Никола Юн - Всё на свете (ЛП)

— Я не умею плавать, — напоминаю я ему.

— Небольшое утопление никому не повредит, — говорит парень, который однажды предупредил меня, что океан беспощаден и безжалостен.

Он хватает меня за руку, и мы вместе бежим к утесу. Вблизи камни выглядят, как твердая черная губка. Они острые под моими ногами, и некоторое время уходит на то, чтобы найти место для каждого шага, но мы наконец-то добираемся до вершины.

Олли не терпится прыгнуть. Он даже не останавливается, чтобы насладиться видом.

— Вместе? — спрашивает он, глядя вниз на пенящуюся воду.

— В следующий раз, — говорю я.

Он кивает.

— Я прыгну первым. Не позволю тебе утонуть. — Он подпрыгивает на месте, а потом ухает вниз и выполняет сальто прежде, чем войти в воду. Через несколько секунд он появляется на поверхности и машет мне. Я машу в ответ, а затем закрываю глаза, чтобы оценить свою ситуацию, потому что прыжки с утеса кажутся поворотным моментом, который стоит немного обдумать. Странно, но я обнаруживаю, что мне не хочется думать слишком много. Мне, как и Олли, просто хочется прыгнуть. Отыскиваю лицо Олли в воде и вижу, что он мне машет. Учитывая то, что может таиться в моем будущем, прыжки с утеса совсем не кажутся страшными.

РУКОВОДСТВО ПО ПРЫЖКАМ С УТЕСА

ЗАК

Вернувшись в отель, Олли звонит из нашего номера своему другу Заку. Полчаса спустя тот оказывается у нашей двери.

У Зака темная коричневая кожа, невероятные дреды и улыбка, которая слишком большая для его лица. Он сразу начинает играть на воображаемой гитаре и петь песню, которую я не знаю. Олли улыбается от уха до уха. Зак сильно дергает головой, пока "играет", и его волосы отбивают такт вместе с "музыкой".

— Зак! — говорит Олли и притягивает его в объятия. Они громко хлопают друг друга по спине.

— Теперь я Захария.

— С каких это пор? — спрашивает Олли.

— С тех пор, как решил стать богом рока. Захария это как…

— Мессия, — вставляю я, понимая смысл его шутки.

— Точно! Твоя девушка умнее тебя.

Я краснею и вижу, что Олли тоже покраснел.

— Ну, это мило, — говорит Зак, посмеиваясь и перебирая струны воображаемой гитары. Его смех напоминает мне Карлу — естественный, немного громкий и полный веселья. В этот момент я отчаянно по ней скучаю.

Олли поворачивается ко мне.

— Мэдди, это Зак.

— Захария.

— Чувак, я не буду тебя так называть. Зак, это Мэдди.

Зак берет меня за руку и быстро целует ее.

— Потрясающе с тобой познакомиться, Мэдди. Я много о тебе слышал, но не думал, что ты настоящая.

— Все нормально, — говорю я, изучая руку в том месте, где он ее поцеловал. — В некоторые дни так и есть.

Он снова очень громко смеется, и я обнаруживаю, что смеюсь вместе с ним.

— Замечательно, — прерывает Олли. — Давайте двигаться дальше. Здесь есть Локо Моко с именем Мэдди на нем.

Локо Моко это горка риса, поверх которой лежит мясная котлета, потом подливка, а потом два жареных яйца. Зак ведет нас в ресторан гавайской кухни на поздний ланч. Мы садимся за столик снаружи, океан находится всего в нескольких сотнях футов от нас.

— Это место самое лучшее, — говорит Зак. — Здесь едят все местные.

— Ты уже рассказал родителям? — спрашивает Олли между приемом пищи.

— Насчет моего желания стать рок-звездой или насчет того, что я гей?

— О том и о том.

— Неа.

— Почувствуешь себя лучше, когда все откроется.

— Не сомневаюсь, но уровень сложности немного высок.

Зак смотрит на меня.

— Мои родители верят только в три вещи: семья, образование и упорная работа. Под "семьей" я имею в виду одного мужчину, одну женщину, двух детей и собаку. Под "образованием" я имею в виду четыре года в колледже, а под "упорной работой" — никакого искусства. Или надежд. Или мечты стать рок-звездой.

Он снова смотрит на Олли, и сейчас взгляд его карих глаз стал намного серьезнее, чем прежде.

— Как я скажу своим родителям, что их сын-первенец хочет быть афро-американским Фредди Меркьюри?

— Они, должно быть, подозревают, — говорю я. — По крайней мере, насчет желания стать рок-звездой. Твои волосы имеют четыре разных оттенка красного.

— Они думают, что это такая стадия.

— Ты мог бы написать им песню.

Он взрывается смехом.

— Ты мне нравишься, — говорит он.

— Ты мне тоже, — отвечаю я. — Ты мог бы назвать песню "Это яблоко упало очень, очень, очень далеко от яблони".

— Я даже не уверен, что я яблоко, — говорит, посмеиваясь, Зак.

— Вы ребята веселые, — говорит Олли, практически улыбаясь, но очевидно думая о чем-то своем. — Чувак, дай мне свой телефон, — говорит он Заку.

Зак дает ему телефон, и Олли сразу же начинает печатать.

— Что с тобой происходит? Отец все еще ведет себя, как ублюдок?

— А ты думал, это изменится? — Он не поднимает взгляда с телефона.

— Думаю, нет, — говорит Зак неуверенно. Насколько хорошо он знает семью Олли? Его отец намного хуже простого ублюдка.

— А что насчет тебя, Мэдди? Что не так с твоими родителями?

— Есть только я и мама.

— Все равно. Должно быть, с ней что-то не так.

Моя мама, мама. Я едва думала о ней. Она, должно быть, с ума сходит от беспокойства.

— Ну, думаю со всеми что-то не так, да? Но моя мама умная и сильная, и всегда ставит меня на первое место.

Знаю, что поразила их, потому что никто не говорит.

Олли поднимает взгляд с телефона Зака.

— Ты должна сказать ей, что с тобой все в порядке, Мэд.

Он протягивает мне телефон и удаляется в уборную.

От: Мадлен Ф.Уиттер

Кому: [email protected]

Тема: (без темы)

Моя дочь у тебя? Она в порядке?

От: Мадлен Ф.Уиттер

Кому: [email protected]

Тема: (без темы)

Я знаю, что она с тобой. Ты не понимаешь, насколько она больна. Верни ее домой.

От: Мадлен Ф.Уиттер

Кому: [email protected]

Тема: (без темы)

Пожалуйста, скажи мне, где вы. Она может серьезно заболеть в любую минуту.

От: Мадлен Ф.Уиттер

Кому: [email protected]

Тема: (без темы)

Я знаю, где вы, и сажусь на следующий рейс. Буду там утром. Пожалуйста, береги ее.

Я перестаю читать, прижимаю телефон к груди и закрываю глаза. Чувствую одновременно вину, обиду и панику. Из-за ее обеспокоенности и боли мне хочется поехать к ней и убедить ее, что я в порядке. Эта часть меня хочет позволить ей уберечь меня.

Но другая часть меня, новая часть, не готова бросить мир, который я начинаю узнавать. Меня возмущает, что она влезла в мою личную переписку. Меня возмущает, что теперь у нас с Олли меньше времени, чем я думала.

Мои глаза так долго закрыты, что Зак наконец спрашивает, в порядке ли я.

Я открываю глаза и делаю глоток ананасового сока, кивая с трубочкой между зубами.

— Нет, правда. Ты хорошо себя чувствуешь? Олли сказал мне…

— Он сказал тебе, что я болею.

— Да.

— Я в порядке, — говорю я, понимая, что и правда это имею в виду. Я чувствую себя хорошо. Даже более, чем хорошо.

Смотрю на телефон. Мне нужно что-то ответить.

От: [email protected]

Кому: Мадлен Ф.Уиттер

Тема: (без темы)

Пожалуйста, мама, не беспокойся. И пожалуйста, не приезжай сюда. У меня правда все хорошо, и в жизни тоже. Люблю тебя. Скоро увидимся.

Нажимаю "Отправить" и отдаю телефон Заку. Он кладет его в карман и смотрит на меня.

— Так ты правда купила таблетки по интернету? — спрашивает он.

Я настолько потрясена сообщениями мамы и беспокоюсь, что у нас с Олли осталось мало времени друг для друга, что не готова услышать ложь, исходящую из моего рта. И поступаю так, как точно не стоит поступать, когда кому-то лжешь: не смотрю ему в глаза. Я ерзаю и краснею.

Открываю рот, чтобы объяснить, но объяснить не получается.

К тому времени, как я смотрю на него, он уже догадался о правде.

— Ты ему расскажешь? — спрашиваю я.

— Нет. Я уже очень долго вру о себе. Знаю, какого это.

Меня накрывает облегчение.

— Спасибо, — говорю я.

Он просто кивает.

— Что случится, если ты расскажешь своим родителям? — спрашиваю я.

Его ответ выходит мгновенно.

— Они попытаются заставить меня сделать выбор. И я не выберу их. Таким образом, все в выигрыше.

Он прислоняется к спинке стула и перебирает воображаемые струны.

— Приношу свои извинения группе The Rolling Stones, но мой первый альбом будет называться "Between Rock and Roll and a Hard Place".[9] Что думаешь?

Я смеюсь.

— Это ужасно.

Он снова становится серьезным.

— Может, взросление подразумевает обман людей, которых мы любим.

Это не вопрос, но все равно у меня нет ответа.

Поворачиваю голову и вижу Олли, который идет к нам.