Майкл Ридпат - Все продается

Эти глаза я уже видел.

— Ирвин, вы знакомы с Джо, — продолжал Кэш. — Джо Финлей — Пол Марри. Вы еще не встречались, не так ли? Джо распоряжается нашим портфелем американских корпораций.

Я молча пожал неохотно протянутую мне руку. Джо тоже не произнес ни слова. По его взгляду нельзя было сказать, что он узнал меня. По его взгляду вообще ничего нельзя было сказать.

— Вы нашли общий язык? — спросил Кэш. — Пол, теперь ты удовлетворен?

Мне пришлось заставить себя отвечать.

— Да, спасибо. Встреча была очень полезной. Я весьма признателен вам, мистер Пайпер, за то, что вы уделили мне столько времени.

Под натиском оживленной болтовни Кэша раздражение Пайпера испарилось.

— Не за что. Надеюсь, вы поймете, что «Таити» — это поистине выгоднейшая возможность для инвесторов.

— Это точно, — подтвердил Кэш. — А Пол обычно не упускает такой возможности. Пойдем куда-нибудь. Еще не поздно.

С Пайпером мы расстались в вестибюле. Едва мы переступили порог отеля, как Кэш бросился на середину проезжей части ловить такси. Джо закурил сигарету. Он уловил мой взгляд и неохотно протянул мне пачку. Я покачал головой. За ту минуту, что потребовалась Кэшу, чтобы остановить машину, мы не произнесли ни слова. Я чувствовал какую-то неловкость.

— «Биарриц!» — крикнул Кэш водителю.

— «Биарриц» — это что? — спросил я Кэша, садясь в такси.

— Это бар шампанского, — ответил он. — Тебе понравится. Там будет много трейдеров из «Блумфилд Вайс». Тебе представится редкая возможность познакомиться с ними.

Одно из правил Хамилтона гласило: «Никогда не знакомься с трейдерами». Пусть с ними работают сейлсмены. Чем меньше о тебе знают, тем менее вероятно, что кто-то сумеет воспользоваться твоими слабостями. Но я был рад возможности узнать побольше о Джо. Машина остановилась перед светофором, водитель повернулся к заднему сиденью и, глядя на Джо, сказал:

— Вы не умеете читать?

Вся машина была обклеена плакатиками с надписью «Не курить». Джо, не сводя взгляда с водителя, глубоко затянулся и выдохнул облако дыма. Водитель был крупным толстяком. Он вышел из себя.

— Мистер, у вас не все дома? Я спросил, вы не умеете читать?

Со стороны Джо не последовало никакой реакции.

— Джо, погаси, пожалуйста, сигарету, будь добр, — негромко попросил Кэш.

По-прежнему никакой реакции.

Загорелся зеленый свет, и водитель, включая сцепление, отвернулся от нас.

— Если вы не погасите эту мерзость, ищите другую машину.

Джо медленно оторвал сигарету от губ. Я заметил, что Кэш немного успокоился. Джо подержал сигарету перед собой, его тонкие губы чуть заметно растянулись в улыбке, потом он подался вперед и горящим концом воткнул сигарету в толстую шею таксиста.

— … твою мать! — заорал таксист, сворачивая к тротуару. Джо быстро открыл дверцу, спрыгнул на тротуар, тут же остановил другую машину и сел в нее. Кэш и я поспешили за ним, а водитель первой машины, раскачиваясь и хватаясь рукой за обожженную шею, вопил благим матом.

— Что он так разошелся? — спросил второй таксист.

— Сумасшедший, — с легкой улыбкой пояснил Джо.

До «Биаррица» мы ехали молча. В переполненном баре было сильно накурено. Черно-белые квадраты пола, хромированный металл бара, мебель «ар нуво». Кэш подтолкнул нас к столу, за которым уже сидели несколько трейдеров, занимающихся еврооблигациями. Тех, кто торгует еврооблигациями, узнаешь сразу. Они могут быть высокими и коротышками, толстяками и тощими, старыми и молодыми, но все они взвинчены до предела. Глаза у них постоянно бегают, они взрываются смехом и через несколько секунд мрачно замолкают. Многие преждевременно поседели. Молодые мужчины с лицами, изборожденными старческими морщинами.

На столе стояли уже три пустых бутылки «Боллинжера». Начался процесс расслабления. Кэш поочередно представил меня каждому трейдеру. Я поймал на себе несколько подозрительных взглядов. Продавцы ценных бумаг относятся к своим «покупателям» не менее настороженно, чем те — к продавцам. Впрочем, в ту минуту все развлекались, и никто из них не собирался позволить мне испортить им настроение. Кэша приветствовали дружеским похлопыванием по спине. С Джо здоровались кивками.

К счастью, перед этой сворой я не остался без защиты. Кэш сначала усадил меня, а потом без разговоров занял соседнее кресло. Я был ему благодарен. Трейдеры, то и дело срываясь на крик, обсуждали и переживали свои проблемы, а я наклонился с Кэшу.

— Тебе часто приходится иметь дело с этими парнями?

— Не часто, по приходится, — ответил Кэш. — Для меня важно поддерживать хорошие отношения не только с покупателями, но и с продавцами.

Я отпил глоток шампанского.

— Объясни, что произошло в такси? — спросил я.

— Это в духе Джо, — ответил Кэш, одним глотком наполовину осушив бокал. — Он — человек со странностями. С большими странностями. Когда на него находит, лучше отойти в сторону.

— Могу себе представить, — согласился я. — Но на работе он не такой?

— Кажется, из коллег он пока не покалечил никого, — сказал Кэш, — разве только себя самого.

— Что ты имеешь в виду?

— Помню, как-то он играл на повышение двадцатью миллионами десятипроцентных европейских. Джо сидел в глубокой яме, но на рынке курс этих облигаций медленно поднимался. Примерно час он не сводил глаз с экрана, туда поступала информация «Телерейт», и ждал, когда курс поднимется до уровня, который был нужен его клиенту. Тогда Джо мог бы выпутаться без прибыли, но и без убытка. А потом изображение на экране застыло. Что-то сломалось в интерфейсе или в терминале. Я наблюдал за Джо. Он не вскрикнул, не выругался, вообще не издал ни звука. На его лице нельзя было прочесть ничего. Потом он встал и кулаком с размаху ударил по экрану. Здорово повредил запястье. А после этого он взял телефонную трубку, продал свой пакет с убытком и ушел. С руки капала кровь, а он вроде бы ничего не замечал.

Говорят, он служил в армии, точнее, в войсках специального назначения, — продолжал Кэш. — Однажды в Северной Ирландии он застрелил невооруженного шестнадцатилетнего мальчишку. Тогда так и не удалось доказать, знал он, что мальчишка не вооружен, или не знал. Но вскоре Джо демобилизовался.

— Как же он попал в «Блумфилд Вайс»?

— Видишь ли, его принял один бывший американский морской пехотинец. Наверно, думал, что нашел родственную душу. Он у нас работает уже больше четырех лет.

— И как работает?

— Хорошо. Очень хорошо. Лучший на «стрите». Никому не хочется иметь с ним дело, но приходится. У него очень острый ум и великолепный нюх. Но я стараюсь держать клиентов подальше от него.

— Кроме меня? — уточнил я.

— Да, прошу прощения. — Кэш сделал еще один большой глоток и подался ко мне. — Итак, ты сказал, что у тебя есть срочное дело. Что за дело? О чем ты хотел поговорить?

Я посвятил Кэша в суть моего разговора с Боуэном, юрисконсультом «Блумфилд Вайс».

Кэш слушал меня внимательно. Когда я замолчал, он негромко присвистнул сквозь зубы.

— Будь поосторожней. Этот Боуэн — очень въедливый сукин сын. Он так просто не отстанет.

— Кэш, что тебе известно о расследовании? — спросил я.

— Ничего не известно, — ответил он невинным тоном школьника, пойманного с пачкой сигарет в кармане.

— Перестань, что-то ты должен знать, — настаивал я. — Для кого ты скупал эти облигации? Ведь не для ДГБ, не так ли? Наверняка для кого-то другого.

— О чем ты. Пол? Ты же понимаешь, я не могу тебе этого сказать.

— Чепуха. Можешь, конечно, можешь. Дело серьезное. Ты знаешь, кто скупил акции «Джипсам» еще до того, как было объявлено о поглощении компании?

— Послушай, Пол, я действительно очень хотел бы тебе помочь, — все тем же невинным голосом сказал Кэш. — Но ты же представляешь себе, как делаются такие дела. Я не знаю, что курс акций поднимается. Я даже не знаю, для кого мы покупаем облигации. С нами имеет дело другой посредник.

Я сдался. Кэш был профессиональным лгуном. Он врал днем и ночью, и чем удачнее оказывалось это вранье, тем больше ему платили. Он не собирался ничего мне рассказывать, это было совершенно очевидно. Я даже понятия не имел, скрывает ли он от меня только личность покупателя ценных бумаг «Джипсам» или нечто большее.

Какое-то время мы молча наблюдали за веселившимися трейдерами. Те чувствовали себя уже вполне раскованно. В разговорах они перешли от облигаций к женщинам и своим сплетням.

Джо встал и пошатываясь направился к нам с Кэшем. В принципе я хотел поговорить с ним, но теперь одно его соседство заставляло меня нервничать. Джо был непредсказуем и опасен.

— Развлекаетесь? — спросил он, не сводя остекленевшего взгляда с моего лица.

Он был заметно пьян. Язык у него пока не заплетался, но говорил он очень медленно, отделяя слово от слова.