Дмитрий Новоселов - Нарушители правил

Мой собеседник замолчал.

На столе у Чебоксарова стоял комбинированный офисный набор марки “Cabinet” из дерева и железа. Дерево лакированное, а железные детали в дырочках. Я начал считать дырочки на держателе для бумаг. Досчитал первый ряд до середины и сбился.

– Вы в туалет не хотите? – поинтересовался Чебоксаров.

– Нет.

– Тогда давайте еще попьем чаю, – он велел телефонной трубке повторить порции.

– Этот воевода рано или поздно обанкротится. И, вот увидите, в этом буду опять виноват я. Я вообще всегда и во всем был в его глазах виноват. Один раз проводим совещание. Меня менеджер спрашивает, почему мы до сих пор не закупили тетради на Архангельском целлюлозно-бумажном комбинате. Я уже приготовился ответить, что договор подписан, мы накапливаем деньги, но мой напарничек перебивает, дескать, нам не до тетрадей, посмотрите, какую машину купил себе наш генеральный директор, все деньги туда ушли, – видимо Чебоксаров рассказывая, опять пережил эту сцену и чуть не задохнулся от возмущения. – Да. Я купил себе машину. Да. Дорогую. Но я ведь его расходы не контролирую. Баб, квартиры, заграницы. Прежде чем вытащить деньги из оборота я все досконально просчитал. Нам бы и на тетради хватило. Этот урод таким образом постоянно унижал меня в глазах коллектива.

Та же самая девушка принесла чай и печенье. Нужно было начинать разговор о деньгах. Я открыл было рот, но Чебоксаров меня опередил.

– Вы посмотрите эти бумаги повнимательней. Там ясно видно, что Тихонов зарегистрировал второй «Бумторг» в другом районе города за семь месяцев до распада. Тогда еще ни сном, ни духом никто не говорил о конфликте. Он заранее готовился.

– Я это… – наконец решился я.

– В туалет?

– Нет.

– А я бы не отказался пописать. Тогда давайте еще чаю.

Я сбился с мысли и поправил очки.

Третья чашка чая оказалась лишней. Я на самом деле захотел в туалет, но после навязчивых предложений Чебоксарова, почему-то стеснялся попроситься. Около получаса мы болтали о канцелярском бизнесе. Разговор получился тупой и бессмысленный.

– Ну, а теперь пойдемте в сортир, – произнес, наконец, Чебоксаров таким голосом, словно приглашал меня в театр или музей.

Туалет сверкал белизной и приятно пах. Подойдя к писсуару, я заметил, на дне этого предмета сантехники на фоне белого фарфора портрет какого-то мужчины. Это была фотография, каким-то чудным образом переведенная на глазурь. Мужчина что-то говорил, рот у него был открыт. Я опешил и посмотрел на Чебоксарова. Того порадовала моя реакция.

– Это Тихонов, – весело и торжественно сказал он. – Его весь этаж кормит. На унитазах то же самое. И в женском. Так что ничего другого не остается. Вы писайте, писайте.

Что ж, ничего не поделаешь.

Во время процедуры Чебоксаров подошел ко мне поближе и вылупился на мой член. Когда я перехватил его взгляд, он высказался:

– Нормальный размер.

В офисе он продолжил эту тему:

– Женщины так часто и так навязчиво убеждают нас в том, что размер члена не главное, что я начал сильно в этом сомневаться. Вот, смотрите, – он достал из стола газетную вырезку и протянул мне.

Там было написано: «Увеличение полового органа. Суперновейший чудо – препарат из США. Х2 патент 2003-го года. Результат за тридцать дней. Без хирургии».

– Хочу попробовать. У меня все-таки молодая жена.

Следующие тридцать минут он рассказывал о своей жене. Судя по его речам, она была чудо, а не женщина. Он говорил о ней с таким восторгом и так долго, что у меня сложилось впечатление, что эти похвалы нужны были скорее ему самому. Между тем рабочий день подходил к концу, а я еще даже не приступил к осуществлению своей миссии. Я посматривал в окно, там привычно летали стрижи, оставляя пенный след подобно реактивным самолетам. Здесь, под кондиционером жара не чувствовалась, но я с ужасом вспоминал о тех ста метрах, которые мне предстоит преодолеть, чтобы сесть в Аркашину машину.

Постепенно, как-то само собой разговор опять коснулся бывшего напарника. Употребив несколько нецензурных выражений, бросив в адрес Тихонова пучок гадостей, Чебоксаров неожиданно произнес:

– Вам, наверное, надо поговорить со мной о долге, который образовался еще в старом «Бумторге»?

Наконец-то! Причем, не я начал.

– Было бы неплохо.

– А что Тихонов говорит на эту тему? Отказывается?

– Я у него еще не был.

– Вам знакомо такое понятие, как бренд?

Это он меня спросил!

– Более или менее, – посмотрим, как он меня просветит.

– Так вот, существует бренд «Бумторг». Его знают все. Весь город, вся область. Это имя, на которое мы с Тихоновым работали десять лет, и теперь это имя стоит денег. Вы согласны со мной?

Я кивнул

– Этот «Бумторг» является правопреемником того «Бумторга». Он существует по старому адресу, в том же формате. Вот пусть он и отдает. Где я не прав? Я не нашелся что ответить.

Вошла одна из тех девиц, что сидели в торговом зале за компьютерами.

– Николай Александрович, – обратилась она к моему собеседнику. – Мы все уходим. Склад тоже закрыт.

– До завтра, Вероника, – Чебоксаров открыл ежедневник, записал там что-то и продолжил разговор:

– Мне, чтобы раскрутить новую точку и новое имя нужно вложить кучу денег, а у того все уже готово. Справедливо я рассуждаю?

– Вроде бы.

– Вы считайте, что я вообще ушел из бизнеса. Нет меня. Я канцеляркой занимаюсь постольку поскольку, мне нужно распродать складские остатки. Я ведь денег-то не смог получить при выходе. Ладно, хоть товар успел забрать.

– Хотите заняться чем-то другим?

– Есть мысли.

– Производством?

– Ха! В нашей стране производство – это гиблое дело. Вы хотите, чтобы я за свои деньги купил себе геморрой, а потом нанял врача, чтобы его лечить. Нет уж. У меня новые партнеры, новые перспективы. В нашем деле самое главное – фантазия.

Я опять промолчал.

– Вот на вскидку несколько идей. Например, магазин «Все для минета». Народ валом попрет. Чем там будут торговать не имеет значения. Или туристическое агентство «Экстрим». Туры: «Сплав по Тереку», «Грозный и его окрестности», «Прелести ночного Багдада». Вот идеи! Вы думаете, не найдется желающих? Еще как найдутся! Очереди будут. И внимание привлечь можно.

Чебоксаров рассмеялся, а я скептически хмыкнул.

– Это все, конечно, в порядке бренда, – продолжил Чебоксаров. – Но у меня на самом деле есть идеи. Уже все договора подписаны. Деньги проплачены. Вы еще обо мне услышите!

– А как же нам быть? – тускло поинтересовался я. – С какого боку подойти к Тихонову?

– Нужен наезд, – уверенно провозгласил Чебоксаров. – Вы же москвичи! Запугать, надавить. Он другого языка не понимает. Вояка. Наслал на меня ментов и налоговую. Уже три заявления написал. Дурак. Ходит по клиентам, поносит мою фирму. Да мне вообще этот канцелярский бизнес теперь до лампочки. Обвинил меня в воровстве, а сам – вор.

У меня зазвонил сотовый. Я опять не сразу спохватился. Не могу никак привыкнуть к мелодии. Это Аркадий.

– Ну что вы там? – нервозно осведомился он. – Рабочий день давно закончен, я заказал столик в ресторане.

– Можешь выезжать.

– Да я тут уже давно. Под деревом.

– Я скоро.

– Торопитесь? – спросил Чебоксаров, опять положив палец на пульс. – И вправду, уже восемь. Пора домой.

Я встал. Чебоксаров тоже. Он подошел ко мне и протянул руку.

– Приятно было с вами познакомиться.

– И мне.

– Передайте этому дебилу, чтобы больше моих людей к себе не переманивал. А то я тоже займусь компроматом. Замучается отмываться.

Я повернулся к нему спиной и вышел в коридор. Здание опустело, по пути мне не встретилось ни одного человека. Внизу, около самой двери сидел пожилой охранник. Он спросил, из какого я кабинета. Я номер не знал и пояснил, что иду от Чебоксарова. Охранник что-то записал в журнал. Несмотря на надвигающийся вечер снаружи ничуть не посвежело. Опять вернулось раздражение. Я провалил свою миссию. Я не был хозяином положения и не смог навязать свою волю собеседнику. Хотя другого ожидать и не стоило. Даже наш домашний кот и тот решительней меня. Пройдя метров пять я вдруг понял, что лучше вижу. Немного подумав, решил, что это естественно, просидел полдня в мрачном помещении в солнцезащитных очках. Зазвонил телефон. Это жена.

– Алло, Рюсик, как у тебя дела, пупс?

– Потихоньку. Работаю.

– Уже пришел в отель?

– Пока нет. Но двигаюсь в этом направлении.

– С тобой хочет поговорить сынок.

– Дядя Андрей, привет.

– Привет, сын.

– Ты скоро приедешь?

– Через недельку.

– А что ты мне привезешь?

– А что ты хочешь?

– Мне все равно.

– Что-нибудь придумаем.

– Пока.

– Пока.

Мишка знатный потребитель. Он в вещах разбирается. Даже в ценах. Что же ему привезти? Денег-то нет.