Архитектура жизни: закон случайных величин - Симонова Дарья Всеволодовна

Ночь мы провели в лесу. Так прошел второй день, и нам уже ничего не оставалось, как пойти к нашим знакомым девушкам. Мы объяснили им ситуацию. Они накормили нас всевозможными консервами, а потом — поскольку сами были из Ленинграда, отдыхали здесь уже не в первый раз и всю округу успели изучить достаточно хорошо — отвели нас к какому-то заброшенному домику, где никто не жил. Окна в нем открывались внутрь, в комнате были две железные кровати. В него мы быстренько и заселились.

Помнится, спали втроем на этих двух кроватях. Девушки подкармливали нас зеленым горошком, и мы запивали его спиртом. Так прошел еще один день, а потом нас заприметил сторож и выгнал.

Тогда у нас осталась последняя надежда. Мы собрали оставшиеся деньги: хватало на одно койко-место в пансионате, где жили девушки. А расчет наш был такой, что место дадут явно в двухместном номере, и все мы там пристроимся. Андрея приодели, дали ему паспорт в руки и отправили снимать номер. Получилось все, как мы и предполагали. Он снял номер, и мы все втроем в нем жили. А еще дополнительным удобством оказалось то, что у нас с девушками был общий балкон. Так мы сдружились.

МАЙКЛ РАСПАХНУЛ ДВЕРЬ И УВИДЕЛ КАРТИНУ:

ПЬЯНЫЕ ЗАМУЧЕННЫЕ ФИЗИОНОМИИ В КЛУБАХ

ДЫМА — В НОМЕРЕ, ИЗ КОТОРОГО ТОЛЬКО ЧТО ВЫШЛА

ДЕВУШКА. ПРОИЗНЕС ТРИ СЛОВА ПО-АНГЛИЙСКИ

И ПЕРЕВЕЛ НА РУССКИЙ: «ДО СВИДАНИЯ»

Вскоре к одной из девушек приехал ее молодой человек, с которым мы тоже подружились. Он отпаивал нас по утрам все тем же спиртом.

Несмотря на все тяготы, время мы тогда провели отлично! С тех пор прошло уже 24 года, и мы по сей день дружим очень тесно.

Одна из девушек с течением времени выпала из общения, а вторая, к которой парень приезжал, вышла за него замуж. У них двое детей, уже взрослых. Старшая дочь уже практически того же возраста, что были мы, когда познакомились.

В последние годы в Питер чаще приезжаю я, Андрей реже. Когда ребята приезжают в Москву, мы тоже всегда встречаемся. И все наши встречи всегда очень яркие, будто мы возвращаемся в те годы. И все традиции наши, что сформировались во времена нашей юности, остались и сохранились. Как и много лет назад, мы пьем шампанское на перроне из горла.

Эта история — классический пример таких вот мимолетных встреч и знакомств, которые перерастают в близкие отношения. Все то, что по чуть-чуть совпало со всех сторон: и как познакомились, и как нас выгнали, и как барышни нам помогли! Насколько все это оказалось в одной истории, в одном моменте встречи и насколько незаметно переросло в настоящую дружбу!

23.

Школа Абрамовича

Не обошлось без игры судьбоносных случайностей и в тех отношениях, которые привели меня к моему бизнесу. Хотя почва для них была подготовлена еще в детстве. Школу я окончил неплохо, но одна тройка у меня в аттестате все же была. Понимая, что надо поступать в институт, я рассматривал разные варианты. Подал заявление сразу в четыре ВУЗа — институт стали и сплавов, горный, нефти и газа, историко-архивный. Чем я руководствовался? В первую очередь, чтобы там не было физики — как я уже говорил, у меня с ней отношения не складывались. В итоге выбор мой остановился на факультете информатики историко-архивного института. Надо сказать, что в школе я этой темой увлекался. В старших классах у нас был такой предмет — УПК, учебно-производственный комбинат, где нас готовили к выбору будущей профессии. И там, среди прочих, можно было выбрать профессию пользователя персонального компьютера. Конкурс был высокий — пять человек на место! Тем не менее, я смог поступить в эту группу, хотя познания мои были невелики. Поэтому, когда мне задавали вопросы, например, про магнитный диск и дискеты, я фантазировал, исходя из логики и того, как сам это понимал: на диске хранится информация, дискета помогает ее переносить — и так далее. Я знал, что такое компьютер и как он выглядит — не более. Думаю, меня выручила комбинаторика мышления.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})

Меня приняли, и это была случайность. Просто повезло.

Когда начались занятия, я зафанател страшно! В кабинетах, где УПК проводили, по тем временам, были суперсовременные машины — по 40 мегабайт, и все было суперкруто! К тому же, параллельно с этим, с девятого класса у нас в школе начали преподавать информатику.

Я балдел! Мог проснуться среди ночи и начать перебирать свои дискеты, чтобы посмотреть что-то, проверить. Все это для меня было интересно страшно!

А поступив в институт, понял, что люди вокруг вообще не понимают, что это такое — информатика, компьютеры, программирование! Первый семестр проучился, освоился и, не особо старательно сдав первую сессию, во втором взялся за голову. Решил стать примерным — и что изменилось? Ничего. Оказалось, скучно. Решил, что надо идти работать, а не фигней страдать.

Я уже упоминал о своем опыте работы сторожем и агентом по продажам в студии «Полиграм». Это были «мои первые книжки». А на третьем курсе я стал заниматься недвижимостью. Однокурсник сказал: «Мой друг фирму открыл. Будешь заниматься офисами?» — «Буду», — отвечаю. Так я возглавил отдел нежилой офисной недвижимости — с этого началась моя карьера. Думал ли я, что это надолго? Конечно, нет! Я просто искал источник заработка. Впрочем, в те годы по всей России с зарплатой были перебои.

Нормальные деньги стали у меня появляться в двадцать один год, когда после института я начал плотно работать. Несмотря на то, что тетя Лариса устроила меня программистом в институт теоретической и экспериментальной физики, чтобы я мог получить бронь от армии, я продолжал заниматься недвижимостью. Совместить это было несложно, поскольку мы с начальником договорились: я на работу буду приходить только по необходимости, а он — распределять мою зарплату между сотрудниками. Меня это устраивало. И их устраивало. А свой заработок я получал, занимаясь недвижимостью — сразу после института у меня появилось собственное дело.

И мое дело вначале тоже было делом случая.

Шел я как-то на работу. Выйдя из дома, направлялся к метро «Чертановская». Вижу — навстречу мне идет молодой человек примерно моего возраста. Мы почему-то оба посмотрели друг на друга внимательнее, чем на любого прохожего, и оба прошли мимо. Затем — тоже оба! — обернулись. Он — мне: «Вы не Дима?» Отвечаю: «Дима». Он: «А я Андрей. Мы вместе на компьютерные курсы ходили».

Он был другом и одноклассником парня — его Сережей звали, — который три года учился в моем классе, а потом перешел в другую школу (которую, кстати, оканчивал Абрамович — тут мне тоже провидение подмигнуло!) — и мы с ним после этого встретились только на УПК. И вот я случайно сталкиваюсь с Андреем.

Стали общаться. У нас завязалась дружба.

Быть может, открытость дружбе напрямую связана с открытостью случайностям? Точно этого не скажет никто, но мне думается, связь очевидна. Открываясь, ты, согласно формальной логике, более подвержен опасностям, но то, что ты приобретаешь, перевешивает их. И таким образом ты становишься сильнее…

ВИЖУ — НАВСТРЕЧУ МНЕ ИДЕТ МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК

ПРИМЕРНО МОЕГО ВОЗРАСТА. МЫ ПОЧЕМУ-ТО ОБА

ПОСМОТРЕЛИ ДРУГ НА ДРУГА ВНИМАТЕЛЬНЕЕ.

ЧЕМ НА ЛЮБОГО ПРОХОЖЕГО. И ОБА ПРОШЛИ МИМО.

ЗАТЕМ — ТОЖЕ ОБА! — ОБЕРНУЛИСЬ

Андрей ко времени нашей нечаянной встречи уже очень хорошо зарабатывал. Мы были ровесники, и в двадцать один год по тем временам он уже крепко стоял на ногах — у него был свой автомобиль, телефон сотовый. Он убедил меня, что надо не на дядю работать, а свое собственное дело открывать. И благодаря тем отношениям, которые сложились у меня на работе, я забрал своих клиентов и начал с ними работать отдельно. Андрей меня профинансировал на покупку факса, потом мы добились аренды офиса на год, и все! Я открыл свое дело, он стал моим партнером, и мы начали с ним работать.