Патриция Хайсмит - Мистер Рипли под водой

Он уселся на стуле в баре гостиницы — там было посветлее. Неплохо бы отправить открытку Клегам, подумал Том, нужно поддерживать хорошие отношения с соседями, тем более что они англичане.

Том написал по-французски:

"Дорогая мадам Аннет,

здесь очень жарко. Мы видели двух коз, разгуливающих прямо по улице!"

Они действительно их видели. Мальчишка в сандалиях, который гнал коз, хватал по мере надобности их за рога, направляя туда, куда требовалось. Интересно, куда? Он продолжил:

"Пожалуйста, передайте Анри, чтобы он обязательно полил маленькую форзицию рядом с теплицей. До скорого свидания,

Том"

— M'sieur? — обратился к нему бармен.

— Спасибо, я жду одного человека, — ответил Том. Бармен знает, что он остановился в отеле, решил Том. Марокканцы, как и итальянцы, запоминают иностранцев в лицо.

Том надеялся, что Притчард не бродит вокруг Бель-Омбр, беспокоя мадам Аннет, которая, конечно, заметит его, как заметил Том. Какой адрес у Клегов? Том не был уверен, что правильно вспомнил номер их дома, но в любом случае можно начать. Элоизе всегда доставляет удовольствие отправлять открытки.

Приготовившись писать, Том бросил взгляд направо.

Напрасно он беспокоился, что Притчард бродит вокруг Бель-Омбр, потому что тот сидел в баре, уставясь на Тома, их разделяло только четыре стула. На нем были все те же круглые очки и рубашка с короткими рукавами, перед ним стоял стакан, но смотрел он на Тома.

— Добрый день, — сказал Притчард.

Двое или трое посетителей в сандалиях и купальных халатах прошли от бассейна, который был за спиной у Притчарда, к двери и затем направились к стойке бара.

— Добрый день, — спокойно ответил Том. Его худшие ожидания, кажется, подтвердились: эти чертовы Притчарды видели его в Фонтенбло с билетами на самолет в руке, когда он вышел из туристического агентства! Черт, подумал Том, вспоминая безмятежный пляж на постере в агентстве. Том вновь взглянул на открытку с изображением четырех видов: верблюд, мечеть, закутанные в шали девушки, желтый пляж, обрамленный синей полосой моря. «Дорогие Клеги». Том сжал ручку.

— Вы надолго здесь, мистер Рипли? — спросил Притчард, направляясь со стаканом в руке прямиком к Тому.

— О, я думаю, мы уедем завтра. Вы здесь вместе с женой?

— Да. Но мы остановились не в этом отеле. — Тон у Притчарда был холодным.

— В любом случае, — сказал Том, — мне бы хотелось знать, что вы намерены делать с теми фотографиями, которые сняли у моего дома? В воскресенье, помните? — Том задал жене Притчарда тот же самый вопрос и все еще надеялся, что Джанис Притчард не рассказала мужу о своем rendez-vous с ним.

— В воскресенье. Да. Я видел вашу жену или кого-то, кто выглядывал из окна. Ну, эти фотографии предназначены только для архива. Как я и говорил, у меня есть приличное досье на вас.

Притчард никогда не говорил этого, подумал Том.

— Вы работаете в каком-то следственном бюро. Международной корпорации мошенников?

— Ха-ха! Нет, я занимаюсь этим лишь для собственного удовольствия — и для удовольствия жены, — добавил он с ударением. — А вы плодородное поле, мистер Рипли.

Том подумал, что, скорее всего, глупая девушка из туристического агентства ответила на вопрос Дэвида Притчарда: «Куда взял билет ваш последний клиент? Это мой сосед, мистер Рипли. Мы окликнули его, но он нас не заметил. Не хочется ломать голову, но нам хотелось бы поехать в какое-нибудь необычное место». Девушка, наверное, сказала:

«Мистер Рипли только что купил билет в Танжер на себя и жену». Она могла оказаться тупой настолько, что предложила этот отель, подумал Том, тем более что агентства получают процент от отелей, куда они направляют своих клиентов.

Том сказал:

— Вы с женой приехали в Танжер, чтобы встретиться со мной? — По его тону можно было подумать, что он польщен.

— Почему бы нет? Это интересно, — ответил Притчард, прямо глядя в глаза Тому.

Это ужасно раздражало Тома. Каждый раз, когда он видел Притчарда, ему хотелось ударить его, заехать чем-нибудь тяжелым. Странно. Том посмотрел в вестибюль, нет ли там Элоизы, — она как раз должна была спуститься из номера.

— Затруднительно для вас, я думаю, учитывая, что мы остановились здесь на такое короткое время. Мы уезжаем завтра.

— Да? Вы ведь собирались посмотреть Касабланку, разве нет?

— О, действительно, — ответил Том, — мы едем в Касабланку. В каком отеле вы с Джанис остановились?

— В... хм... Гранд-отель «Вилла де Франс», — он махнул рукой, — недалеко отсюда.

Том не слишком поверил ему.

— А как наши общие друзья? У нас ведь их так много, — улыбнулся Том. Он уже встал и положил открытки и ручку на сиденье из черной кожи.

— Кого из них вы имеете в виду? — Притчард хмыкнул. Этот смешок больше напоминал старческое кряхтенье.

Тому очень хотелось заехать ему в солнечное сплетение.

— Мистера Мёрчисона? — рискнул спросить Том.

— Да, мы с ним встречались, как и с Цинтией Граднор.

Снова это имя легко слетело с языка Притчарда. Том откинулся, мысленно прикидывая путь немедленного отступления через широкую дверь.

— Вы разговариваете друг с другом — через Атлантику?

— О да. Почему бы нет? — Притчард обнажил в улыбке крупные зубы.

— Но... — Том смутился. — О чем же вы говорите?

— О вас! — ответил Притчард с улыбкой. — Мы обмениваемся фактами. — Он снова кивнул, словно подчеркивая сказанное. — И строим планы.

— И какова ваша цель?

— Удовольствие, — ответил Притчард. — Может быть, месть. — Тут он хохотнул в полный голос. — До некоторой степени, конечно.

Том кивнул и произнес любезно:

— Желаю удачи.

Он повернулся и вышел из бара.

Том заметил Элоизу, сидевшую на одном из легких стульев в вестибюле. Она просматривала французскую газету или по крайней мере напечатанную во Франции; Том заметил там колонку на арабском внизу первой страницы.

— Дорогая, — Том понял, что она видела Притчарда.

Элоиза вскочила.

— Опять! Этот Прикард! Том, мне не верится, что он здесь!

— Дорогая, моя радость, мы могли бы... — Том внезапно остановился. У него было такое чувство, словно он стоял на краю обрыва. Он уже готов был сказать Элоизе, что они могли бы уехать из этой гостиницы сегодня утром, поселиться в какой-нибудь другой и ускользнуть от Притчарда, но было неудобно перед Ноэль Асслер, которая, возможно, сообщила друзьям, что в течение нескольких дней будет жить в отеле «Минза». И почему, собственно, они с Элоизой должны ограничивать себя из-за этого придурка Притчарда? — Ты оставила ключи у портье?

Элоиза подтвердила.

— Жена Прикарда с ним? — спросила она, когда они выходили из гостиницы.

Том даже не заглянул, чтобы удостовериться, ушел ли Притчард из бара или все еще там.

— Он сказал, что она была с ним, но это может означать, что ее сейчас нет. — Его жена! Что это за отношения, если жена призналась Тому в кафе в Фонтенбло, что ее муж жестокий тиран. И все же они повязаны друг с другом. Это так утомительно.

— Ты напряжен, cheri. — Элоиза держала его за руку, и только благодаря этому они могли оставаться вместе в толкучке на тротуаре.

— Прости, я думаю.

— О чем?

— О нас. О Бель-Омбр. Обо всем. — Он окинул беглым взглядом Элоизу. Она в этот миг отбросила волосы назад рукой. «Я хочу, чтобы мы были в безопасности», мог бы добавить Том, но ему не хотелось расстраивать Элоизу. — Давай перейдем улицу.

Еще несколько шагов, и они медленно двинулись по бульвару Пастера, как будто толпа и витрины магазинов притягивали их магнитом. Том увидел красно-черную табличку, висящую над входом с надписью «Руби-бар энд гриль» английскими и арабскими буквами.

— Зайдем? — спросил Том.

Это был крошечный бар и ресторан. В нем стояли и сидели несколько человек из местных. Том и Элоиза встали к стойке и заказали cafes express и томатный сок. Бармен подал им тарелочку с холодными бобами и блюдо с редиской и черными оливками, а также вилки и бумажные салфетки.

Хорошо сложенный мужчина, сидящий на стуле за Элоизой, уйдя с головой в арабскую газету, похоже, завтракал из таких же тарелок. На нем была желтоватая джеллаба, которая спускалась почти до самых ботинок. Том увидел, как он сунул руку в карман брюк. Мужчина высморкался, а затем засунул платок обратно в карман, не отрывая взгляда от газеты.

Том почувствовал прилив вдохновения. Он решил купить джеллабу и, набравшись смелости, облачиться в нее. Об этом он сообщил Элоизе. Она засмеялась.

— А можно я сфотографирую тебя в Касбе? — спросила она.

— О, ради бога — Том думал о том, как практична свободная одежда, потому что под нее можно надеть шорты или костюм, и даже остаться в одних трусах.

Тому повезло: прямо за «Руби-бар энд гриль» находился магазин, в витрине которого среди ярких шарфов висели джеллабы.

— Djellaba — s'il vous plait? — спросил Том у хозяина. — Не розовую, нет, — продолжил он по-французски, увидев первую, предложенную продавцом. — С длинными рукавами. — Том указал себе на запястье.