Дэнни Уоллес - Человек-да

я, как ни пытался, не в силах был усмотреть взаимосвязь между этим его заявлением и тем, о чем мы только что

говорили.

— Э... даже не знаю, что сказать, — произнес я. — Полагаю, наиболее уместно спросить: в самом деле?

Брайан откинулся на спинку стула.

— Иисус. Христос. Бодхисатва. Имам Махди. Кришна. Майтрея. Называй его как угодно. Но да, это он. Во

всяком случае, по мнению некоторых.

— И... какое это имеет отношение ко мне? — спросил я как можно учтивее, поскольку, как неожиданно

выяснилось, никогда не знаешь, где может сидеть Христос.

— По моим данным, Майтрея, как мы будем называть его, живет в пакистано-индусской общине на Брик-

лейн с девятнадцатого июля тысяча девятьсот семьдесят седьмого года. Он — тот, кого называют Мудрецом.

Явился сюда, чтобы надзирать и учить. Он проповедует справедливость, призывает делиться благами.

Я поразмыслил над словами Брайана.

— Он вел себя довольно тихо, — сказал я. — Не как проповедник.

— Нет, Дэнни, это ложное впечатление. По всей видимости, он уже лет двадцать пять ведет активную

работу среди нас вместе с несколькими другими Мудрецами. И те Мудрецы учат людей, влияют на их судьбы и

меняют мир.

— И... как они это делают?

— Я до этого еще дойду. Но, по словам знающих людей, примерно восемнадцать с половиной миллионов

лет назад на Землю с таких планет, как Венера, прибыли существа, которые были призваны помочь нам

основать нашу цивилизацию...

— Позволь, я тебя перебью, — попросил я, но, как оказалось, остановить Брайана было невозможно.

— Я не говорю, что я верю в это, Дэнни. Просто так принято считать. Эти существа живут среди нас,

должно быть, уже целое тысячелетие. Сначала они обитали в глухих уголках Земли — например, в Гималаях, в

Скалистых горах, в пустыне Гоби, в Андах — и проявляли заботу о нас издалека. А теперь учителя вроде

Майтреи, как утверждают, живут среди нас. Один есть в Нью-Йорке, один — в Женеве, один — в

Дарджилинге, один — в Токио. Ну и в Лондоне, конечно, есть один.

— Ну да, — сказал я, сам не понимая, с чем соглашаюсь. — И ты говоришь, что я с ним встретился?

— Нет, — возразил Брайан. — Я говорю, что некоторые сказали бы, что ты, возможно, встретился с ним.

— Но почему именно я?

Брайан пожал плечами.

— Почему бы нет? Я еще раз подчеркиваю: я не говорю, что верю во все это. Однако в его существование

верят во всем мире, и доказательство тому следующее: в тысяча девятьсот восемьдесять четвертом году было

обещано, что Майтрея явится перед международной прессой. Журналисты со всего мира прибыли, чтобы

услышать мудрые слова Великого. Все издания прислали своих представителей — и «Телеграф», и «Обсервер»,

и «Сан», буквально все.

— Куда?

Брайан вскинул брови и развел руками.

— В ресторан «Нью-Клифтон Бенгали».

Ну и ну.

— Сюда? — изумленно уточнил я. — Это было здесь?

— Не совсем. Ресторан «Нью-Клифтон Бенгали» раньше находился на Уэнтуорт-стрит.

— А-а.

— А теперь он здесь.

Ну, это не одно и то же.

— Почему Майтрея решил явиться народу именно в бенгальском ресторане в восточном районе Лондона?

— спросил я.

— Не знаю, — несколько раздраженно отмахнулся Брайан от моего вопроса, будто это первое, о чем его

всегда спрашивают. — Как бы то ни было, журналисты были уверены, что Майтрея явится им и донесет свое

пророчество миру.

— И что это было за пророчество?

— Ну... вообще-то он не явился, так что никто не знает.

Мне стало интересно, почему Брайан настоял, чтобы

мы встретились в ресторане «Нью-Клифтон Бенгали», который даже был не тем самым рестораном «Нью-

Клифтон Бенгали», куда двадцать лет назад не соизволил явиться какой-то человек. Ведь существуют

миллионы мест, которые даже не являются тем самым местом, куда не явился кто-то двадцать лет назад.

Например, моя квартира или Бристоль.

— Как бы то ни было, позже было сообщено, что Майтрея, не явившийся в ресторан «Нью-Клифтон

Бенгали» по причине того, что это было неподходящее время, продолжает работать здесь, на Земле,

осуществляя надзор за развитием... — Брайан ткнул пальцем в меня, — ...темных людишек.

Я не знал, радоваться мне или обижаться. С одной стороны, было приятно, что Майтрея, если он и впрямь

существует, в тот вечер выбрал своим учеником меня. В то же время мне было досадно, что из всех людей,

живущих сегодня в Лондоне, он счел меня наименее развитым. Но в это было трудно поверить. И я решил

уличить Брайана во лжи.

— Так... если Майтрея живет на Брик-лейн, почему бы нам не навестить его? Давай сходим, поздороваемся,

ну а я посмотрю, тот ли это мужик.

— Я не знаю его адреса. — Брайан пожал плечами, разрывая на две половинки наан30. — Его квартира

находится над каким-то магазином и возле храма, но это все, что мне известно. Честно говоря, я не большой

специалист в этой области. Однако... я хотел бы познакомить тебя кое с кем, с одним человеком...

Было б здорово, если бы Брайан в это самое мгновение показал бы на дверь за моей спиной, заиграла бы

бойкая музыка, и Майтрея собственной персоной вошел бы в ресторан, взмахом руки приветствуя всех

присутствующих, будто бы собравшихся на некое спиритическое ток-шоу. Но никто не вошел, и я

почувствовал себя немного обманутым, — как, очевидно, те журналисты в 1984 году.

— ...по имени Пит, — провозгласил Брайан.

— Пит?

— Пит. Он иногда тусуется с нами и хорошо разбирается в таких вещах. Все, что мне известно о Майтрее, я

узнал от него.

— Очевидно, по-твоему, мне следует встретиться с Питом? — спросил я.

— Да, — сказал Брайан.

В тот вечер я покинул ресторан в несколько растрепанных чувствах. Я не был убежден, что человек, с

которым я познакомился в автобусе в тот вечер, действительно был Майтреей. Правда, у него была борода, как

у Майтреи, и, как и последний, он тоже был учителем, хотя Майтрея слыл «Всемирным учителем» (что, на мой

взгляд, дело не простое — одних оценок сколько надо наставить). С другой стороны, в Лондоне полно

бородатых учителей, так почему же Брайан так уверен, что фраза, сказанная мне моим попутчиком, — это

Божественная мудрость, которая до той минуты мне была просто неведома?

Тем не менее я разрешил Брайану сообщить мои координаты Питу, и мне было велено ожидать телефонного

звонка на следующей неделе, после того, как Пит «наведет обо мне справки».

Я прибыл на вечеринку, организованную инженером Робертом, ровно в восемь часов.

Как ни странно, веселье уже было в самом разгаре. Гости толпились на кухне и на лестничной площадке, кто-

то уже уходил. Так просто не должно быть. Когда я устраиваю вечеринку и говорю гостям прийти в восемь, то

обычно первые полтора часа компанию мне составляет только миска орехов. А тут вон что. Полный дом гостей.

И квартирка-то какая крутая.

— Милое местечко, Роберт, — восхищенно произнес я. Мне почему-то всегда представлялось, что Роберт

живет на съемочной площадке передачи «Войны роботов». Однако нет. У него определенно был вкус. И

чувство стиля.

— Это берлога моего брата.

Тогда ясно.

Мы с Робертом прошли в гостиную. Там тоже были гости — сидели кружком на стульях, принесенных из

столовой.

— Знакомьтесь, это Дэнни.

— Всем привет, — поздоровался я.

— Привет, — ответили мне.

Роберт сел, я последовал его примеру.

— Итак, — сказал он. — Факты.

Черт. Совсем забыл, что нужно было откопать какой-нибудь интересный факт. Что я знаю? Что мне известно

из того, о чем не знают все остальные? Чем озадачить незнакомых людей? Я и не подозревал, что это будет

так... официально.

— Я начинаю! — вызвалась девушка по имени Рози. — Крик ревуна разносится на десять миль окрест.

Она выглядела очень довольной собой, и вся компания разразилась одобрительными возгласами.

— А я и не знал, — сказал кто-то. Все покачали головами.

Вот те на! Мне придется придумать нечто сенсационное, чтобы составить конкуренцию этой девушке.

— Ладно, теперь моя очередь, — заявил парень справа от нее.

Проклятье. А я-то что скажу? Что я знаю? Мне известно множество любопытных фактов... о львах, о

вертолетах... но что это за факты?

— Национальный флаг Италии разработал Наполеон Бонапарт.

— В самом деле? — выразили удивление двое или трое из присутствующих. Парень энергично кивнул,

будто он выяснил это в ходе собственной исследовательской экспедиции.