Большой куш - Лорченков Владимир Владимирович

– Спасибо, – пытаюсь сглотнуть я и вытираюсь, – очень ми…

– Извините, – тихо говорит она. – Мне так неудобно за него.

– А, – машу я рукой, – все дети такие.

– Мой ребенок немного избалован, это все из-за отсутствия воспитания, что поделать. Отца у него нет, а я очень занята. У меня хорошо оплачиваемая работа.

– Вот как, – говорю я и думаю, что кроме работы у нее есть хахаль, который разгуливает по дому в ее красном халате, выдавая себя за Деда Мороза, ха-ха. – Вот как?

– Вот так, – говорит она и смотрит мне в глаза. – Именно так.

А потом облизывает губы. Я обращаю, наконец, внимание, на то, как она одета. Собственно, одежды почти нет, но те пара полосок ткани, которые на ней, стоят достаточно. Чудес не бывает. Она слишком холеная для меня.

– Чего вам нужно? – резко спрашиваю я.

Она улыбается и спрашивает, приоткрыв ряд белоснежных зубов:

– Смотрел фильм «Плохой Санта»?

– Эээ, кажется, да, – говорю я. – И?

– Если наденешь костюм Санта-Клауса, – говорит она, – я тебе дам.

24

…Мамаша, зажмурившись, пытается меня укусить – ну, словно Пират, – но я вовремя отшатываюсь. Мы замираем и отдуваемся.

Наверняка у нее в молодости был роман с заезжим Дедом Морозом. Я недурно устроился: Снуппи сейчас развлекает поганца, а я премило себе провожу время с его мамашей под брезентом на неработающей карусели. Хорошо хоть, наш новый Санта оказался понятливым чуваком. Парень выдал мне форму за минуту. Даже моих сбивчивых объяснений слушать не стал.

– Они все после «Плохого Санты» будто обезумели. Желаю удачи, малыш.

– Спасибо, Санта, – сказал я.

– Не за что, считай это рождественским подарком от дядюшки Клауса, – заржал он.

…Наконец, она садится и совершенно отстранено, как будто ничего не было, начинает надевать на себя свое мини-платье и прихорашивается, глядя в зеркало. Черт побери! Она не вспотела.

– Слушай, – говорю я, – не расстраивайся ты так из-за своего сы…

– Мой сын монстр, – равнодушно говорит она, – который меня ненавидит. И чем скорее он вырастет и свалит, тем лучше.

– У тебя и правда много денег? – спрашиваю я.

– Да, – кивает она, – куча. Я председатель правления банка. Меня сейчас ждет личное авто с шофером. Шофер, который, как ты сам понимаешь, время от времени исполняет совсем другие обязанности.

– Ты мне нравишься, – смеюсь я.

– Мы еще?.. – интересуюсь я.

– Вряд ли, – говорит Квинтэссенция Фотомоделей. – Больше одного раза я только с шофером, это избавляет от всяких ненужных вещей и влюбленностей.

– Ты умница, – говорю я и нежно, по-братски целую ее в щеку.

– Ну, – заканчивает она осмотр физиономии в зеркальце, – а ты? Кто ты, Санта?

– Пока еще неудачник, – говорю я, – который вскоре собирается перестать быть таким.

– Как именно? – хмыкает она. – Найти яблоко, помыть и продать за два цента, купить два яблока и так далее? Смею тебя заверить, это не принесет ничего, кро…

– Нет, – говорю я, – у меня план попроще.

– Вот как?

– Да. Я всего лишь собираюсь совершить парочку преступлений, – вдруг откровенничаю я. – С подружкой прижать к ногтю одного козла, шантажировать его, срубить на этом кучу денег, а потом жениться на роскошной телке.

– Подружке, что ли?

– Нет, – подумав, признаюсь я. – Вряд ли. Я еще не решил, но уж очень хочется мне другую.

– Удачи, малыш, – говорит она и добавляет. – Ты мне нравишься. А я уж было думала, что в кои-то веки дала обычному парню и неудачнику. Нет, ты псих, как и все, кто со мной был.

– Да, но и неудачник, – говорю я.

– Психи не бывают неудачниками, – сообщает она, приподнимаясь.

– Прекрасно, я оставлю тебя с этим заблуждением. – говорю я. – Кстати, Снуппи может развлекать ребенка как угодно долго…

– И? – улыбается она.

– Может быть, в счет будущих побед?.. – говорю я.

И мы снова лезем под брезент.

25

– Слушай, Белоснежка, – говорю я.

– Смотри, какая клевая тачка, – говорит Снежка и забывает обо мне.

Хотя я себе льщу. Чтобы забыть, нужно помнить. Тем не менее мы вместе, и это уже нечто. Маленькая победа. Виктория, думаю я, но очень осторожно, потому что боюсь сглазить. Мы с Белоснежкой прогуливаемся вокруг местного кинотеатра. Впрочем, она уже не Белоснежка, а я не Матушка Енотиха. Я выбрит, прилично – ну, насколько это слово относимо ко мне, – более менее прилично, одет. Белоснежка в обычном наряде старшеклассницы этого лета. Короткий сарафан, сандалии, как у Меркурия, и сумочка.

– Это «Ламборджини», – говорит Снежка, и ее лицо озаряется счастьем, я вдруг понимаю, что впервые вижу ее довольной, обычно на лице у нее чуть легкая досадливая гримаска.

– А ты знаешь владельца? – удивленно спрашиваю я.

– Да нет, – она презрительно бросает взгляд, – это название тачки, ты чего, а?

– Извини, – говорю, – никогда не интересовался механизмами, но теперь буду, ха-ха.

– А зачем? – искренне удивляется она.

Абсолютно непробиваемая. Флирт – в любой его форме – тут не проходит. Нужно искать другие методы. Может быть, пойти на вы? Но ведь я не князь Святослав, я всего лишь Матуш… разжалованный Кроха Енот.

– Слушай, Снежка, – говорю я, – давай присядем, ну, на лавочку, у нас еще пятнадцать минут есть.

– Идем в кафе, – говорит она.

– Мы не успеем, – говорю я. – Давай после кино?

– Нуу, ладно… – тянет она и садится.

– Ты никогда не думала о том, чтобы встречаться с парнем? – начинаю я издалека.

– Енот, – терпеливо вздыхает девочка, глядя куда-то в сторону уехавшего «Ламборджини», – я понимаю, к чему ты клонишь. Ты че, думаешь, раз я в школе, значит, дура? Енот, у меня был парень, с которым я встречалась. Но мы расстались.

– О, вот как, – говорю я, думая только…

– Расстались, потому что он хотел слишком многого, – многозначительно говорит она и прикрывает колено краем сарафана. – Я не какая-нибудь там монашка. Но буду близка с пацаном, только когда буду уверена в его чувствах. Ты неплохой парень, Енот…

– Да? – тихонько радуюсь я.

– Да, но очень непутевый, и тебе не нужны отношения. Тебе бы только это.

– Что? – спрашиваю я.

– Ну, это. Секс.

– А! – говорю я, да, ну, еще бы. – Ну, это не так, я…

– Вот, к примеру, – безжалостно продолжает Белоснежка, – ты встречаешься с Матушкой Енотихой, а сам пошел с другой девчонкой в кино. Разве это нормально для пацана?

– Понимаешь, Снежка, – терпеливо вздыхаю я, – когда ты будешь взрослым человеком, то пой…

– Никогда я не пойму, – заявляет она, положив ногу на ногу, – почему это я должна дать обмануть себя неудачнику, который обманывает и другую девчонку!

– Уф, – говорю я. – Пат. Послушай, а если мы поженимся?

– Поженимся? – Она смеется на весь парк. – Енот, ты нищий. Думаешь, я такая глупая пацанка, раз учусь в десятом классе? Если ты наскреб денег, чтобы сводить меня в кино, а потом выпить молочного коктейля в баре, это вовсе не значит, что ты сможешь содержать семью, как того требуют ее запросы. То есть мои. И потом, ты ужасно старый.

– Да мне тридцать всего! – оправдываюсь я.

– И это, по-твоему, мало?! – спрашивает она. – Нет, Енот. Я не хочу обижать тебя, ты довольно славный парень, но я с тобой гулять не буду. И спать тоже.

– Ну, а если я разбогатею? – спрашиваю я.

– Ты? Никогда! – смеется она. – Никогда этого не случится, Енот.

– Ну, а если вдруг?

Она суровеет. Ее лицо прекрасно как никогда. Снежка бросает:

– Енот! Как говорит мой папа, вдруг бывает только пук!

26

Неудачник и Неправильный Пацан. Тьфу ты!

Господи, ну почему я влюбился в такую идиотку, а? В моем-то возрасте. В моем-то положении. Я сажусь на кухне напротив окна и пью молоко. Оно безвкусное, но после него не хочется жрать. Я имею в виду алкоголь, потому что есть (еду) мне вообще почти никогда не хочется. Дерьмовая соплячка! Обхватив голову руками, я замираю. Хорошо хоть Матушки Енотихи нет. Сегодня у нее сверхурочные. Скачет в образе Микки-Мауса по полянке с десятком говнюков, для которых родители устроили корпоративную вечеринку.