках! — возмутился Упендра. — Если хочешь знать, то сама прогулка и есть цель. От прогулок улучшается аппетит, восстанавливается сон, укрепляются нервы. Кстати, почему бы тебе самому не прогуляться? Заодно и подыскал бы все что тебе нужно.

— Рад бы, да не могу, — сказал Чемодаса. — Сам видишь, дел невпроворот.

— Мне кажется, мы легко сможем совместить приятное с полезным, — вмешался Коллекционер. — Я и сам во время прогулок иной раз зайду на свалку — и ничего. Там даже бывает живописно.

О том, что добрая половина его чемоданов была оттуда, он умолчал.

— Ну, не знаю, — сдался Упендра. — Возможно, ваши свалки, действительно, лучше. Ладно, пойдем посмотрим.

Когда Коллекционер вышел из комнаты, чтобы надеть плащ, Чемодаса сердито сказал Упендре:

— Кто тебя дергал за язык? Чуть все не испортил!

— Лучше скажи, что ты задумал? Зачем это тебе понадобился дерматин?

— Хочу Стасу сюрприз сделать. Он ляжет спать, а я незаметно подкрадусь и вырежу его портрет.

— А-а! Так бы сразу и сказал.

СОБРАНИЕ ВТОРОЕ

Книга IX. (1-я Луны)

1. Постепенно жизнь вошла в колею. Дни шли за днями, полные трудов и забот, а страхи, тревоги и сомнения не то чтобы совсем пропали, но как бы отошли на задний план.

Коллекционер больше не опаздывал на работу. Правда он стал еще более замкнутым, и случалось, Виолетта Юрьевна за весь день не слышала от него ни слова. Постепенно к ней перешла вся его нагрузка, она заметно похудела и тоже замкнулась. Директор, сколько ни пытался ее расспрашивать, так ничего и не добился. Она знай только щелкала своей кнопкой и хмурилась, глядя в сторону. Тогда директор про себя подумал: «И что я вечно лезу куда не просят? Не маленькие, сами разберутся», — после чего оставил их в покое и занялся своими прямыми обязанностями.

Каждое утро после чая Чемодаса вручал Коллекционеру список покупок и выдавал деньги из ящика, согласно калькуляции. Прочесть список было не так-то просто. Главная трудность состояла не в том, что читать приходилось через самую сильную лупу, и даже не в том, чтобы не потерять список, а в расшифровке. Поначалу на это уходил чуть ли не весь рабочий день. Ведь Чемодаса с известных пор стал писать справа налево, а буквы ставить вверх ногами. Но со временем Коллекционер настолько привык к его руке, что уже с трудом разбирал другие бумаги.

2. Однако прочесть список было только полдела. Чтобы точно выполнить задание, надо было успеть посетить несколько магазинов, расположенных в разных концах города и, что самое неприятное, работающих каждый по своему режиму. Например, магазин «Химические реактивы» находился прямо в их доме, на первом этаже, так что, казалось бы, разумнее всего было заходить туда в самом конце, чтобы не разъезжать по городу с горючими и взрывоопасными веществами. Но в этом магазине был самый короткий рабочий день — с одиннадцати до пяти, а обеденный перерыв совпадал с перерывом в патентном бюро. С другой стороны, «Детский мир» и «Тысяча мелочей», расположенные по соседству с бюро, были открыты допоздна. Но именно под вечер там, как правило, собирались очереди, самые дефицитные товары на прилавках кончались, а на склад за ними идти уже никто не хотел.

А магазины «Сделай сам» и «Стройматериалы» вообще не имели четкого графика, к тому же то и дело закрывались в связи с учетом и меняли свои адреса.

Но со временем, отработав четкие маршруты и максимально используя дневное время, Коллекционер научился преодолевать все препятствия. Домой он возвращался нагруженный двумя тяжелыми сумками и, дополнительно к ним, большим количеством пакетов, наполненных гвоздями, спичками, клейкой лентой, нитками, картоном, пластилином и прочими необходимыми предметами и материалами.

3. В отличие от Чемодасы, Упендра не делал никаких заказов, а Коллекционеру так хотелось купить что-нибудь лично для него. Но он не знал, что выбрать.