Скарлетт Томас - Молодые, способные

Теоретически у Пола нет проблем с сексом, просто он не хочет совать пенис куда попало. Фальшиво это: стоны, позы. Ну и зачем? Уж точно не удовольствия ради. Им больно и обидно, но не уверенным в себе мазохисткам того и надо.

Энн отрывается от книги.

Пол улыбается. Энн улыбается в ответ.

– Что? – спрашивает он.

– Что? – повторяет она. И снова утыкается в книгу.

Пол знает, что где-то на свете есть и другие женщины, но лично он таких не встречал. Его бесит, что ему отчего-то попадаются одни половые тряпки. Зачем любить человека, который ненавидит свое тело? Какой смысл? К чему поверять интимные воспоминания человеку, который от тебя далек и прикрывается щитом из крашеных волос, накладных ногтей и дикого макияжа, заляпывающего подушку? Зачем делиться впечатлениями с людьми, которых эти самые впечатления раздражают? С какой стати ласкать существо, которое потом непременно расхнычется, захочет замуж или вывалит на тебя все свои обиды? Пол считает, что всем этим женщинам секс причиняет одну боль – у них потом вечно сплошь боль и страдания.

Поэтому он к сексу и не стремится. У него не будет детей и «партнерши». Пусть этой ерундой занимаются другие, а он обойдется. За всю жизнь он был влюблен всего однажды – в Аэрис[50], героиню видеоигры. Теперь она в Реке Жизни. У Пола другие интересы: дадаизм, число 23 (Энн двадцать три года – он слышал, как она говорила Эмили), игры, сети и коммуникации, животные, окружающая среда. Но любовь его не интересует; откровенно говоря, Пол считает ее не особо актуальной.

Размышляя, он возится с резистором и крошечной лампочкой индикатора, мастерит миниатюрную цепь. Энн поднимает голову. Улыбается ему. На этот раз чуть дольше не отводит взгляда.

– Пол... – начинает она. Входит Эмили.

– Чем это вы тут занимаетесь? – спрашивает она.

– Прикол, – говорит Энн. – Джейми спросил то же самое, хотя видел, что я читаю, а Пол строит самолет, на котором мы отсюда улетим.

Пол улыбается Энн.

– Успокойся, – говорит Эмили. – Я же не говорю, что у вас тут секс.

Энн розовеет. Полу становится жарко.

– А что это вы оба покраснели? – ехидничает Эмили. – Извращенцы.

– Умолкни, – требует Пол.

– Кофе? – Эмили возится с чайником.

– Давай, – соглашается Пол.

– Фу! – кривится Энн. – Я лучше молочный коктейль.

– А где Брин? – спрашивает Эмили.

– Не знаю, – говорит Энн. – Наверное, еще в саду.

– Джейми и Тия ушли... – начинает Пол. В этот момент кухонная техника с гудением оживает, загорается лампочка.

– ...разбираться с электричеством, – договаривает Энн.

– Класс, – говорит Эмили и заканчивает кипятить чайник на электрической плите.

– Спасибо, – говорит Пол, увидев перед собой кружку с кофе.

Эмили задумчиво садится. Все молчат. Открывается дверь, входит Брин с охапкой поленьев.

– Сачкуем? Ну-ну, – говорит он, отдуваясь и обливаясь потом.

– Что? – переспрашивает Пол.

– Надо ему помочь, – говорит Эмили. – Я схожу. Она встает и поспешно выходит из кухни через заднюю дверь. Пошатываясь, Брин тащит поленья в гостиную. Пол и Энн не двигаются.

– Что? – спрашивает Пол: Энн странно смотрит.

– Что? – повторяет она. Ну вот опять.

– За дровами не пойдешь? – спрашивает Пол.

– Нет.

– Почему?

– Физическим трудом не занимаюсь, – говорит она.

– А чем занимаешься? – интересуется Пол.

– Ничем.

Видимо, сообразив, что ее заставят помогать, если увидят на кухне, Энн скрывается наверху.

Пол приносит яблоки.

Мало-помалу день заканчивается, оранжевое сияние электричества в доме становится особенно уютным.

– Отлично. Будет яблочный пирог.

Эмили очень по-домашнему смотрится на кухне.

– Яблочный пирог, – повторяет Пол. – Вкуснятина.

– Если хочешь, можешь помочь, – с улыбкой предлагает Эмили.

– Спасибо, я лучше просто посмотрю.

– Дело твое. А где остальные? Пол пожимает плечами:

– Кажется, Джейми и Брин разводят огонь в камине.

За окнами уже темно.

– Все в доме? – уточняет Эмили.

– Наверное, – отвечает Пол. – Энн наверху. Чем занята Тия, не знаю.

– А ты чем занят? – спрашивает Эмили.

– Наблюдаю за тобой.

– Да? – голос подрагивает, будто Эмили смущена. – Я не настолько интересна.

– Получше зрелища «мужчины священнодействуют» в гостиной.

– Ну спасибо.

– Пожалуйста.

– А как же Энн? – кокетливо напоминает Эмили.

– А что Энн?

– Все же видят, что ты к ней неровно дышишь.

– Да? С чего бы это?

– Наверное, вибрацию поймали.

– Кто?

– Все.

– Ну ты голова, – оценивает Пол.

– Не свисти, – отмахивается Эмили. Он смеется.

– Ты мне нравишься больше, чем Энн.

– Ври больше. – На такую наживку она не клюнет.

– А может, и нет.

– Зачем тогда соврал?

– Хотел посмотреть, как быстро ты выскочишь из трусов, – объясняет Пол.

– Что?!

– Ну ты же не из тех, кто долго ломается.

– Почему ты такой злой? – совсем тихо спрашивает Эмили.

Он смотрит в стол.

– Извини, – говорит он. – Не люблю, когда в мои дела лезут.

Эмили явно рассержена:

– Сразу видно.

– Извини, – повторяет он.

– Я же просто дразнилась. Пол улыбается:

– Не выношу, когда меня дразнят. Она тоже расплывается в улыбке:

– Ты, наверное, ужасно капризным ребенком был.

– Точно.

– Зверюшек мучил и отрывал мухам крылышки? Эмили уже разыскала все, что нужно для пирога, и

теперь смешивает ингредиенты в миске.

– Нет, живность я не трогал, – говорит Пол. – Только технику.

– Примерный мальчик.

– Да нет, не очень. Я как раз был против того, чтобы зверюшек мучить. – Он смеется.

Эмили поднимает бровь:

– Что смешного?

– Вспомнил одну вещь... Соню. – И он смеется громче.

– Кто это – Соня?

– Лабораторная мышь.

– И что с ней случилось?

– Правда, он был уже дохлый, но...

– Он? Ты же сказал, что мышку Соней звали.

– Ну да. Я его назвал в честь одной девчонки из нашего класса. Похожи были, как две капли воды.

– М-да... И что ты сделал с этой мертвой мышкой?

– Оживил его.

– Оживил?

– Ага. Собрал схемку и зашил ему батарейку в живот. Училка сделала первый разрез, замкнула цепь, а Соня задергал лапами, как ненормальный – ну, как будто его режут живьем, а он корчится от боли.

– А что училка?

– И глазом не моргнула. Разомкнула цепь, сказала: «Очень остроумно», – и продолжила вскрытие. А вскоре такие опыты в школах запретили. Не из-за меня и моего теракта, просто Общество вегетарианцев выступило против.

– Народ в классе струсил, когда мышь задергалась?

– Один парень, Уэсли, завизжал. Вот и все.

– А-а. – Эмили разочарована.

Пол понимает, что не следовало распространяться о себе. Эмили из тех девчонок, которые готовятся хохотать в конце любого рассказа, любого анекдота. Им неинтересно слушать о заурядном, о грустном, о скучном. Финал должен быть смешным. Пол задумывается: будет ли смешным финал этой истории, или, как положено реальному событию, только разочарует?

Глава 13

С электрическим светом дом выглядит чуть приветливее. Энн знает, что лампочки горят повсюду – включились пару часов назад, и с тех пор их не выключали. Предки бы взбесились. Энн гадает, на сколько батарей хватит.

У нее в спальне почти пусто, как и в остальных – если не считать книг из раздела «Утопии». Читать их увлекательно, но это занятие как будто утомило Энн. Точнее, не утомило, а взбудоражило. Мысль о мастурбации промелькнула в голове – такой случай нельзя упускать. Энн читала, валяясь на кровати, поэтому

она забирается под одеяло и выключает яркую лампочку под потолком.

Ей хватает двух минут. Видимо, эта история с островом все-таки довольно соблазнительна.

Пальцы Энн пахнут пластилином. Ей нравится запах. Бормоча что-то насчет «следующего уровня», она идет вниз.

– Привет, – говорит она, входя в кухню. – Что творится?

– Эмили печет кекс, – сообщает Пол.

– Яблочный пирог, – поправляет Эмили.

– А где остальные?

– Кажется, в гостиной, – отвечает Эмили.

Из гостиной тянет дымом.

– Блядь! – это голос Брина.

– Стой... да подожди ты... не надо! – взвивается в панике голос Джейми.

Энн открывает дверь гостиной и заходится кашлем.

– Господи, что здесь такое? – спрашивает она. Комната полна едкого дыма.

– Разводим огонь, – отвечает Джейми.

– Но ветер выдувает дым в комнату, – говорит Брин.

– Потому что мы неправильно поджигаем дрова, – объясняет ему Джейми.

У Энн создается впечатление, что они это уже обсуждали.

У камина стоит бутылка водки. Брин поливает водкой дрова.

– Это еще зачем? – спрашивает Энн.

– Спирт горит. Как в барбекю, – объясняет он. Джейми вздыхает.

– Только дрова намокли.

– Теперь ясно, откуда дым, – Энн снова кашляет.

– Твою мать! – В дверях появляется Эмили. Парни злятся.

– Вы что, огонь разводите? – спрашивает она.