Сны золотые - Баймухаметов Сергей Темирбулатович

было четыре девчонки по тринадцать-четырнадцать лет. С нами встречались друзья ее, подружкиного, брата, им по шестнадцать-семнадцать лет было. Мы собирались у нее на

квартире, курили, выпивали, но до чего-нибудь такого дела не доходило. И вот седьмого

ноября - у меня все беды происходят седьмого ноября, - когда мы там собрались, подвыпили

сильно, ее брат изнасиловал меня в извращенном виде. Его посадили, но с той девочкой мы

продолжали дружить.

Так прошло два года. На седьмое ноября мы снова собрались у нее. Смотрю, там какие-то

незнакомые ребята. На меня не обращают внимания, переглядываются, уходят в дальнюю

комнату. Я - за ними. А меня выгоняют: тише, тише, кайф сломаешь. Смотрю, а они лежат -

кто на полу, кто на диване, и на глазах полотенца, платки. Ну, когда вмазался и ждешь

прихода кайфа, то ложишься и закрываешь глаза полотенцем, тряпкой...

Ребята молодые, довольно-таки интересные. Думаю: что же это они такое ощущают, что им

даже девушки неинтересны? Меня это заело: понимаете, на меня всегда обращали внимание, а тут даже не смотрят. Я им говорю: «Дайте и мне!» А они радостно: «Держи, малыш!» И

вкололи мне первинтин. Вот так я и влилась в круг наркоманов. Я человек по натуре

общительный, добрый, с любой мразью могу поговорить по-человечески, и поэтому круг

общения у меня был широкий. С пятнадцати лет я уже не приходила ночевать домой, правда, маме звонила. А знакомых много, притонов много, на одной хате на три дня зависнешь, на

другой - на пять дней, на третьей просто отоспишься. А в семнадцать лет стала жить с

барыгой, год прожила у него. Там у меня впервые и поехала крыша. Раньше-то я понемногу

кололась, не было в достатке. А тут меня привели к человеку, у которого в холодильнике стоит

тридцать бутылок по десять кубов в каждой. Я из каждой попробовала!

Вот тогда и был передозняк . Я потеряла сознание уже в тот момент, когда вводили иглу. А

очнулась, когда иглу вытаскивали. Несколько секунд. Но за это время у меня уже все

стронулось. Я успела увидеть звездочки на обоях, какие-то мужчины кругом, потом все начало

расплываться, как в тумане, в пару, и я решила, что мы все в бане. А у меня пунктик был... Я

там уже три дня жила и все никак не могла помыть голову: то вода горячая отключается, то

мы в кайф впадаем и не до этого. Грязная, сальная голова, меня это мучило - и я

зациклилась. Просыпаюсь, вокруг все плывет, как в бане. Ага, думаю, раз в бане, значит, они

меня насиловали. Но как они могли меня насиловать, если у меня менструация. Значит, в рот

и в зад. Подзываю хозяина и говорю: «Юра, ладно, что вы меня насиловали куда хотели, но

если повели в баню, то хоть голову могли мне помыть?»

А он стоит тут же, еще со шприцем в руках. Конечно, сразу сообразил, что у меня крыша

поехала, и с того дня стал меня контролировать. Да я и сама начала бояться, все время в

голове сидел тот случай.

А потом я от него ушла... Надоело. Забыла, видно, что сама по себе я никто и ничто, надо

постоянно у кого-то кормиться. В общем, при такой жизни рано или поздно попадаешь к

ворам. Так что сейчас я живу с кавказцами. Вначале с Джемалом, сейчас с другим. Джемала

застрелили, может, слышали, про это многие знают, на Ломоносовском проспекте было. Они

ехали с товаром, с раствором, а постовой милиционер начал их останавливать. Погоня

получилась, менты подмогу вызвали. А Джемал высунулся в окно с пистолетом, его и

прошили из автомата.

Конечно, с ворами тяжело: все время ждешь, что случится... Или застрелят кого, или зарежут, или заметут сразу всех и тебя вместе с ними, упрячут в зону. Но зато есть защита: и кайфом

обеспечат, и в обиду не дадут, и вообще, никому другому не дадут, не пустят в хоровод , как с

винтовыми девочками делают.

А так, если одна, то выбора нет. Или иди, чтобы тебя через хоровод пропускали, или на

Черемушкинский рынок, на экспресс-такси . Что такое экспресс-такси ? Ну, тут надо

вначале суть объяснить…

Понимаете, при моем образе жизни, при том, что я состою при банде, я все время живу под

статьей. Во-первых, все равно не остаешься в стороне от уголовщины, так или иначе, но тебя

используют в бандитских делах, хотя бы в той же роли подсадной утки… А если даже и не

участвуешь, то когда заметут всех - а это рано или поздно произойдет - вместе со всеми

заметут и тебя. И ты загремишь на зону . Где и будешь хлебать лагерную баланду, с ужасом

глядя на давалок и пытаясь отбиться от коблов. Не отобьешься, и не таких там ломают, зачушкивают … Не приведи судьба кому-нибудь не то что попасть - увидеть и услышать

женскую зону! Женская зона , это всем известно, страшнее самого страшного сна.

Так что есть умненькие, трезвенькие девочки, которые сразу понимают, какая им предстоит

жизнь. Но бросить-то они не могут, наркотик уже забрал над ними власть, и без дозы они не

могут. А где ее взять и как ее взять, чтобы в то же время и не участвовать в банде? Только на

экспресс-такси!

Ну это когда барыги по утрам берут такси и развозят товар по клиентам. А сначала заезжают

на Черемушкинский, на Даниловский рынки, на другие, всем известные точки в Москве и в

других городах. Везде ведь одно и то же. А там их уже ждут девочки. Ныряют в машину, прямо

там сосут барыгам член, то есть делают минет, получают свою дозу - и до свидания, до

завтра. Так и живут. Зато вроде бы свободны…

К нашему несчастью, в Чуйской долине сходятся три великих железнодорожных пути. Или

так - отсюда исходят три большие дороги, по которым гонцы, груженные чемоданами с

анашой, устремляются во все концы страны.

Более того, железная дорога от станции Арысь на западе до станции Чу на востоке проходит

как раз вдоль Чуйской долины. И на всем ее протяжении на больших станциях, маленьких

полустанках и глухих переездах в вагоны входят вполне цивильные молодые люди с

большими чемоданами, объемистыми сумками, громадными туристскими рюкзаками. Кто

осмелится к ним подойти, кто имеет право? Да никто. И правда ведь, c какой стати, на каком

основании? Досмотр вещей? Извольте предъявить санкцию прокурора. И правильно, и верно.

Так что, особый режим ввести на дороге? А потом уже ходить с собаками по вагонам? Уж

собаки-то не подведут.

Эта ветка, Арысь - Чу, как раз и соединяет, замыкает три большие дороги. По ней легко

можно выбрать любой путь в любой конец СНГ.

От станции Арысь на запад открывается дорога на Аральск, Актюбинск, Уральск и далее в

Россию через Саратов, громадный город, криминогенный город, благодатный для сбыта

марихуаны.

От станции Чу через Алмату гонцы выходят на восток, на Турксиб, то есть через Талды-Курган

и Семипалатинск на Барнаул, Новосибирск, Новокузнецк.

А путь на север - через Караганду, Астану и Петропавловск.

Караганда - перевалочный пункт. Здесь можно прийти в себя, отлежаться, осмотреться.

Можно и продать товар, благо покупателей здесь как нигде в Казахстане: каждый второй

подросток или молодой человек если не сам курит, то знает, кто курит, сколько, с кем и где

взять. Мощный, богатый рынок сбыта - Караганда.

Это ведь не просто самый большой город в Центральном Казахстане.

Это столица печально знаменитой империи под названием Карлаг.

Отсюда на тысячу километров на север и на юг, на запад и на восток простирались по степи и

полупустыне странные поселения из длинных бараков, огороженных колючей проволокой, с

шатрами сторожевых вышек. В свое время, в середине шестидесятых, я прошел по одной

только ветви: от Караганды через Жарык до Джезказгана, а оттуда через Кенгир, где было