Лев Сокольников - Прогулки с бесом, или "Gott mit uns"!

— Вам "песня строить и жить помогает".

— "Как заработки?" — основной вопрос при встрече к тому, кто сбежал с одного завода на другой, не лучше:

— "Да знаешь, хорошо платят!" — врёт. Почему врёт? Почему старается казаться "богаче", удачливее и ценнее, чем есть на самом деле? Для чего ему нужна такая "удачливость"?

— Вечная мечта "источать запах ромашки". Если платят больше — "ценят меня"! Я — лучший! Неужели непонятно? А врал для того, чтобы в тебе шевельнулась зависть:

— "Поди, ж ты, процветает, сука, а тут…". И получили! Зачем стараться, если всё и так хорошо? При любом раскладе? Хоть ты им "што" — у них только одни "шелка" кругом!

— Это безобидная, или наоборот, опасная музыкальная дурь?

— Не знаю. Эту музыкальную "гнилую солому" очень долго вталкивали в ваши утробы эстрадные "популярности". Ваши вечные и постоянные, "бессменные музыкальные таланты" не задумывались о "духовной пище", коей вас травили. Что для вас всегда главным было?

— "Планы партии".

— Сколько актёров отказалось от плохих, фальшивых и лживых ролей по таковой причине? Пальцев одной ноги хватит?

О "полустаночке" пела только одна популярная артистка кино. Она, собственно, "полустаночком" и прославилась.

Пришло время, знаменитость закончила жизненный цикл, и сегодня других исполнителей старой сказки "о шелках в судьбе" что-то не видно. Причины неизвестны, но, пожалуй этой музыкальной дури не слышно потому, что "шёлк" закончился. Весь вышел…

— Это примеры безобидной дури. Хочется тебе верить, что ямщик за "просто так" стал замерзать в "той степи глухой", а эта заработала "шелка на полотно своей судьбы" — твоё дело. Верь, плачь, "мотай сопли на кулак", страдай о прошлом — от этого другим ущерба нет. Гораздо хуже дело обстоит с произведениями "обязательного исполнения" — гимном. Не исполнять его с "душевным трепетом и подъёмом" — крамола!

Не менее опасны и "военные" песни:

"Двадцать второго июня

ровно в четыре часа

Киев бомбили,

нам объявили,

что началась война!"

— ни единого слова о том, с чего это враги на вас напали.

А дальше пошло совсем худо: бес "оседлал военную тематику" и выдал трагическую песню, способную довести любого до сердечного приступа:

"дымилась роща под горою,

а вместе с ней горел закат…"

— Устроим анализ трагического музыкального творения — начал враг — где у вас места с возвышенностями из разряда "гор"? В каком месте земли русской они торчат?

— Насколько знаю географию, горы — это Кавказ, но это не Россия. Есть горы на границе с Норвегией, но там нет рощ, нечего поджигать, нечем дымить. Карпаты? Подходит. И горы имеются, и леса на них буковые.

Но и это не Россия.

— На момент воспевания событий, упомянутых в песне, Карпаты за "советским союзом" были записаны. Что потом с Карпатами случилось — дело десятое.

— Хорошо, с местом определились. Чёрт с этой горой и рощей, пусть себе горит, мало ли рощ извели? О чём горевать? Слёзы от других строк:

"…нас оставалось только трое

из восемнадцати ребят!"

— Как так?! Половина взвода полегла! За что и почему половине взвода "молодых ребят" позволили "улечься" навек? Надо думать, что кто-то неизвестный, полный световой день "клепал" "безымянную высоту из всех видов оружия, а к вечеру угомонился. Возможно, что и вражеская авиация не пролетала мимо упомянутой высоты. Полный комплект выпустили на головы восемнадцати ребят, а все остальные в это время отдыхали!? Остальным в это время до "восемнадцати ребят" и дела не было!? Как попали восемнадцать ребят на высоту, кто их туда "командировал"? Если высота была важная, то почему держать её оставили восемнадцать ребят и не более? И отчего никто до самого заката не думал им помогать? А если высота была не выше болотной кочки, то чего на ней ожидали "ребята"? Смерти? Как похоже на случай с замёрзшим ямщиком "в той степи глухой". Мать вашу! Всё повторяется, всё те же грабли, ничего нового!

— Разница существенная! Если в старину "в степи глухой" заморозили одного ямщика, то в новые времена количество погибших возросло в пятнадцать раз. Прогресс!

— Коллективное горе — оно как бы и не совсем таковое. Когда ты льёшь слезы по своему убитому родичу, то помни, что и у меня потери есть! А у меня што, горя нет? Не вы ли изобрели: "на миру — и смерть красна"!?

"как много их, друзей хороших,

лежать осталось в темноте…

У незнакомого посёлка,

на безымянной высоте!"

— И почему всё-таки "друзьям хорошим" позволили "лежать в темноте" если они "хорошие"?

— На чём остановиться? На "высоте", или "горе"? Что в географии почитается за "гору", а что — просто высотка?

— "Песнопевец" не знает. Зачем такие тонкости? И почему посёлок "незнакомый"? На чьей территории, чёрт возьми, происходят события душераздирающей песни?! На чужой, вражеской? Где эти "горы с дымящейся рощей"?Тирольские Альпы Откуда там взяться "незнакомым" посёлкам? Там не было "безымянных" высот, у них каждая кочка учтена. Немецкие карты, как рассказывали очевидцы, были произведением картографического искусства, всё было расписано до миллиметра.

Когда воспеваемые события происходят: в начале войны, или в конце? Если в начале — то загубить какие-то пятнадцать жизней — обычное явление, о коем и говорить не стоит, это и за "грех" не считалось!. "Адвокаты от Истории" позволяли убивать и больше, чем пятнадцать ребят! Армии укладывали!

А если песенных ребят загубили в конце войны!? простительно?

— Не успокоюсь: где и как сгинули пятнадцать, брошенные всеми, ребята? В Карпатах? Трансильвания, Венгрия?

— Какая разница? Сгинули — ну и сгинули! Ай, впервой такое?

— Но всё же… Сегодня серьёзные исследователи день за днём восстанавливают события прошлой войны. Почему бы и нам не выяснить такую мелочь: где погибли пятнадцать молодых солдат из песни?

— Роща поминается, пожалуй, место действия — Карпаты. Там могут быть рощи. Буковые. Поджечь такую рощу, чтобы сама горела — дело не простое. Разве только напалмом? Но о напалм тогда ещё не изобрели, напалм появился позже, и не у вас. Не знали вы о напалме. Если только враги подожгли рощу термитными снарядами? Хотя нет, на момент войны из песни, в Карпатах немцы сильно поиздержались. Пожалуй, что не было у них термитных снарядов. Справки о термитных снарядах можно получить у старых воинов, но "что-то с памятью моей стало…". Сомнения остаются: не стали бы враги "утюжить" термитными снарядами "безымянную" прыщ-горку-высотку всеми забытыми на ней ребятами числом в восемнадцать душ! Дорогое удовольствие — термитные снаряды! Не верю в немецкую дурь в таких делах. В вашу — поверю, а в немецкую — нет и нет. Что-то тут не так. От снарядов "гвардейских миномётов", как говорили очевидцы, земля горела, да, такое бывало, и сим фактом вы весьма горды! Скорее всего, ту рощу по ошибке и запалили "гвардейскими миномётами"!

— Бес, сволочь, ты, случаем, не заслан из-за кордона!? Не сидел в войну в теле одного из наших врагов!?

— Разоблачил: сидел, так и было. Заслан я. И что с того? Что сделаешь? Продолжай умиляться песенной дури и не ищи виноватых. Или соображать не нужно о чём поёшь?

Соотечественники, кои чисты от бесовских наваждений, патриотичные и "беззаветно верные прошлому", могут возразить так, как могут возражать в подобных случая только "наши":

— Послушай, мужик, ты или пой, или молчи, а копаться в наших песнях не позволим! За такое и по морде можно схлопотать!

— Хорошо, продолжайте песенный траур, но хотелось бы узнать: сколько этот "шедевр" ещё проживёт у вас?

— Он вечен, он бессмертен!

— Тогда дела ваши плохи.

Когда что-то покупаю, то прежде, чем потратить деньги, товар обнюхаю, помну и проверю. Качество определю в меру своих знаний. Сертификат посмотрю. Да и вообще, прежде, чем выложить "кровные", посомневаюсь о товаре не малое время.

Но у нас не принято верить сертификатам потому, что их нам не выдают, нет, а если какие и выдают — то непременно фальшивые. Особенно сертификаты на "товары для души". Может, в самом деле, нужно каждому из нас иметь внутри беса-"товароведа", который следил бы за качеством "товаров", с коими к нам лезут в души? Ведь на "товар для душ" нужен особый сертификат, в котором должно быть сказано только одно: "песня правдивая. Автор — умница. Оба имеют право на жизнь".

— И всё же, по вине, какого "дурака в эполетах", полегли ребята? Заметь: не старые и опытные солдаты, а "ребята"! Сосунки, молодёжь! Кто их оставил умирать на высоте? И если она "безымянная", то какая же она "высота"? Обычная кочка — но "молчит Русь, и нет ответа", как говаривал великий Гоголь…

— Не грусти. "Масштабное", обширное враньё, как всё великое, не может закончиться: как только прекратите врать, то тут же с неба посыпятся камни! Ну, да, с чистого неба — и камни! "Героическое враньё" и вы — неразлучны! Если перестанете врать — будет означать одно: вы переменились. А это невозможно: вы неизменны, как и законы вашей природы. Ври дальше — и я против своей воли запел: