Вэнделин Ван Драанен - Привет, Джули!

— Но я ничего не знаю о том, как высиживать яйца, — призналась ей я.

Она улыбнулась и положила руку мне на плечо.

— А ты и не должна знать все, Джули. Цель этой ярмарки в том, чтобы вы научились чему-то новому.

— Но вдруг цыплята погибнут?

— Значит, погибнут. Запиши все, что будешь делать, и тогда все равно получишь «пятерку», если тебя это волнует.

«Пятерку»? Меня волновала не оценка, а ответственность за жизнь цыплят. Внезапно идея сделать действующий вулкан показалась мне весьма заманчивой.

Но отступать было поздно, миссис Брубек и слышать не хотела о моих опасениях. Она сняла с полки «Пособие для начинающих разводчиков кур» и сказала:

— Прочти раздел об инкубаторах и сделай свой собственный. Завтра я принесу тебе яйца.

— Но...

— Не волнуйся так, Джули, — ответила учительница. — У нас каждый год бывает такой проект, и он всегда получает очень высокий балл.

Я снова попыталась что-то возразить, но миссис Брубек ушла разнимать двух разгоряченных спорщиков.

В тот вечер я жутко волновалась. Я четыре раза прочла раздел об инкубаторах, но все еще толком не знала, с чего начать. У меня ведь не было старого аквариума! И термометра для инкубаторов тоже! Получится ли у меня?

Я должна буду постоянно поддерживать необходимые условия, иначе могут произойти ужасные вещи. Станет слишком сухо — и цыплята не смогут вылупиться; станет слишком влажно — и цыплята просто умрут.

Мама тоже переживала и посоветовала мне сказать миссис Брубек, что я не справлюсь с этим проектом.

— Как насчет того, чтобы вырастить фасоль? — предложила мне мама.

А вот папа понял, что отказаться от задания я не могу, и пообещал помочь.

— Инкубатор построить несложно. Сделаем его после ужина.

То, что мой папа всегда точно знает, где в гараже лежит нужная ему вещь, является одним из самых больших чудес вселенной. А вот откуда он знает так много об инкубаторах, я узнала, пока он сверлил дырку в старом плексигласовом ящике.

— Когда я учился в старшей школе, я вырастил из яйца утку. — Папа улыбнулся мне. — Проект для научной ярмарки.

— Утку?

— Да, но принцип-то один и тот же. Нужно поддерживать постоянную температуру и влажность, поворачивать яйца несколько раз в день и через несколько недель у тебя появятся цыплята.

Папа протянул мне лампу с длинным проводом.

— Продень провод в дыру в ящике. Я пойду за термометрами.

— Термометрами? Нам нужно несколько?

— Мы должны сделать тебе гигрометр.

— Гигрометр?

— Он будет показывать процент влажности в инкубаторе. Это просто термометр, обернутый мокрой марлей.

Я улыбнулась.

— И цыплята не умрут?

Папа улыбнулся в ответ.

— Точно.

К середине следующего дня у меня в инкубаторе при 39°С уже лежало не одно, а целых шесть яиц.

— Они не все вылупятся, Джули, — сказала мне миссис Брубек. — Надеюсь, что хотя бы один выживет. Пока рекорд — три. Залог высокой оценки — полностью задокументированный эксперимент. Будь ученым. Удачи. — С этими словами учительница удалилась.

Задокументированный эксперимент? Что тут документировать? Я должна была переворачивать яйца три раза в день, следить за температурой и влажностью, а больше ничего и не требовалось.

Вечером папа зашел в гараж с фонариком и картонной трубой. Мы прикрепили фонарь так, чтобы он светил прямо в трубу.

— Давай, я покажу, как проверять состояние яиц на свет. — Он поднес яйцо к фонарю. — Свет позволит тебе видеть сквозь скорлупу, и ты будешь наблюдать за развитием зародыша. Так ты сможешь удалить слабого, если возникнет такая необходимость.

— Убить его ?

— Удалить. Удалить то яйцо, которое будет отставать в развитии.

— Но... разве это не убьет зародыша?

Папа посмотрел на меня.

— Но если его оставить, это может очень плохо сказаться на здоровых.

— Почему? Он же просто не вылупится?

Папа снова принялся просвечивать яйца.

— Такое яйцо может лопнуть и заразить остальных бактериями.

Лопнуть! Этот проект нравился мне все меньше и меньше. Потом папа сказал:

— Смотри, Джулианна. Это зародыш. — Он подвинул яйцо так, чтобы мне было видно.

Я взглянула на яйцо, и папа спросил:

— Видишь темную точку? В середине? Туда ведут все сосудики.

— Похожую на фасолину?

— Это и есть зародыш!

Внезапно все стало так реально. Это яйцо было живым. Я быстро проверила все остальные. В каждом была крошечная фасолинка! Они должны были жить. И они все выживут!

— Пап? А я могу взять инкубатор домой? Ты не думаешь, что ночью они могут тут просто замерзнуть?

— Я как раз собирался предложить то же самое. Подержи дверь, я отнесу его.

На следующие две недели я полностью погрузилась в разведение цыплят. Сначала я назвала яйца А, Б, В, Г, Д и Е, но вскоре у них появились настоящие имена: Эбби, Бонни, Клайд, Декстер, Юнис и Флоренс. Каждый день я взвешивала их, просвечивала и переворачивала. Иногда я даже кудахтала, потому что это могло пойти им на пользу, но кудахтать было утомительно! Поэтому я просто разговаривала с ними. Через некоторое время я стала болтать с моими цыплятками, даже не замечая этого, ведь я была так счастлива рядом с ними.

«Пособие для начинающих разводчиков кур» я дважды прочла от корки до корки. Для своего проекта я нарисовала графики развития зародышей, сделала огромный плакат с курицей, описала ежедневные изменения температуры и влажности и даже сделала специальную таблицу изменений в весе каждого яйца. Снаружи яйца были скучными, но я знала, что происходит внутри!

За два дня до научной ярмарки я просвечивала Бонни и что-то увидела. Я позвала папу и воскликнула:

— Посмотри, папа! Посмотри на это! Это сердце бьется?

Он с минуту изучал яйцо, потом улыбнулся и ответил:

— Надо маме показать.

И вот мы втроем наблюдаем за бьющимся сердцем Бонни, и даже мама вынуждена была признать, что это удивительно.

Первым стал проклевываться Клайд. И, конечно же, это началось именно тогда, когда мне нужно было уходить в школу. Показался его крошечный клювик, и пока я ждала, затаив дыхание, он затих.

Потом клювик появился снова только для того, чтобы опять надолго исчезнуть. Ну как я могла уйти в школу и бросить его? А вдруг ему нужна моя помощь? Это была веская причина не ходить в школу, по крайней мере, сегодня!

Папа пытался убедить меня, что это может продлиться целый день, и мне и после уроков будет на что посмотреть, но я отказывалась наотрез. О-о, нет- нет-нет! Я хочу видеть, как Эбби, Бонни, Клайд, Декстер, Юнис и Флоренс придут в этот мир. Я хотела увидеть рождение каждого.

— Я не могу это пропустить! — заявила я папе. — Ни секунды!

— Так возьми их с собой в школу, — предложила мама. — Миссис Брубек не будет против. В конце концов, это была ее идея.

Иногда здорово иметь здравомыслящую маму. Я просто подготовлю все к научной ярмарке пораньше, вот как я поступлю! Я собрала все свои графики, таблицы и плакаты и поехала с мамой в школу.

Миссис Брубек была совсем не против. Она была так занята, помогая другим детям с их проектами, что я весь день просто наблюдала за тем, как вылупляются мои цыплята.

Первыми выбрались Клайд и Бонни. Сначала я разочаровалась, потому что они просто лежали на бумаге — мокрые, обессиленные и уродливые. Но когда вылупились Эбби и Декстер, Бонни и Клайд поднялись и задвигались.

Последние двое все никак не вылуплялись, но миссис Брубек посоветовала не трогать их, и совет оказался отличным, потому что они вылупились как раз во время ярмарки. Пришла вся моя семья, и хотя Мэтта и Майка хватило всего на две минуты, мама с папой остались у моего стенда до конца. Мама даже подняла Бонни на ладони и погладила ее.

Когда ярмарка закончилась и я начала собираться домой, мама вдруг спросила:

— Теперь ты вернешь их миссис Брубек?

— Верну миссис Брубек что? — не поняла я.

— Птенцов, Джули. Ты не собираешься растить их?

Честно говоря, я еще об этом не задумывалась.

Я целиком сосредоточилась на их рождении. Но мама была права — вот они. Шесть очаровательных пушистеньких крохотных курочек, и у каждой были свое имя и свой характер.

— Я... я не знаю, — пробормотала я. — Я спрошу у миссис Брубек.

Я пошла к учительнице, молясь, чтобы она не попросила вернуть цыплят ее подруге. В конце концов, они вылупились только благодаря мне. Я дала им имена. Эти цыплятки мои!

К моему огромному облегчению и к маминому ужасу, миссис Брубек сказала, что они мои по праву. Все мои.

— Удачи, — сказала она и ушла помогать Хайди разбирать ее стенд, посвященный теореме Бернулли.

Мама не произнесла ни слова всю дорогу до дома, и я поняла, что цыплята нужны ей не больше, чем трактор или крокодил.

— Пожалуйста, мам, — прошептала я, когда мы подъехали к дому, — пожалуйста!