Японские призраки. Юрей и другие - Власкин Антон

Здесь наш рассказ продолжается в нескольких вариантах. В первом варианте госпожа Мацубара прекратила метаться от двери к двери, остановилась и взвесила все имеющиеся факты. «Дело ясное, что дело тёмное», — могла бы сказать она. Мацубара-сан отправилась к старику-консьержу и поинтересовалась, когда последний раз открывали бак для воды. Сверив время чистки бака со временем, когда исчезла Мицуко Каваи, он сделала простой вывод: вероятность того, что маленькая девочка свалилась в бак и до сих пор там плавает, достаточно велика. Невидимая подруга, сидящая в воде, странные тени и странная сумочка тоже занимали своё место в цепочке рассуждений. После этого Мацубара-сан быстро сделала свой ход. Немедля ни минуты, она сложила необходимые вещи и документы в сумку, подхватила Икуко и быстро покинула гостеприимный дом. За оставшимися вещами она решила вернуться несколько позже — конечно же, без дочери. Предполагалось, что юрей, привязанный к резервуару с водой, не сможет устроить активное преследование.

Во втором варианте этой истории Мацубара-сан проявила в своих рассуждения некоторую медлительность. Она не подхватила вещи и не сбежала из дома, а Ми-тян быстро сделала свой ход. В вещах Икуко в очередной раз обнаружилась зловещая красная сумочка. Госпожа Мацубара не стала допрашивать дочь, а подхватила фонарь (на дворе был поздний вечер) и отправилась на крышу. «Зачем?» — спросим мы себя. Наверное, чтобы выяснить отношения раз и навсегда. Конечно, звучит немного пошловато, но ничего, кроме фразы «слабоумие и отвага», применительно к этим действиям в голову не приходит. Можно отметить, что это довольно типичное поведение для героев современных кайданов. Госпожа Мацубара поднялась по лестнице к водосборнику, из которого сочилась вода, и тут её внимание привлёк настойчивый стук, шедший из бака. Кто-то, сидящий в тёмной воде, колотил в стенку. Затем удары приобрели такую силу, что металл начал вздуваться беспорядочными пузырями. Мацубара-сан поспешила спуститься вниз, так как было ясно, что тот, кто сидит в баке, к разговору не расположен. В это самое время в ванной ожили краны и в мгновение ока наполнили ванну отвратительно грязной водой. Икуко смотрела на этот кошмар в изумлении и страхе и не делала попыток отойти подальше. Если бы она смотрела фильм «Варвара-краса, длинная коса», то знала бы, что из любой ёмкости с водой может появиться страшная рука, а глухой голос провоет: «Должо-о-ок!» Что-то в этом роде и произошло. Мицуко Каваи выскочила из грязной ванны, как водяной, и вцепилась в свою недавнюю собеседницу, увлекая за собой в глубину.

Госпожа Мацубара успела в последний момент. Она вбежала в квартиру, подхватила ребёнка и устремилась к лифту. Следом за ней из квартиры вышла девочка, в которой Мацубара-сан с ужасом узнала… свою дочь, конечно же! А в её объятиях оказалась, естественно, подгнившая Ми-тян. Чего только не натворишь в спешке! Увы, бежать от настырного юрей теперь было невозможно. Стремясь спасти маленькую Икуко, на которую у этого самого юрей были несомненные виды как на вечную подругу, Мацубара-сан пошла ва-банк и заявила, что будет вечной мамой мёртвой девочке, принося себя в жертву ради дочери. Мицуко Каваи посчитала такой обмен справедливым и исчезла в потоках воды вместе с госпожой Мацубара, оставив свою несостоявшуюся подругу оглашать коридор криками и плачем.

Завершение этой истории произошло десять лет спустя, когда повзрослевшая Икуко Мацубара, повинуясь ностальгии, заглянула в место, где она провела некоторое время, будучи ребёнком. Дом выглядел ещё более гадко, чем десять лет назад, и был совершенно заброшен. Однако дверь в бывшую квартиру семьи Мацубара легко открылась, и Икуко оказалась в уютном жилище, устоявшем под напором времени. Если бы Икуко читала историю Мияги-сан, сохранившей призрачный порядок среди всеобщего распада, она бы не сильно удивилась. Хотя можно предположить, что девушка догадывалась о чём-то в этом роде, так как появление госпожи Мацубара, ничуть не изменившейся за десять лет, не сильно её изумило. Встреча получилась очень тёплой, но недолгой: за спиной Икуко появилась Ми-тян, а когда девушка попыталась посмотреть на ту, с кем она когда-то мило болтала в ванной, то обнаружила, что квартира совершенно пуста. Краткий сеанс встречи с детством завершился, и Икуко поспешила покинуть дом, на котором лежала печать гниения и распада.

Советы дилетанта: Мицуко Каваи нельзя назвать совсем уж кровожадным юрей. Если её современные призрачные «сёстры» оставляют за собой горы трупов, то маленькая девочка ведёт себя относительно деликатно и всего лишь надеется найти себе товарища, подругу или маму на ближайшую вечность. Зная о некоторых слабостях Ми-тян, можно принять превентивные меры и быстро ретироваться со спорной территории. Например, вас должны насторожить волосы, которые время от времени выплёвывает водопроводный кран. Постоянная влажность, образующаяся на пустом месте, странные тени в лифте, на крыше и вблизи квартиры. Наконец, если с вами или вашим ребёнком заговорила ванна, полная воды, это ещё один повод насторожиться. В наших краях подобные фокусы мог бы проделать водяной, но этот герой живёт в сельской местности и в город не стремится. Если кран вышел из-под контроля и заливает ванну грязной водой, это повод бежать немедленно: скорее всего Ми-тян или её ближайший аналог раздражён и ринулся в наступление. Впрочем, возможно, речь идёт всего лишь о сбоях в системе водоснабжения и нужно срочно вызвать аварийную службу. Решать, как всегда, вам.

Пытаться решить вопрос силовым путём будет крайне неразумно. Взвинченная Мицуко с лёгкостью крушила толстый железный лист — вряд ли ваша голова прочнее. Кроме бегства можно испробовать опыт Ниттирэна, кидавшего в воду камни с текстом сутр, но тут нужно обладать полной уверенностью в своём духовном совершенстве. В случае неуспеха камни могут вернуться к вам, нанеся немалые повреждения. Решение успокоить маленькую утопленицу, присоединившись к ней навсегда (например, заключив её в свои объятия), отвергается как крайне неконструктивное.

Личное дело:

Оруи-сан и топь Касанэ

История призраков болота Касанэ не так известна, как повести о юрей, приведённые выше, но вполне заслуживает того, чтобы привести её здесь. По ходу повествования станет заметно, что некоторые сюжетные повороты удивительно напоминают историю Оивы-сан; случайность это или нет, сказать сложно, так что оставим этот вопрос на суд каждого читателя. Между тем эта история интересна тем, что являет собой пример действий юрей в течение нескольких поколений. Как несложно заметить, обычный призрак направляет свою месть против тех, кто навредил ему лично, но в этом случае месть тянется сквозь многие годы, поражая тех, с кем мстительный юрей не был даже знаком. Можно считать, что подобная концепция много позже была взята на вооружение мрачной героиней фильма «Проклятие».

Всё начинается с того, что мирный слепец по имени Соёцу отправился получить старый долг с одного знакомого самурая. Попрощавшись со своей дочерью Оруи-тян, он отправился в гости, надеясь получить хотя бы часть причитающихся денег. Дело, однако, не задалось: его должник, самурай Сидзаэмон, отказался платить что-либо, а когда старик попробовал настаивать, живо схватился за меч. Дело происходило в эпоху сёгуната Токугава, и с самураями было опасно спорить. Взмах меча, ещё взмах — и наглый кредитор повалился, опрокидывая всё, до чего смог дотянуться! Сидзаэмон не стал долго переживать и сбросил тело в мрачную топь Касанэ, находившуюся неподалёку, тем самым запустив колесо этой мрачной истории. Вернувшись домой, он умиротворённо выпил саке и приказал жене размять ему плечи. Но, как выяснилось, покойный слепец тоже оказался решительным юрей и не стал тянуть с возмездием. Руки жены внезапно превратились в руки старика, а мрачный голос из-за спины заскрипел обвинения и проклятия. Самурай обернулся — и о ужас: его спину разминал страшный юрей с кровоточащими ранами! Сидзаэмон выхватил катану и рубанул по привидению — видимо, надеясь, что благородному клинку и призрак нипочём. Естественно, никакого Соёцу за спиной не оказалось, а на пол со стоном упала жена душегуба. Тех, кто прочёл историю Оивы-сан, подобный поворот не сильно удивит, но злодей Сидзаэмон был шокирован. Не обращая внимания на плач малютки сына, заливающегося слезами в колыбели, он выскочил на улицу. Дух Соёцу маячил то тут, то там, и убийца тщетно пытался поразить его богатырскими ударами. Погоня за призраком привела Сидзаэмона к топи Касанэ, где он совсем недавно избавился от улик. Мертвец последний раз показался над булькающей бездной и исчез, а наш антигерой, размахивая мечом, устремился в топь и был немедленно поглощён ею. Месть свершилась, и мятежный дух успокоился! Так подумал бы торопливый слушатель этой истории и оказался бы совершенно не прав.