Щепа и судьба (СИ) - Софронов Вячеслав

Абзац третий

Пока ехали, Джой тихонько повизгивал, приходил в себя после пережитого, а уж когда внес его в дом и уложил на подстилку, тут он дал полную волю своим чувствам, и тихие постанывания сменились монотонным стоном. Стою рядом с ним, сочувствую, как умею, а сам думаю: как же так пес пострадал? По моей ли глупости, что не лишал его свободы, а научил всему, что сам умею, и разрешил жить по его собачьим законам. Или планида у него такая, как у всех шибко правильных — сколько ни берегись, а судьба-злодейка обязательно подкараулит и свою козью морду тебе явит. А может, дело совсем в другом: за мою дурную и неправедную жизнь пострадало ближнее и ни в чем не повинное существо? Короче, сплошной кавардак в башке сделался, переживаю… Философия дурная одолевает, и куда от нее деться, не знаю.

…Жизнь собачья, она, как известно, мало чем от человечьей отличается. Какая разница, на скольких лапах ты ходишь? Джою вот после аварии наверняка придется долго, а то и до конца дней передвигаться на трех лапах. И вряд ли он воспримет это с должным терпением и покорностью. Наверняка у него резко поменяется характер и он вмиг превратится из жизнерадостного пса в угрюмое, капризное существо, вечно чем-то недовольное и совсем иначе воспринимающее всех вокруг, и меня в том числе.

Хотя, если честно признаться, то за последний десяток лет и мой характер тоже претерпел разные там изменения после того, как стали одна за другой вылазить всяческого рода болячки, о существовании которых прежде даже не подозревал. Так что неважно, кем ты рожден: человеком, собакой или там морской свинкой, но банальная заноза, вонзившаяся в твою ягодицу, может испортить самый ангельский характер и превратить завзятого оптимиста в ужасного зануду. А если заноз много? И ты приобретаешь их регулярно и непонятно откуда? И, самое главное, — за что, Господи?!

Уж, коль мы заговорили о разного рода недомогах и перемогах, смею предположить, все мы воспринимаем их по-разному. Так, у женщин главное недомогание заключается в том, что они несчастны, когда их никто не домогается. А у, мужчин все наоборот — они страдают, коль их никто не любит, то есть, говоря по-простому, не отвечает на их домогания. Если же совсем примитивно, мужчина перестает ощущать себя мужчиной, если в течение недели ему не удается кого-то там соблазнить. И неважно как, физически, морально или самым изощренным виртуальным способом. Так что оба пола мечтают об одном и том же, но умело скрывают этот факт друг от дружки. А вдруг да не так поймут и назовут каким-нибудь нехорошим словом? У нас это запросто…

Джой, чей интеллект не позволял пока что пользоваться услугами социальных сетей, удовлетворял свои мужеские потребности древним и вполне естественным способом поиска готовой ответить взаимностью самки. Без всяких гаджетов и айподов он выходил на ближайший перекресток и втягивал своим коричневым носом воздух. А это тот еще компьютер, собачий нос, различает до трехсот оттенков всяческих запахов и ароматов. После чего, попав на нужную волну, прямиком отправлялся в том направлении, где скромно прогуливается загулявшая сучка, переполненная радостью предстоящей случки. И все! Никаких цветов, нежных слов и обещаний о любви по гроб жизни. Он честно и откровенно исполнял свой мужской долг, а дама получала его жизненно важные гормоны для продолжения рода. И все довольны. И без обмана…

А вот мы, люди, зачем-то все опошлили и усложнили: встречи, проводы до подъезда, нежные поцелуи, бурные сцены ревности… А в конечном итоге по прошествии нескольких дней, месяцев, а то и лет в большинстве случаев все заканчивается долгожданным расставанием. Причем с испорченными литрами плохо восстанавливаемой крови и многочисленными душевными ранами, иногда незаживающими до конца жизни.

И все до одной женщины, иных просто не встречал, мечтают о законных брачных узах, резонно полагая, будто бы их самец, извините, муж, будет отныне изливать водопад чувств на жертвенный алтарь ее наидостойнейшей персоны. Отныне и навсегда. Вот она, привычка идти только на зеленый судьбоносный свет, как предписывается в общечеловеческих ПДД, узаконенных со времен зарождения цивилизации.

А тем, кто их нарушает, полагается штраф в виде смертного греха. Наш Главный Постовой молча взирает на многочисленные нарушения, но штрафную квитанцию не забывает направить каждому, стоит только заглянуть в почтовый ящик, называемый человеческой душой. При желании можно воспроизвести и фотофиксацию собственного огреха в виде оживающих время от времени воспоминаний.

Еще бы знать, в какой форме придется расплачиваться за содеянное. Может, если мы всепланетарно и непреложно начнем выполнять эти самые ПДД, то исчезнут грипп, язва желудка и прочие неприятные на слух болячки? Насколько мне помнится, прародители наши, жившие в идеальных условиях Эдема, вообще не знали, что такое боль и болезни. Увы, довольно короткий срок. Что было потом, общеизвестно, и не стоит лишний раз повторять хрестоматийную историю нашего грехопадения. Так что изобретение светофора, пусть не в материальном его воплощении, я бы перенес к самому началу сотворения мира. Без него никак, иначе полный хаос и неразбериха.

А что же Джой, пес вполне законопослушный, как и, смею добавить, его хозяин? Почему он оказался в роли наказуемого при соблюдении им всех ПДД, придуманных как для людей, так и для домашней скотины?

Ой боюсь не каждому и не сразу дано понять суть проблемы. Может, кому-то случившееся покажется весьма показательным и очевидным, дескать, поплатился он за свою неуемную страсть к продолжению рода. Может и так. Но, смею заверить, даже пес, прирученный и живущий рядом с нами, неизбежно подпадает не только под пресловутые ПДД, но и прочие ветхо- и новозаветные законы. Будь он, как его давние предки — зверем, другое дело. Но коль он вписался в наш высокоразвитый социум, не взыщи и получи по полной. Поскольку на этой ступени развития института правоведения — права хозяина и его подопечного почти по всем параметрам равные! Значит, и ответственность одинакова?!

Это как с малыми детьми: ребенок разбил стекло, отвечают родители. Пес покусал прохожего… Кто ответ несет? Правильно, хозяин. Не зря один француз-воздухоплаватель обронил фразу об ответственности за нами прирученных. А перед кем ответственен? Перед людьми! И, как ни крути… перед Богом тоже. Может, кто с моим заключением и не согласится, его дело. Но перед Богом все равны… А далее рассуждайте сами…

Абзац четвертый

Но вернемся к постели, то есть подстилке нашего больного. Судя по всему, пса мучила жуткая боль от полученной травмы, а потому он непрестанно скулил, давая понять, насколько эта боль нестерпима. Не зная, что делать в таких случаях, дал ему таблетку болеутоляющего, а затем, чуть выждав и видя, что пес все так же жалобно скулит, добавил полтаблетки снотворного. На всякий случай.

Вскоре стоны утихли, но тут мне стало страшно: а как собачий организм воспримет эту гадость и не случится ли, что он вдруг совсем не проснется? Кинулся проверять. Нет, глаза полузакрыты, хотя не спит, и все тело сотрясает мелкая дрожь. Вернулся в свою комнату и так почти до утра вскакивал каждый раз, как только Джой затихал, боясь страшного. Подходил, слушал пульс, прерывистое дыхание, щупал нос, пододвигал миску с водой, но он не сделал ни глотка. Тогда насильно влил ему полкружки воды в рот, читая при том в его выразительных глазах немой вопрос: «За что мне это?» А может, и что-то другое — мольбу о помощи или об элементарном сострадании: ведь ты, человек, все можешь, забери у меня эту боль… Я бы с радостью, но не умел, да и вряд ли когда научусь…

И все же, чтоб как-то реабилитироваться перед ним, шептал самые нежные слова, которые далеко не каждой девушке готов повторить. Хотя вряд ли они предназначались только ему, скорее сам перед собой выказывал собственную к себе жалость. Если не душой, то хотя бы словами.

…Ночь оказалась на удивление душной, ни ветерка, лишь комариный гул за дверью, монотонное гудение электросчетчика над головой и отражавшиеся в песьих глазах спирали висящей в прихожей лампочки. На всякий случай, чтоб снять жар, намочил полотенце и укрыл им Джоя. Он даже не шелохнулся. Под утро немного задремал и мигом проснулся, услышав тихое подвывание.