Миколас Слуцкис - На исходе дня

Оставшись со сложностями жизни один на один, Ригас начинает «загонять» свою жажду полета, широкого дыхания, самоутверждения в рамки капиталистического стандарта «красивой жизни», терпя крах на каждом шагу, совершая поступки, которые в нем самом вызывают внутренний протест и отвращение. И очень поздно — накануне гибели в автомобильной аварии (или самоубийства?) — он поймет, что тоже жил «мимо» своей судьбы (как и Казюкенас, с дочерью которого, — любя и не понимая, что любит, — он прижил ребенка).

Так на чем же «стоит мир»?

Роман М. Слуцкиса — большое полотно, герои — две семьи — выступают в окружении огромного количества живых, точно вылепленных «действующих лиц», многосторонне с ними связанных, проясняющих ту или иную черту их характеров. Будни больницы, различные типы врачей, сестер, взаимоотношения больных и персонала, «предыстории» больных — все это сплетается в очень плотную и очень целесообразную художественную ткань. И глубокое и точное изображение объективно социальных и личных, внешних и «подспудных» отношений между людьми служит главной цели и «сверхзадаче» художника: показать, что вся человеческая жизнь, деятельность — это цепь ежеминутных решений и выбора, что трудно здесь отделить «важное» от «неважного», что и соломинка порой может переломить спину верблюда. Угроза мещанства — в широком понимании, — в разных его обликах подстерегающая наиболее незащищенных молодых (приводящая к физической гибели Ригаса и к моральной гибели Сальвинию, одну из двух девушек, вошедших в его жизнь), попытка уклониться от решения и ответственности, приводящая к неотвратимым последствиям, — все это с большой наглядностью воплощает в романе не только тему возросшего значения моральных факторов в жизни нашего общества, но и всю диалектическую сложность этого процесса, «диагноз» всего, что его может затормозить.

Но нравственные начала нашего общества, по справедливому ощущению автора, глубоко народны, связаны с выстраданными трудовым народом нравственными ценностями И «мир стоит» именно на тех, чьи «моральные реакции», выбор решения непосредственны, безошибочны и естественны, как дыхание.

Внутреннюю силу этих «людей совести» чувствуют порой и запутавшиеся, живущие «мимо» своей истинной судьбы.

Когда Казюкенас в больнице в горький краткий ночной час отрезвления от всей мишуры и суеты слышит, как его умирающий сосед по палате в бреду тревожится о малом и не выполненном им обещании, он вдруг «образно» приходит к, конечно, неизвестной ему (но хорошо известной автору) формуле, которую так чтил Бетховен. «Нравственный закон внутри нас, звездное небо над нами».

«Люди совести» в романе выступают без ореола, без особого признания их заслуг, даже без личного счастья и успеха. Но будь то врач ординатор Рекус, шофер «скорой помощи» Кемейша или продавщица магазина Влада — они делают свое дело так, как положено человеку нашего общества, от них идет тепло и свет для окружающих.

Сознательное стремление художника дать камерный поворот темы «настоящего человека» — это тоже характерная черта целого ряда произведении, появившихся как у нас, так и в странах социалистического содружества. Большое начинается с малого и проявляется в малом. А малое, как и большое, определяет единство «общественного» и «личного», ту цельность, которая, по словам Горького, и есть совершенство человека.

Примечания

1

Лит — денежная единица в буржуазной Литве.

2

Литовское национальное блюдо из тертой картошки.

3

Копченый свиной желудок, фаршированный кусочками свинины.

4

Тадас Блинда (умер в 1878 году) — предводитель разбойников, защитник бедноты, мстивший помещикам и царским чиновникам.

5

«Ступайте, месса окончена!» (латин.).

6

«Тимтасис краштас» («Родной край») — еженедельник, издающийся в Вильнюсе и предназначенный для литовцев за рубежом.