Лавка сновидений Юнсыль - Херин Ли

— Конечно. А теперь отдохни. Я сам приготовлю ужин дяде, так что не волнуйся.

— Спасибо, Кассель. Я очень ценю твою помощь. Спокойной ночи.

Юнсыль первая поднялась с дивана и направилась к себе. Кассель торопливо произнес вдогонку:

— Юнсыль, когда я потерял родителей, то думал, что все кончено. Но сейчас же я живу совсем не плохо, так? То есть я не забыл их, да и вряд ли когда-нибудь забуду, поэтому…

Юнсыль повернулась и посмотрела на Касселя, который улыбнулся, пытаясь ее утешить.

— Я знаю, все будет хорошо.

— Так что не отчаивайся. Надежда еще есть, и твои родители знают, что я попробую для тебя как-то…

— Спасибо. Но только без самопожертвования. Ты — все, что у меня осталось.

Слезы, которые она так долго прятала, теперь потекли по ее лицу тонкими струйками.

Открытие Лавки снов

Букинистический магазин располагался на первом этаже жилого дома. Кассель и Юнсыль решили вместе навести там порядок: она проверила бухгалтерские книги и запасы книг на складе, а также изучила управленческие вопросы, принц же взял на себя всю тяжелую физическую работу. В основном его задача заключалась в перетаскивании объемных фолиантов, проверке их состояния и проведении инвентаризации.

В магазинчике оказалось значительно больше товаров, чем друзья предполагали, и они вдвоем весь день разбирали и упорядочивали книжные запасы. За этим делом они не заметили, как день подошел к концу.

— Кассель! Эта последняя?

— Разберем эту коробку, и хватит!

Касселю остался только книжный шкаф в самом углу. Необычайно большой и высокий, прикрепленный к потолку. Принц протянул руку к верхней полке — он был гораздо крупнее обычных людей, но даже ему пришлось встать на цыпочки, чтобы дотянуться.

Одну за одной Кассель доставал книги, проверял их состояние и отмечал в инвентарном списке. Записав последнюю, он попытался засунуть ее на место, но она никак не помещалась, как будто в книжном шкафу что-то застряло. На уровне глаз ничего не было видно, поэтому Касселю пришлось вытащить несколько томов, которые он только что поставил.

Затем принц нащупал что-то внутри полки. Кончики его пальцев прошлись по характерной текстуре старой кожи. Кассель осторожно вытащил книгу.

Она была очень толстой. Старая кожаная обложка истерлась и крошилась от малейшего прикосновения. Название книги было уже едва различимо, но все же Кассель смог разобрать, что оно написано древними буквами Королевства Грез, а не хангылем[1].

— Что это?

Невероятно! Этой книге следовало находиться в библиотеке Королевства Грез! В голове у Касселя возник сразу миллион вопросов: как том попал в реальный мир, почему принадлежал отцу Юнсыль и еще много других.

Кассель затряс головой, чтобы избавиться от навязчивых мыслей. Не в его характере было зацикливаться на вещах, которые он никак не мог узнать прямо сейчас. Хорошо, если получится найти в этой книге хоть малейшую зацепку о Пожирателе снов или Камне грез.

На поверхность сознания тут же всплыли воспоминания о королевстве, которые он пытался вычеркнуть из памяти. В ушах зашумело, сердце стало бешено колотиться. Он почувствовал печаль и боль, сожаление и горечь.

Но, конечно, к нему пришли не только негативные эмоции. В сердце Касселя затеплилась надежда. Может, в этой книге содержится ключ к разгадке тайны Юнсыль или он найдет подсказки, как отыскать осколки Камня грез и восстановить королевство?

— Кассель, ты закончил? — донесся голос Юнсыль из-за книжного шкафа, но принц не ответил. По правде говоря, он даже не слышал, что она что-то сказала. Просто осторожно перелистывал страницы, и его руки дрожали от страха порвать книгу.

Обложка была потрепана, но, к счастью, внутренняя часть сохранилась почти идеально. Кассель прочитал название на форзаце. Древняя письменность Королевства Грез представляла собой сложное звуковое письмо, совершенно не похожее на наш современный алфавит, и Касселю потребовалось немало времени, чтобы разобрать всего несколько слов.

— «Собрание сочинений Ткача снов Арго»?

Если речь шла о том самом Арго, то Кассель знал, кто это. Ткач снов, живший около двух с половиной тысяч лет назад, один из немногих, кого смело можно было назвать гением. Не по причине его могущества, а из-за исключительного ума. Арго был наследником престола, но отказался от власти, чтобы стать ученым, и совершил революцию в области материализации сновидений.

— Вот оно!

Очевидно, Арго что-то выяснил благодаря своим обширным познаниям и исследованиям.

Кассель медленно просматривал страницы книги. Но прочесть текст с листа не мог, потому что тот был написан древним шрифтом Королевства Грез. Со вздохом сожаления принц захлопнул книгу.

Юнсыль внезапно высунулась прямо перед Касселем:

— Ку-ку! А вот и я!

— Эй! Что ты творишь!

Кассель, который так увлекся чтением, что даже не заметил приближения Юнсыль, издал пронзительный крик. Она невольно вздрогнула.

— Ох, прости. Я просто испугался.

— Да ничего. А что ты так внимательно разглядывал?

Вместо ответа Кассель указал Юнсыль на название книги на внутренней стороне обложки. Естественно, подруга не смогла прочесть.

— Что это? Что за язык? Я никогда не видела такой письменности.

— Это древний алфавит Королевства Грез. Здесь написано: «Собрание сочинений Ткача снов Арго».

— А? — Юнсыль раскрыла рот от удивления. — Сочинения Ткача снов Арго? Откуда здесь такая вещь? Кто такой Арго?

— Он был легендарным ученым. Вероятно, эта книга — сборник его трактатов! Похоже, мы не первые, кто пересек границу Королевства Грез и реального мира. Конечно, я же перешел сюда, так почему другие не могли бы этого сделать?

— Это все понятно, но почему вдруг она оказалась у моего отца?

— Я не знаю, но… В любом случае то, что у нас есть эта книга, — огромный плюс! Она может дать нам подсказку! Пойдем домой и внимательно почитаем ее.

Уже в комнате друзья осторожно открыли рукопись: страницы пожелтели, но, к счастью, на них не было повреждений.

Пролистав несколько страниц, они наконец добрались до начала основного текста. При виде убористо исписанного листка бумаги Кассель и Юнсыль замолчали.

Буквы были крошечными, почти нечитаемыми без лупы, расстояние между строк и поля — удушающе узкими, а разрывы между абзацами отсутствовали, так что на странице совсем не было свободного места.

После долгого молчания Юнсыль осторожно спросила:

— Кассель, а ты сможешь прочитать весь этот текст?

— Да, конечно…

— А я вот не смогу, наверное… Буквы слишком похожи на картинки. И почему расположение текста такое странное? У меня уже глаза болят.

— Древняя письменность Королевства Грез состоит из идеограмм.

— То есть я права, это и есть маленькие картинки.

Кассель, пытавшийся не обращать внимания на режущую боль в глазах, медленно расшифровывал трактат, но в конце концов сложные предложения о метафизике заставили его зажмуриться. Как ни странно, силуэты древних символов будто застыли перед взглядом и слегка вибрировали.

Кассель тяжело вздохнул и повернулся к Юнсыль.

— У тебя есть лупа?

— Сфотографируй на телефон и увеличь. Так будет лучше. — С этими словами Юнсыль куда-то убежала.

— Да, это очень… хорошая идея…

Касселю захотелось плакать.

Тук-тук. Юнсыль постучала в дверь комнаты, но ответа не последовало. Она не придумала ничего лучше, чем просто повернуть ручку и войти.

— Кассель, уже неделя прошла. Выйди хоть на улицу — подыши воздухом.

Но ответа по-прежнему не было. Юнсыль медленно подошла к сидевшему за столом Касселю. Его рабочее место было, мягко говоря, захламленным, а лучше сказать — грязным.

Перед принцем лежало открытое «Собрание сочинений Ткача снов Арго», а на ноутбуке рядом с книгой светился открытый блокнот. Вокруг были разбросаны несколько точилок, почти использованный ластик и куча исписанных скорописью бумаг. Некоторые из них даже валялись на полу.