Братья - Чен Да

— Сын, неужели это настолько срочно, что не может подождать? — резко спросил отец.

— Мне немедленно нужна от тебя специальная директива, чтобы спасти мисс Йю.

— Сын, боюсь, что это не так просто.

— Ты же знаешь, отец. Она просто козел отпущения. А кроме того, она — гражданка Гонконга, ее права защищены международным правом. Вы не должны ничего с ней делать.

— Мне нужно проверить это в Министерстве государственной безопасности. — Отец потянулся к телефону.

— Нет, отец, на это нет времени. Я прошу тебя оказать мне услугу. Освободи ее и отправь домой. Ты можешь запретить ей снова вернуться, но не наноси ей вреда. Она — мой преподаватель, мой друг и твой тоже, отец. Мы должны защитить ее.

— Позволь мне подумать об этом сегодня вечером.

— Сегодня вечером будет слишком поздно. Пожалуйста, скажи мне, где ее держат.

Отец глубоко вздохнул:

— Она находится на пути в Ксинджиан.

— Китайская Сибирь?

— Я ничего не могу сделать прямо сейчас. Это был приказ самого Хэн Ту.

— Но ведь он прислушивается к тебе, не так ли?

Отец выглядел обеспокоенным.

— Ты не понимаешь.

— Я очень разочарован в тебе, отец, — сказал я печально и ушел. Я попросил своего водителя отвезти меня в пекинское отделение полиции. Там я лично встретился с его начальником, но он также не мог освободить мисс Йю, сказав, что грузовик к настоящему времени уже был в Хубэе. Оставалось единственное, что можно было сделать.

Я помчался домой и вошел в кабинет отца. Там в ящике лежала личная нефритовая печать офицера армии высшего ранга. Воспользовавшись канцелярской бумагой отца, я аккуратно написал письмо, а затем скрепил его печатью. Я быстро осмотрел свою работу. Для неискушенного глаза письмо могло легко сойти за отцовское, потому что с юных лет я подражал его манере письма, плавному южному травяному стилю. Я отправился на поиски военного грузовика. Несколько часов спустя мой лимузин, наконец, догнал пыльную машину. Водитель развернул наш автомобиль перед грузовиком, вынуждая транспортное средство прижаться к обочине. Я выпрыгнул из машины, держа в руках официальный приказ от главнокомандующего. Сначала солдаты проигнорировали меня.

— Вы знаете, кто я? — кричал я. — И знаете, что держу в руке?

Это заинтересовало их. Они изучили документ, затем мое лицо.

— Если вы не передадите мне эту заключенную, мой отец, главнокомандующий, отдаст вас под трибунал!

Водитель прочитал бумагу. Узнав знакомую печать, он свернул документ, положил его в карман и неохотно выдал мне заключенную.

Мисс Йю выглядела серьезной и задумчивой. В ее глазах не было страха, хотя казалось, что она постарела. Я обнял ее, но она словно остолбенела. Я быстро втолкнул ее в лимузин и повез к вокзалу, откуда шли поезда в Гуанчжоу. Оттуда до Гонконга было рукой подать. Но на ближайшее время поезда не было. Наступила ночь. Теперь мисс Йю горько плакала. Она попросила, чтобы я отослал водителя. На заднем сиденье автомобиля она разделась, потом медленно сняла с меня желтый свитер и расстегнула молнию на штанах.

Сначала я был потрясен, а затем возбудился. Ее груди были полными и упругими, а кожа подобна шелку. Она положила свои соски мне в рот, и я с жадностью стал сосать их. Сердце пульсировало от сильного желания, и я чувствовал, что мой пах сейчас взорвется. Мисс Йю привлекла меня к себе. Я скользнул глубоко в нее, а потом она села верхом на меня, издавая такие стоны, как будто умирала. Мы оба закричали. Мисс Йю пристроила свою голову под моим подбородком и глубоко вздохнула. Я запустил пальцы в ее волосы и прижал к себе.

После того как мы восстановили дыхание, она зашевелилась и прошептала:

— Теперь ты — мужчина.

— Это нормально, если студент любит своего преподавателя?

— Ты больше не мой студент. — Она нежно поцеловала меня.

— Я так долго любил вас. — Я погладил ее груди. — Мне жаль, что вы должны уехать.

— Ну давай, любимый, заставь меня снова кричать. — Слова из ее сладкого рта вызывали головокружение. Я любил ее снова с еще большей страстью. Наш оргазм был так долог, что она чуть не опоздала на поезд. Быстро одевшись, мы подбежали к платформе, затем обнялись. Она поднялась в вагон, поезд отошел от станции и исчез в ночи.

ГЛАВА 15

У меня в висках пульсировало от сильной головной боли, а стенки желудка, казалось, слиплись вместе, настолько я был голоден. Должно быть, я проспал весьма продолжительное время. Кровать скрипнула, когда я повернулся. Мой затуманенный взор различил человека, сидящего на стуле напротив меня. Вокруг нас были высокие стены, выкрашенные в белый цвет, и совсем не было окон.

— Кто вы? — Я искоса посмотрел на человека и осторожно оглядел его военную форму.

— Это не важно. Разве вы не рады, что остались живы?

— Думаю, да. Кто вам дал приказ спасти меня?

— Я не знаю.

— Где мой медальон?

— Не знаю. Подпишите это, — приказал человек и протянул мне папку с единственным листом бумаги.

— Что это?

— Соглашение. Больше ничего не спрашивайте. Я объясню позже.

Я долго и решительно смотрел на таинственного человека, а затем, вытянув правую руку, подписал бумагу.

— Я все еще заключенный?

— С этого времени вы будете работать на нас.

— Какую работу я должен выполнять? — спросил я.

— Достойную, — ответил человек.

— А что, если я не захочу работать на вас?

— Вы должны нам вашу жизнь. У меня есть постоянно действующий приказ Верховного суда казнить вас в любое время и в любом месте. Также вы только что отдали свою жизнь в залог нашему делу и подписались под этим, поклявшись молчать относительно предстоящей работы.

— Какое утешение узнать это!

— Сарказм не приветствуется. — Он вытащил свое оружие из кобуры и положил его на стол рядом с собой.

— Почему бы вам просто не убить меня? — закричал я.

— Я мог бы. — Человек небрежно выпустил две пули в потолок. Выстрелы отдались громким эхом. — А теперь, юноша, давай поговорим о нашей работе. Только что у тебя началась новая жизнь. Мы скоро уедем.

— Куда я отправлюсь?

— На остров номер девять.

Наша яхта рассекала синие воды Тихого океана, направляясь в морскую даль. Ветер обдувал мою кожу, делая ее неподвижной подобно воску, но запах океана освежил меня. Я больше не утруждал себя вопросами о таинственной жизни, ожидающей меня впереди. Знал, что человек, управляющий судном, на них не ответит. Я просто хотел жить, потому что знал цену жизни.

После продолжительного путешествия по спокойным водам показался маленький каменистый остров, сверкающий на фоне ярко-желтого заката. Судно замедлило ход и вошло в изолированный док, скрытый среди старых деревьев. Молодой солдат провел меня к кирпичному зданию, похожему на барак, где меня встретил средних лет офицер с короткой стрижкой. Он сделал мне знак, чтобы я сел.

— Я — сержант Ла, твой личный наставник, — сказал офицер. — Это особое подразделение китайских спецслужб, которое называется «Джиан Дао», что означает «Острый кинжал», о существовании которого знают немногие. С настоящего времени ты — один из нас. За пределами этого острова ты ни с кем не должен делиться знаниями, которые получишь здесь и когда-нибудь унесешь их с собой в могилу. — Он сделал паузу, после чего продолжил: — Это место окружено водными ямами и водоворотами мощных океанских подводных течений. Наши «Острые кинжалы» разбросаны по всему миру. В твоих интересах следовать нашему кодексу тайны. Каждый курсант здесь обучается индивидуально, согласно его способностям и, конечно, потенциалу. Тебе будут преподавать все аспекты твоей новой жизни и все формы боев без правил. Ты будешь учиться, чтобы уметь обращаться с лучшим и самым современным оружием в действии. Когда-нибудь, когда ты будешь готов, ты станешь неоценимым сотрудником для твоего руководителя.