Дарья Симонова - Пинг-понг жив

В чем ложность симптома, мне так и не открылось. Захотелось скорее дальше; видимо, симтом неложный от симптома ложного отличался тем что и государь от милостивого государя. Вроде как ничего серьезного, но повод задуматься. Наверное, редактор вырежет этот нелогичный кусок, а жаль, живенько написано, тепло. Я Вацу немедленно зауважала и час в оцепенении глазела в окно. Идеи общей я не раскусила, даже не пыталась, меня испугали таблицы, графики, диаграммы, приписанные вручную сноски на оборотах, но лирические отступления пришлись в жилу - или как еще обозначить проблески легкого жанра... Странный смысл в том есть - разделять удачу, народная мудрость того же мнения: "не везет в картах - повезет в любви" - тому пример. Иначе говоря, если одновременно везет в любви, в картах и в деле, то можно быстро сгореть. На потом останется серенькое время, взлет забудется, а главное - не оставит плодов, одну пустышку для самолюбивого эго. Кроме того, любая масть хороша вовремя, девочкам лучше не созревать раньше шестнадцати, - например... Вацлав и Лолиту помянул как величайший литературный образ, подтверждающий, так сказать... слишком рано жизнь прожила, разве нет? Да, да, - я изумленно соглашалась. Ночью, конечно, все острее, кроме критического отсека ума, днем-то я взяла бы самородка за жабры - что, мол, за чушь, как это можно научиться от лишнего фарта избавляться? Но только у меня накапливался гневный вопль, глядишь - слово за слово и понимаю, что сама отклонилась от курса и плутаю в дреме, а Ваца про морковку, которую непременно проряжают, чтобы пожирнее созрела, а если не трогать - одно крысиные хвостики к осени пожнешь. Все упиралось в разумную постепенность, в то, что счастье не должно нас порабощать, иначе гормоны не выстоят (дальше - цепочка из нечитабельных химий), - умер же один грек от радости, когда его колесница пришла первой! Допустим, мы от радости не умрем, сразу - не умрем, но вот замедленно... пережив сильнейший позитивный стресс организм вроде как постепенно сходит на нет. Это сродни атавизмам при размножении, упоминаемым Отто Вейнингером (на всуе и не всуе упоминаемого нами Отто навела, кстати, опять Эля, царство ей небесное - и так это уже давно...), суть каковых в том, что некоторые малозначительные твари типа пауков всяких после полового акта, - чтоб не сказать коитуса - сразу мрут. Выполнили свое предназначение - и крышка. Помнится, Отто тем и объяснял наследство от непрямых предков - вопль удовольствия, уже человеческий: дескать, ой, сейчас умру, до чего хорошо. Иными словами, нельзя, чтобы в один день у тебя случился грандиозный оргазм и нобелевская премия. Или - радости секса планируй ближе к пенсии, чтобы уж верняк, хоть знать, что пожил на этом свете, ежели что... не поймите меня правильно, как говорится, мои толкования ущербны, все гораздо тоньше и непонятней. Ведь у Вацика теория, а теорию не перескажешь с полтычка... И еще цивилизация нас испортила - нам теперь для счастья так много надо, наши эндорфины все прихотливей и идем мы к ним кривыми путями, вредными для нутра. Но все-таки мы идем и получаем свои неправильные вершины, потому что они всего лишь в отместку за черные дни.

В общем марсиков "сингл" оброс подробностями, а в подробностях намек - нужно уметь грамотно радоваться, и тогда радость пребудет... Мутно, конечно, зато без докторского пафоса, без дышите глубже, гуляйте чаще, любите ближнего. Внушает доверие без доскональностей. Я ведь и Отто Вейнингера своего обожаемого толком не прочитала, галопом по европам, сразу видно - перчик умнейший, любила априори, по рекомендациям, с некоторыми так можно.

...великий был человек и все успел до 23 лет...

Еще у Вацлава встречались чудные советы, скажем, не хаять чужую рожу, - женщин особенно касается. Многие тетки не преминут вякнуть за глаза про ближнюю и дальнюю, мол, страшна как смертный грех и прочее. А это лишнее. Я согласна с поляком обеими руками, есть в этих "оценщицах" мимолетная гнусь. Ваца же считал, что злопыхательство на почве чужих телесных изъянов - признак "неправильной" радости, нездоровых гормонов и, как следствие, повод подумать о вечном. Быть может, книжка напоминала смесь дзенских опусов и "Диагностики кармы", быть может, это графомания и бред, но мне нравилось. Кто сказал, что графомания и бред не должны нравиться?! И кто сказал, что полное отсутствие причинно-следственных связей в твоей голове не может привести тебя к верному финалу... иной раз достаточно квасить капусту на молодую Луну, и не квасить на убывающую и во время ежемесячных "трех дней Кондора" (Марс все думал однажды, какое бы название благозвучное отписать месячным...), иногда достаточно просто выполнять нелепые и малообъяснимые правила, чтобы преуспеть, ежу понятно. Одиноким женщинам - не заводить кошек, кошки отпугивают сожительские тенденции, ничего тут не попишешь. А собаки, напротив, способствуют беспорядочным контактам, хотя бы исходя из поздних прогулок. Впрочем, у всякого свой опыт, и свои монетки под пятки, и своя соломка там, где упадет. Мне, конечно, захотелось извергнуть свежую порцию вопросов, но некому, пустота, ночь вокруг, Ваца неприлично храпит, мне остались самые мучительные три часа до встречи с поездом, везущим посылочку.

Посылочки из родных краев приходят чаще всего, когда я в звенящем отчаянии. Пускай даже в гастрономическом - начинаю лопать гостинцы прямо на перроне. Вот и теперь я не в лучшем виде, но тенденция положительная: сразу на перроне харчеваться не тянет, налицо отчаяние более высокого свойства. Интересно знать, Марсик завидует? Он наверняка читал рукопись, собрав морщины в узел над переносицей. Если, конечно, Вацлав ему позволил. Он с польской поездки нерешительно следовал сценарию "мужская ссора" и сомневался, уместно ли ему кобениться - ведь формально он в выигрыше, чужую Настю увел. И смех, и грех! Что касается истины, хоть и непознаваемой, она уж точно ровнехонько легла противоположностью любовному треугольнику, если в геометрии возможны антоподы. Это Марсик их обоих бросил, он им был нужнее, чем они ему, по-другому хитрец не дружил и в гробу видел мужские ссоры, и женские аналогично. Однако он читал письма Пушкина и там обнаружил концовочку "... и отсутствие любимой мысли". Вот эта самая любимая мысль и не давала ему покоя, потому как Вацлав, серенький козлик, умудрился себе ее найти, а Марсик, пуп земли, - ни в одном глазу. И с Вацей он как ни в чем не бывало, что порождало беспокойство и обиду. Да ну их, думалось мне, и эту брезгливую Настю в том числе. Ваца из ущербного самолюбия хоть книгу написал, а она что? С нее-то вроде не убыло, ей не предлагали гонки с препятствиями, из-за которой она собственно и оказалась женой Вацлава и бросала одежду на пол, и ела дорогущую грушу в марте. Из-за которой она и сгинула - но кто же знал тогда... Не балуйся Марсик с оголенными проводами наивного тщеславия... но как он мог снести, когда ближе некуда друг такое лепит. "Прославиться хочу!" Альбинос хренов. Куда конь с копытом, туда и рак с клешней. Амбиция хороша тайная и юркая, как куница. А мысль изреченная есть ложь. (Кто сказал? Не помню). Как тут было не применить воспитательные меры, не указать, кто Юпитер, а кто бык, хотя ведь сам толкал претендовать на кесарево. А Вацлав, как дитя, принял вызов всерьез. Без этого разве ж он насмелился даже и предполагать Настю. Он не подлец. То есть подлец не он.

Утром - и никогда больше я не получила комментариев. Утром было не до этого, а потом не сложилось. И книгу я больше в глаза никогда не видела, хотя, представьте себе, скучала по ней. Но потом такое началось. После того, как Марсик сбежал от смятенных попутчиков в Польше, он вернулся. Свежий, просветленный. Имел наглость дарить подарки! Маленький кипятильник и сигару, а Насте - брошку с бирюзой. Отлучку трактовал без пафоса: счел упущением, что не довелось спать на варшавских газонах, а места исторические, приятные, и поляки так близки нам, чем Марс был совершенно очарован. Удивительно, что Настя его топором не зарубила. Она почуяла проверку: стерпишь - будем жить дальше, а если проблемы - тогда извини. Штука в том, что она хотела жить дальше. Пусть и зыбко, и ненадежно. Но на Вацлава в тот момент она положиться не могла. А остаться одной было позором - с такими-то данными! Ее бы гипотетически обсмеяли гипотетические подруги. Никаких подруг не было, но ведь "над вымыслом слезами обольюсь". Многие обливаются. Одни в недоумении: я красоты неописуемой, а все одна, почему? Другие наоборот: вот я, голубка серенькая, ничего особенного, а мужики ко мне липнут, спасу нет. Тут не знаю, кому сочувствовать больше, а счастливым обычно дела нет до рожи, они другие. А вообще мелкая моя мещанская душонка плачет с поверженными, а от победителей нос воротит. Похоже, Настя на глазах меняла касту - из верховной в жалобную, да тут еще Марс подсобил. Не говоря уже о прочих женских постигших ее неприятностях (но, слава Господу, она быстро забеременела от Вацлава, тут вроде все поправилось, бабушкины страшилки не сбылись, а это всегда приятный стимул...). А Марсик оплошал с картиной. Оплошал еще отчим, выведя свою фамилию, а шустряку-"агенту" пришлось оплошать окончательно. Он не предполагал, что картину будет покупать русский. Заграничный русский, которому как ни странно интрига понравилась. В России его просто обязаны были обмануть, без мошенничества здешнее сафари бессмысленно, сценарий у ковбоя-перерожденца удался. Марс дивился: какая ж разница буржуину, чью картину он берет, раз она ему приглянулась, речь ведь не о подделках Рембрандта. Дурачина, ты, простофиля, а то как пойдет художник в гору, станет цениться, а "буржуин" и не прочухает, что сделал удачное вложение, чепуха получится. "Вот и славно, что все открылось, вот и чудненько", - Марс не нашел ничего лучшего, как заворковать, а то вдруг убьют сейчас же, привет, мол, от русской мафии из Нью-Йорка.