Анхель де Куатьэ - Иди и смотри

Лора очнулась на земле. Открыла глаза и увидела склонившегося над ней Дейвида.

– Лора… Лора… – причитал он. – Господи, что же мы будем делать?.. Надо вызвать медицинскую помощь, а телефон сел. И в полицию не сообщить. И где Долли – неизвестно… Лора, что же нам делать?!

– Нет, мы должны идти, – вымолвила Лора, пересиливая жуткую, парализующую ее слабость. – Надо идти.

– Лора, ты же теряешь сознание. У тебя было сотрясение мозга. Ты не можешь. Мы должны как-то вызвать сюда врача…

– Нет, Дейвид, – решительно, хотя и все еще шепотом ответила Лора. – У нас нет времени. Мы должны идти.

– Но куда, Лора? Куда?!

– В Атуа-Тангиханга.

– К алтарю «сверхъестественных сил смерти»? – Дейвид обомлел от ужаса.

Сверхъестественные силы смерти – так дословно переводится с языка маори Атуа-Тангиханга. Никто из европейцев не решался ходить в этот лес. Никто, потому что за последнюю сотню лет, как говорят, еще ни один белый из него не возвращался.

– Да, – ответила Лора. – В Атуа-Тангиханга.

– Но это… Нельзя, – прошептал Дейвид. – Зачем?..

– Мы должны, – сказала Лора. – Я должна.

Лора не знала, почему она должна идти в Атуа-Тангиханга. У нее не было никаких объяснений своему решению. Она просто чувствовала. Она понимала это как-то внутри. И это была не интуиция. Это был внутренний голос. Настоящий – ее собственный – внутренний голос.

Лора ухватилась за крупную ветвь куста, встала.

– Лора, подожди! – взмолился Дейвид. – Послушай меня! Это безумие!

– Нет, Дейвид. Как раз это не безумие, – ответила она и улыбнулась глазами, как смогла, сочувствуя всей своей прежней несчастной и бессмысленной жизни. – Я сейчас, знаешь, завидовала, стыдно сказать, одежде… Понимаешь? Глупо, но я завидовала тряпочке. Что она может помочь, а я – нет. Я ничем не могла помочь. Правда. Ничем. А потом я встала и сказала: «Нет!» Впервые. Первый раз за всю свою жизнь. Сказала – «Нет!». И случилось. Понимаешь? Подействовало. Я не завидовала. Я сделала. Я смогла.

– Лора, ты бредишь! – замахал руками Дейвид. – Ты ничего не говорила и не вставала! Ты была без сознания! Это тебе все привиделось! Это из-за травмы. Травмы головы! Это безумие – идти в Атуа-Тангиханга, Лора!

– Белые люди умеют говорить о том, в чем ничего не смыслят, – улыбнулась Лора и пошла на свет, раздвигая ветви кустарника. – Ты со мной?

Она обернулась и посмотрела на растерянного, раздавленного случившимся Дейвида.

– Я? – переспросил он. – Я… Я не знаю.

– Ты Долли любишь? – спросила вдруг Лора, с добротой, с нежностью.

– Люблю, – ответил Дейвид, и на глазах у него появились слезы.

– Тогда надо идти, Дейвид, – Лора слегка качнула головой. – Если любишь…

До Атуа-Тангиханга нужно было идти через холмы, по заросшим лесным тропинкам, перебираться вброд через мелкие речушки, обходить небольшие озера. И Лора, и Дейвид едва держались на ногах, каждое новое препятствие для них становилось настоящим испытанием. Но они спешили. Они шли так быстро, как могли. Шли молча. Каждый думал о чем-то своем.

О чем думал Дейвид, Лора не знала. Время от времени она искоса поглядывала на него. Но он словно и не замечал этого. Запутавшийся, потерянный. Лора тоже бы запуталась, но она и до этого была в тупике. Так что теперь, несмотря на всю нелепость, нелогичность, несуразицу происходящего, она, наоборот, испытывала какое-то странное облегчение. Словно нащупала долгожданный выход.

События последней ночи и этого утра складывались для нее в единую картину. Голоса – будто бы ангелы-хранители спустились к ней в самую страшную минуту и помогли понять что-то очень важное, ценное. Что-то, чего и не объяснишь словами, но ведь если сердцу понятно, то и объяснять не нужно. Потом воспоминание детства, как она впервые увидела Анитаху. И потом – как она защитила его от Брэда. Как сказала Брэду «нет».

– Ты боишься смерти, Дейвид? – спросила вдруг Лора.

– Смерти? – переспросил он.

– Да, смерти.

– Я пытаюсь о ней не думать, – серьезно ответил Дейвид. – Зачем? Мне не по себе становится. Не нужно о ней думать.

Дейвид посмотрел вперед – еще вон тот холм, потом спуститься в долину – и через полчаса хода Атуа-Тангиханга. Место, откуда живыми не возвращаются.

– Боюсь, – сказал вдруг Дейвид.

– А если я скажу тебе, что Ада нет? – спросила Лора и внимательно посмотрела на спутника.

– Если ты скажешь? – печально улыбнулся Дейвид. – Если ты скажешь, не перестану бояться.

– Ну, а если вот действительно ты будешь знать, что Ада нет – как тогда?

Дейвид задумался.

– Так, держись! – закричал он и подхватил Лору.

Лора споткнулась и чуть не упала с каменного уступа.

– Спасибо… – поблагодарила Лора.

– Знаешь, – сказал Дейвид, держа Лору за руку. – Я раньше верил в загробную жизнь. А потом как-то перестал. В Бога верю, даже в чудеса верю, а в культ, в религию, в то, что о Нем говорят – нет, не верю. Когда долго изучаешь культуру, науку, начинаешь понимать, что религия – это просто такая сфера жизни. Она не о Боге. Она о людях… Вот ты говоришь – «Ада нет». Это ведь не о религии речь, а о тебе.

– И что это обо мне говорит? – недоуменно улыбнулась Лора и поспешила вперед по тропинке.

– Ну, это говорит, что ты добрая, – сказал Дейвид, глядя ей в спину.

Лора смутилась и слегка закраснелась.

– Добрая… – протянула она.

– Да, добрая. И поэтому я тобой восхищаюсь.

– Восхищаешься? – не поняла Лора.

– Да, восхищаюсь, – серьезного ответил Дейвид. – Вот мы сейчас идем черт знает куда, на смерть, может быть. И я спрашиваю себя – зачем я туда иду? Какого черта? Почему бы просто не вызвать полицию? Или не найти, например, где-нибудь ружье и не наведаться в Потуа, чтобы перестрелять там всех к чертям? «В пределах самообороны»… Но нет. Я иду в Атуа-Тангиханга, откуда еще никто живым не возвращался. И у меня нет ответа – зачем я туда иду. Просто иду, и все. Я иду. Понимаешь?

– Нет, – честно призналась Лора.

– Ну, просто я смотрю на тебя – и не могу тебе не верить. Точнее, могу не верить… Даже не верю, что надо идти в этот дьявольский лес. Но ты говоришь, что надо, и я иду. Ведь убеждают не слова, а поступки. Человек может говорить умные вещи, но его никто не услышит. Доводы не убеждают, доказательства не убеждают. Поступки убеждают. Только они. И если человек так действует, что это восхищает людей, то скажи он им, что «Ада нет», и они ему поверят. А скажи он – «Ад есть», и ему тоже поверят. Все думают, что дело в религии, а это не так. Дело в людях…

– Восхищение… – задумалась Лора. – А что ты скажешь о человеке, который говорит, что Рая нет?

Дейвид рассмеялся.

– Почему ты смеешься? – удивилась Лора.

– Ну, это старый спор маори с миссионерами… – пояснил Дейвид. – Он уже легендой стал.

– Да? А я не знала.

– Старый спор, – повторил Дейвид. – Не спор даже, а такая… Не знаю. Обличающая история. Или нет, не обличающая? Не знаю, как сказать. В общем, когда миссионеры рассказывали маори об Аде, те слушали спокойно. Но когда миссионеры стали рассказывать о том, что такое Рай, маори почему-то запротестовали. Миссионеры были очень удивлены и продолжали настаивать на существовании Рая. А маори – ни в какую… Ад, может быть, и есть, а Рая нет, и все туг.

– А почему маори говорили им, что Рая нет?

– Индейцы живут в неизменном мире. В их мире все постоянное, вечное, ничто принципиально никогда не меняется. И поэтому, если ты живешь хорошо, красиво, полнокровно, счастливо – это значит, что, и когда твой дух покинет тело, он будет чувствовать себя так же. Для них Рай – вот он…

И Дейвид показал вокруг – на небо, на бескрайние, зеленые, удивительно красивые земли, на океан, виднеющийся вдалеке.

– Не понимаю, – Лора задумалась. – А почему тогда они согласились с тем, что Ад есть?

– Дейвид снова рассмеялся – тихо, еле слышно:

– Ну, Лора, они смотрели на миссионеров и думали – если этим людям нужен Рай, значит, они живут в Аду, а если они живут в Аду, то, видимо. Ад есть. Вот такое рассуждение, или примерно такое.

– А Рая-то тогда почему нет? – Лора растерянно развела руками.

– А Рай – вот он! – Дейвид улыбнулся и снова обвел глазами окружающий мир. – Но это не Рай, конечно. Это жизнь. В общем, если жизнь – Рай, то и не надо тебе никакого Рая. Иди и смотри…

– Иди и смотри, – повторила Лора, вспомнив слова старого маори. – Иди и смотри.

– Да, – подтвердил Дейвид, не вполне понимая, с чем именно он соглашается. – Это твоя жизнь – иди и смотри.

Лора и Дейвид выбились из сил. У Лоры ныли колени и раскалывалась голова. С каждой минутой Дейвиду становилось вес тяжелее дышать. Он выглядел не просто болезненно, он был ни жив, ни мертв. Они шли, поддерживая друг друга. Молча. И уже, кажется, ни о чем не думали. Только бы дойти. Только бы выдержать.

А вокруг пели птицы, благоухали цветы, зеленела крона вековых деревьев, солнце наполняло мир светом.