Лев Сокольников - Прогулки с бесом, или "Gott mit uns"!

Рассуждения "ужасного содержания", что приведены выше — полностью бесовские.

С какого времени мы договорились о покойниках "говорить или хорошо, или ничего" — не знаю. О "советской власти, отдавшей концы", как о любом покойнике, нужно сказать и хорошее: перед "кончиной" у неё хватило ума признать "невиновность советских граждан, работавших на оккупантов в годы войны в силу сложившихся обстоятельств".

Кто был первым человеком "обличённый властью", кто первым высказал оправдание бывшим вражеским прислужникам от лица умирающей — не помню, но шляпу перед ним снимаю: да зачтётся ему такое выше любого тутошнего подвига!

— Беся, внеси ясность, поведай миру моими руками: почему покойников нельзя хаять? Поясни, о, мудрейший и грамотнейший из бесов, почему нельзя поминать лихими словами обитателей того мира?

— Поминай, запрещающих законов на поминание худыми словами усопших пока нет. Возможно, в будущем и появятся, а пока хули кого угодно! Худо вот что: многие хулимые и там не избавились злобы и насылают вам, живым" неприятные сны. Знакомо вот это "не с той ноги встал"?

— Знаю… Испытывал…

— А ноги ни при чём! Это какой-то "тамошний" злыдень дурным сном тебя огорчил. Тебя дурные сны посещают?

— Бывает. После них настроение весь день неприятное.

— Вот! На многих страницах ныне, все, кому не лень, топчутся по "вождям" прошлого, а ведь они "реагирует на критику масс". Сами когда-то призывали массы "критиковать невзирая на лица". При жизни реагировали на критику душегубством, а сейчас мстят дурными снами. Возможности иные.

— Как-то однажды пригрезился ДжЮгошвили, но ничего путного не сказал. Молчал "вождь".

— Это потому, что при жизни израсходовался словами и ныне в "раках" пребывает. "Пустым", то есть….

* * *

Предательство неуничтожимо: предавали всегда, предают ныне, будут предавать и впредь. Предавать будут всё, даже и "святое". Формы и виды предательства меняются, но суть остаётся неизменной: "предательство — это перемена симпатий". "Святое" предавать вроде бы "престижнее": оно дороже оплачивается.

Простейшее, примитивное предательство — измена жене. Или мужу, что одинаково. Но измена мужу расценивается иначе и наказывается "по высшему разряду". Или потому, что измена женщины дороже стоит? Или потому, что способов наказать "изменщЫцу" у меня больше? Измена супругов — первая, "низшая" ступень предательства. Предательства, совершаемые "по идейным соображениям" — бескорыстны, но хорошо оплачиваются. Это, повторяю, зависит от уровня предателей и от целей. Предательство имеет сорт и цену.

Отец работал на врагов за малую плату, и его "дешёвое" служение как бы выходит из разряда предательств, но совсем другое дело — это когда горизонт от "смены курса" выглядит "радужным".

— Половина губернаторов и очень богатых людей настоящего времени — суть предатели. Совсем недавно они были "преданы учению вождя" и "грели у сердец удостоверения о верности партии", а сегодня они не менее "верные и преданные новым веяниям" прежние "товарищи". Об этом хотел сказать?

— Скажи, бесяра, могу дать на отсечение указательный палец правой руки в том, что любой из губернаторов "красного опоясывающего лишая", готов сегодня встретить "хлебом/солью" любого захватчика, но при одном условии: пусть захватчик поклянётся, что не тронет нахапанное?

— Можешь всю ладонь поставить — и выиграешь! Губернаторы всегда были "верными последователями учения вождя мирового пролетариата

тов. Ленина". Более того: они загоняли палкой, голодом и пулей всех остальных в "учение": "Уперёт, к пабеде камунизма"! Будем верны учению вождя! Клянёмся! Во всём, всегда и всем! Ур-р-ра-а! — глумился бес над моим прошлым — вчерашние "обкомики" сегодня не менее "верные и преданные товарищи" воскресшему русскому капитализму". Да, тому самому, "волчьему". Его таковым "вождь" большевиков величал. Капитализм на поверку оказался слаще социализма, жирнее: ответственность — нулевая, а прибыль — громадная!

— Почему и отчего "строительство самого светлого общества на планете" окончилось крахом? "Проект" был хреновый? Или "главные архитекторы" балбесами оказались? Или всё вместе? Как всегда привычное наше "три по сто в одном стакане"?

Всё плохое мы совершаем по незнанию или от "подлости натуры". Отец потому пошёл на услужение к врагам, что не знал творений великого Шота Руставели:

"…лучше смерть,

но смерть со славой,

чем бесславных дней позор!"

— А если бы знал? У великого Шота есть и другие слова: "…горун бежал быстрее лани…". Не помнишь, о ком они сказаны?

— Нет. И не догадываюсь. Знаю четыре строки из неопубликованного Некрасова:

"…мрут, как и малые,

так и великие!

Как всем известные,

Так и безликие!"

Поддавшись влиянию свояченицы, на другой день поутру, отец отправился к врагам предавать родину. Не бросил нас и не отправился по "призыву партии" партизанить в ближайший лесной массив, не стал добывать оружие, чтобы мстить пришельцам "за обиды матери-родины!", нет! И всё потому, что во время не повязали его "клятвой на верность советской власти". Прошляпила отца советская власть, не верила она "огрызку помещечье-купеческого сословия" от своего начала! Да и захватчики вроде бы ничего у отца не отняли, так что мстить им было не за что. Они как-то были сами по себе, а отец с семьёй числом в четыре души — сам по себе. Отдельно.

Что его ожидало в будущем, если бы пришельцы окончательно захватили отечество — это всё из области "сослагательного наклонения". Для меня всё могло закончиться измерением черепа кронциркулем и с надписью готикой на лбу: "Vernichtung"! что означает: "не подходит под европейский стандарт! Размозжить ему череп об угол кельи"! Пожалуй, и краску для надписи тратить не стали, без краски отправили "на ТОТ свет". А для чего был пригоден? На что сгодился бы при возрастании? Что сделали бы с сёстрами? Оставили на "улучшение породы"?

Всякое предательство — перемена в жизни. Разнообразие. Без раздумий, что может быть в итоге и потом. Сравнение "тех" с "этими". Даже измена жене, или мужу, совершается в надежде получить, хотя бы какую-то перемену обыдённости. Без надежды, что их будущее станет лучше, люди на предательства не идут, смысла нет.

— Совершенно верно! В изменах руководствуетесь великим "хер на хер менять — время терять"! Почему в 17 т году переворот у "красной банды" получился?

— Ну, и почему?

— Перемены вы хотели! — однако, бес подготовленная сущность!

Так прекрасно знать народные поговорки о замене "хера" на "хер" с потерей времени в итоге!

— Звучит грубо, но правильно! Воспитанные люди говорят так: "от добра — добра не ищут", а ты "бранными именами мужского рода" так вольно разбрасываешься!

— Сказать, почему вас так жестоко карал "вождь" за измену? Не о родине он заботился, когда из вас "предательство" вместе с жизнью изгонял, нет! Ваше предательство адресовал себе. Ну, как же! Вождь перестаёт быть таковым после момента, когда хотя бы один из его подданных переходит на сторону врага. Одна измена — и "вождь" уже не вождь. То же правило действует и в деньгах: "миллион без копейки — не миллион"!

Немцы взяли отца на работу. На перевозку военных грузов по временно захваченным "стальным магистралям союза".

Через какие проверки прошёл отец у работодателей, прежде чем подпустить к "железке" — не знаю, но без дачи заверений "в лояльности к новой власти" дело не обошлось. Пожалуй, что вся последующая работа на оккупантов была для отца постоянной проверкой, но так ли было на самом деле — и этого не знаю. По этой теме можно навести справки у беса, но, помня, что "излишние подробности вредят" — остановлюсь. Достаточно сказать, что "новая власть" взяла с отца заверение "в верном служении Рейху". Отец об этом говорил матери.

И немцы далеко от советской власти не ушли, и они требовали "клятв в верности". Всё кругом одинаково, ничего нового!

Подписанная бумага о верном служении Рейху была смертным приговором отцу, но почему она не сработала в своё время — эта тайна так и останется неразгаданной. Что нас всех ожидало впереди — в момент отцова падения никто сказать не мог, но первый шаг к самоуничтожению отцом был сделан.

Вторым условием для службы на "железке" — профессиональная годность. То есть, если я прихожу наниматься сопроводителем грузов по железной дороге, то должен что-то знать и уметь из того, на что претендую. Это понятный и естественный стандарт требований к претенденту: если ты хирург — проведи операцию, а мы посмотрим!

Что у захватчиков шло первым номером, а что вторым — тогда такие тонкости от меня были далеки. Знания пришли после того, как отработал сорок пять лет на "советском" производстве.

"Загнивающие" граждане с Запада на первое место во все времена ставили способности человека, но никак не "партейные". Это была и остаётся единственная и основная особенность Запада, коя при их длительном "загнивании" не позволила "сгнить" им окончательно.