Александр Буров - Тук-тук, это хирург!

В итоге мне дают номерков на пару месяцев вперед, пожалуйста, если что — приходите. Выражаю надежду, что больше не буду надоедать своими посещениями. Работы и без меня хватит, вон, бабушек лечить надо. Вон их сколько развелось. Стареет население, нуждается в демографической коррекции. А я уж как-нибудь сам.

О вытрезвителях

Вот отдали всех пьяных на попечение медицине. В заботливые ласковые руки врачей. Права человека — святое. Вытрезвитель ведь своего рода незаконный арест. Хорошо, демократия торжествует.

На днях привезли одного из местных алкашей. Гопник лет 50-ти, но еще не бомж. Уснул в паре шагов от дома. Родная хмелеуборочная отвезла бы в любимый вытрезвитель. Или домой, если есть паспорт. Пусть даже обобрав до нитки. Но теперь с этим произволом покончено. Вызывается «Скорая помощь». У них инструкция жесткая. Всех с улицы — в больницу.

Дотошный хирург осматривает алкаша. Мужик замерз, даже не мычит. Рожа расцарапана. А нет ли у него черепно-мозговой травмы? Из диагностических средств только неврологический молоточек и старый рентгеновский аппарат. Если травму пропустить, хирурга накажут. Строго. На помощь призывается из области дежурный нейрохирург. Тот тоже не сильно молоточком владеет.

К этому времени анестезиологи почти разбудили товарища алкоголика. Тот сказал, что он Салек, пытался сформулировать свой адрес. Но хирурги решили не рисковать. А вдруг в голове гематома? Второй раз нейрохирургу ночью приезжать совсем не хотелось. И пошли они методом наложения диагностических фрезевых отверстий в черепе. Как в каменном веке. Там, правда, пошире показания были. Злого духа изгоняли.

Пробив в голове 4 дырки, увидели здоровые мозги, пусть и слегка опухшие от пьянки. Зато теперь все спокойны. Убедились, что внутричерепной гематомы нет.

Мужик проснулся. Пусть дня на 3 позже, чем ожидал. Озирается по сторонам в незнакомой обстановке. Чисто вокруг, кафель. Это особо не удивило. К пробуждениям в новых местах он привык. Удивила головная боль. Даже не сама боль, а несколько иной ее характер. Не такой, как привычный. На голове повязка. Судя по старым рубцам на черепе, такое, видно, тоже бывало. Но. Ощупав свою больную голову, человек обнаружил 4 дырки в костях. И тут он от удивления стал кричать. Буйствовать начал. Пять человек с трудом удержали на кровати. Обошлось без дополнительных травм. Вывих плеча не в счет. Тут же вправили. Пришлось мужичку поспать еще пару дней. Теперь уже будили постепенно, держа наготове шприц с добрыми лекарствами.

Объяснили мужику, что это теперь такой способ кодирования от пьянства. Каждая дырка — на год.

Не очень-то он, конечно, в эту версию поверил. Сказал, бля, да лучше б я в трезвяке оказался. Посмотрим, поможет ли кодирование. Главное, чтоб супругу не обвинил в сговоре с врачами. А то, пожалуй, ей реально трепанацию делать придется. Такие случаи бывали.

Когда же мужик окончательно пришел в себя, смирился с дырками в голове. Ходил по отделению, недовольно бурча себе под нос:

— Я же из спецназа. Профессиональный разведчик. Нас учили выживать в любой ситуации. Оставили бы в сугробе. Выжил бы. И череп бы целый остался.

Конференция

Вручили пригласительный билет на конференцию анестезиологов в городе Петрозаводске. «Школа Зильбера: Открытый форум». С 11 по 14 октября. Ознакомился с прилагаемым планом. Подкупает и слегка настораживает культурная программа конференции. Особенно в сочетании с планируемым празднованием дня анестезиолога.

Цитата:

«Культурная программа соответствует традиционным октябрьским „зильберятникам“ и проводится на берегу Онежского озера в едином комплексе, включающем три отеля, Республиканский наркологический диспансер, управление Петрозаводской и Карельской епархии РПЦ и местное отделение полиции».

Предусмотрительно. «Единый комплекс» составлен грамотно. Чувствуется, организаторы знают, как привлечь участников. И знают, кого привлекают. Перебравших полиция повяжет на берегу озера, откапают в наркологическом диспансере, а затем отпустят грехи. Или отслужат панихиду, если не откапают. Ну а если кто и сможет самостоятельно передвигаться, до какого-нибудь отеля доползет.

Если кто сомневается, что в наше время возможна такая забота о людях, может убедиться, посмотрев на сайте. Надо ехать. Придется на машине, будет повод не принимать участия в банкете. Хорошо осень. Последний раз пришлось ехать зимой, под Новый год. Было смешно.

Ночевать в Петрозаводске не хотелось. Решил, что справлюсь за один день. Туда и обратно. Хотя дни и короткие. Дорога знакомая, казалось, знаю все места, где гаишники устраивают засады. Но ошибся. Сразу за КПП при въезде в Карелию остановили. Не спорю, нарушал. 135 км в час. Молодой гаишник показывает радар. Согласен. Спорить не собираюсь. Оформляйте протокол. Принципиально на месте никогда не рассчитываюсь. Гаишник неторопливо разворачивает планшет, достает чистый бланк протокола. Говорит, растягивая слова:

— Вы понимаете, это серьезное превышение скорости.

Я понимаю.

— Ну так ведь тут можно штрафом не ограничиться. Предусматривается лишение…

Хороший психолог. Нарочно тянет время. Видит, что я тороплюсь. Явно ждет встречных предложений. Не дождется.

— Виноват — решайте сами, я же не спорю, что нарушил.

— Вот все вы, питерские, такие. Нравитесь вы мне. Никогда не спорите, если не правы.

— А чего тут спорить, бесполезно.

— Правильно, бесполезно. А наши любят поспорить, всегда спорят. Даже когда. А вот, смотрите, видите мотоцикл?

Мотоцикл я уже видел. Не обратить внимание было невозможно. Местный байкер в хоккейном шлеме и в костюме Деда Мороза спускался с горки. Борода болталась сзади как гюйс. Мотоциклу явно не хватало дороги. От падения в кювет спасала только широкая обочина. Заехав на гравий, от тряски пилот просыпался и выравнивал траекторию.

— Вот смотрите. Я его сейчас останавливаю, и если он не будет спорить, что он пьян, я вас отпускаю. Если будет спорить — выписываю штраф.

Я ничего не теряю, соглашаюсь на условия. Становится интересно.

Гаишник выходит из машины, машет жезлом. Чудо, но мотоциклист останавливается. Мотоцикл теряет стабильность и падает набок, придавливая седока. Я тоже выскочил из машины. Профессиональная деформация личности. Надо посмотреть, нет ли травм. Но оказалось, что дедушка уже спокойно заснул. Никто ни о чем не спорил.

— Отдавайте права, — говорю. — Вы проиграли.

— Проиграл, проиграл, а только *censored* ли мне теперь с ним делать? «Скорую» вызывать? До Петрозаводска больше сотни, пока доедут, он тут у меня на снегу окочурится.

Проблема не моя. Клади к себе в машину. Не надо было останавливать. Может, и доехал бы.

— Слушай, друг, ты все равно в ту сторону едешь, давай его к тебе погрузим. До больницы довезешь. Я позвоню, предупрежу, что Деда Мороза привезут. У меня только смена началась.

Я, конечно, человек добрый. Но до предела. На это мы не договаривались. Напомнил, что спор был на другую тему. Сказал, что в Петрозаводск заезжать не собираюсь (соврал), а крюк в сторону от шоссе километров на 30 в мои планы не входит. Тем более с таким пассажиром. Ваши же коллеги случайно проверят, объясняй им, откуда у тебя грязный полутруп Деда Мороза в багажнике. У меня хэтчбэк, багажник пустой. Не грузить же его в салон.

Гаишник оказался человеком порядочным. Поняв, что попросил глупость, отдал права. Посоветовал больше не нарушать, а я ему больше не спорить.

Насчет странного костюма мотоциклиста я нисколько не удивился. Во-первых — Новый год, а во-вторых, правилами не запрещено. Был бы шлем. А я видел разные наряды. По Питеру много людей гуляет. Кто просто голышом, кто в медвежьей шкуре. Однажды, еще работал в «Скорой», вызвали к пьяному. Того просто сморило на солнышке, и он спал в тенечке под кустиком. Когда разбудили, он быстро убежал. Звоню диспетчеру, докладываю. Лежал пьяный, от медпомощи отказался. Убежал. Не представился. Стал перечислять одежду. Так положено у неизвестных. Диктую: темно синий фрак, синие брюки, черные лакированные ботинки. Рубашка белая с кружевами. Не успел добавить «цилиндр, синий», как из трубки понесся поток мата в мой адрес. Ну а я-то в чем виноват? Ну ходят у нас так люди. Под кустиками спят.

На обратном пути решили заехать в Старую Ладогу, просто так, без какой-то цели. Подумали, что туристов и паломников будет мало. Будний день, не сезон. Никто не помешает спокойно погулять по поселку. Если удастся — посмотреть пещеры, пока нет народа. Просто нравится это место. Не важно, была ли Старая Ладога первой столицей Руси или не была. Местные твердо уверены, что была.

В соборе Рождества Иоанна Предтечи у входа стойкий запах кошачьей мочи. Текст на одном надгробии говорит, что здесь в 1848 году похоронен бывший послушник Староладожского Никольского монастыря Александр Васильевич Лосев, взявший на себя подвиг добровольного юродства. Местный блаженный, почитаемый в Старой Ладоге. Над могилой стоит группа паломников. Экскурсовод с восторгом рассказывает о житии и деяниях святого, добровольно принявшего подвиг юродства. Остановился послушать. Отходить уже было неудобно. Вот ее рассказ: