Хочу познакомиться - Уинтерс Рэйчел

— Ты говоришь так, словно считаешь, что они реалистичны.

— Вообще-то считаю.

Или когда-то считала. Но Эзре это знать не обязательно. Раньше мне нравилось, когда Рики говорил, что мы очень романтично познакомились.

Может, и не судьба нас свела, но что-то в этом роде. Во время одной особенно угнетающей попойки ассистенток я вышла из бара в переулок — мне был необходим глоток свежего воздуха — и наткнулась на парня, вышедшего из бара напротив. Если бы мы разминулись хоть на минуту, то никогда бы не встретились и даже не узнали бы, что находились всего в нескольких шагах друг от друга.

Я медленно выдохнула. За последний год боль расставания притупилась, но временами, как ни странно, еще накатывала на меня.

Эго фыркнул, явно решив по выражению моего лица, что я погрузилась в сентиментальные грезы.

— Прелестно, — процедил он. — Но прелестное не по моей части, а эти деляги-продюсеры только того и хотят. Я пишу сценарии о любви, которая существует на самом деле. Об одержимой, тиранической, токсичной, настоящей любви, а не о романтических знакомствах.

Не сценарии, а сценарий. Он написал всего один. Но сейчас был неподходящий момент, чтобы напоминать ему об этом.

— «Сердце, истекающее кровью» прекрасно, но бывают и другие истории любви, — упорствовала я, остро сознавая, что это звучит чересчур серьезно.

— Ты смотрела мой фильм, — констатировал Эго, прислоняясь спиной к кофе-машине. — Тебе понравилось?

Фильм заканчивался тем, что главные герои, не в силах признать, что их отношения безвозвратно разрушены, все равно остались вместе. Я так рыдала, что была вынуждена пробежать диснеевский марафон, просто чтобы почувствовать, что в мире еще осталось что-то светлое.

— Конечно, понравилось. Но «Предложение» нужно людям не меньше, чем «Сердце, истекающее кровью». Хорошие истории о романтических знакомствах убеждают нас в том, что можно за один миг изменить все к лучшему.

Эго покачал головой:

— Я тебя умоляю. Никто никогда не знакомится так, как в этих фильмах. Все эти совпадения. Клише. Если в реальной жизни кто-то прольет на тебя кофе, ты взбесишься, возможно даже, подашь в суд, если кофе был горячий, но не станешь влюбляться. Настоящую любовь нельзя выдумать.

Расскажи это «Тиндеру», — устало возразила я. Поразительно, что именно Эзре Честеру сулили лавры новой Норы Эфрон!

Эго пододвинул ко мне изорванные листы доп. соглашения.

— Скажи продюсерам, что я этого не подпишу. Лучше вернуть деньги, чем рисковать из-за этой пустышки репутацией. — Эго отвернулся, чтобы налить себе еще один смузи. — В десять часов придет мой консультант по личностному росту. Ты можешь идти.

Вот так же быстро меня уволят. Как будто внезапно выключат прожектор — и все.

Я взяла бумаги, зная, что мне ничего другого не остается, как сообщить Монти, что я не сумела выторговать для нас даже трехмесячную отсрочку.

— Я с самого первого дня говорил Монти, что не хочу этим заниматься, — заявил Эго, когда я уходила. — Пусть теперь не удивляется.

— Тогда зачем вообще было подписывать контракт? — резко возразила я, оборачиваясь. Эти слова вырвались у меня прежде, чем я успела прикусить язык, но я поняла, что мне все равно. Если агентство разорится, что мне терять?

Эзра Честер проигнорировал меня, отчего я разозлилась еще сильнее. Ведь именно он со своим глупым эго, согласившись писать то, чего на самом деле написать не мог, втянул всех нас в эту заваруху…

Погодите… А вдруг?.. Может, у великого и могущественного Эго попросту случился творческий кризис?

Как ни ужасно, в этом был смысл. Вдруг на самом-то деле он собирался писать сценарий для ромкома, но… не получилось? Эзру Честера провозгласили одним из самых ярких молодых талантов Голливуда, но за три года, прошедшие с тех пор, как он получил «Оскар», Эго не выдал Монти ни одного сценария. Монти оправдывал клиента, говоря, что гения нельзя подгонять. Но потом нарисовались Сэм-и-Макс и предложили Эго участвовать в своем следующем проекте. А вдруг Эго подписал контракт, чтобы доказать Голливуду, что он все еще на коне… и только потом понял, что сценарии ромкомов на раз-два-три не пишутся, как ему представлялось? Пора проверить эту гипотезу. — Я знаю, как ты можешь написать этот сценарий.

Эго с притворным удивлением оглянулся.

— А, ты все еще здесь?

— Просто выслушай меня. Через три месяца ты выдашь готовый сценарий, как изначально и предполагалось. Получишь свои деньги. Сэм-и-Макс будут превозносить тебя в Голливуде. Все будут счастливы.

Эго закатил глаза.

— Или же, — продолжала я, метя прямо в его слабое место, — мы расторгнем контракт и еще до конца недели выпустим релиз.

— Релиз?

— Чтобы опередить «Интрепид», — небрежно пояснила я. — Продюсеры захотят довести до сведения публики, что ищут нового сценариста, потому что Эзра Честер снят с проекта.

В этом случае из оскароносного кинодраматурга, не сумевшего закрепить свой успех, Эго превращался в сценариста, не справившегося с банальным ромкомом. Теперь романтическая комедия не кажется зазнайке таким уж глупым жанром, верно?

Несколько секунд Эго ничего не говорил, вперив в пространство невидящий взгляд. После чего снова обратил внимание на меня.

Я затаила дыхание.

— Знаю, что пожалею об этом, — проговорил Эзра. Мое сердце уже пустилось в победный пляс. — Однако я слушаю.

Спасибо тебе большое, эго Эго.

Проблема заключалась не в жанре, жанр был всего лишь оправданием. Мне просто нужно было найти способ заставить его писать. Я начну с того, что заставлю его признать, что насчет ромкомов он заблуждается. Поскольку к романтическим историям знакомств Эзра относится скептически, все, что мне нужно сделать, — это доказать ему, что можно встретить кого-то так же, как Гарри встретил Салли…

Разве это так сложно?

— Если я докажу, что в жизни случаются романтические знакомства, как в ромкомах, ты подпишешь доп. соглашение и создашь сценарий? Ведь ты будешь знать, что такое случается в реальности, а значит, это твой жанр?

Эго сощурил глаза.

— И как же ты это докажешь?

Я пересекла кухню и осторожно приблизилась к нему, как будто он был диким зверем, а не сценаристом, отказывающимся признавать, что у него творческий кризис. Впрочем, это почти одно и то же.

— Продюсерам требуется «история романтического знакомства на современный лад», — медленно проговорила я, размышляя вслух. — Я приведу тебе реальные примеры пар, познакомившихся друг с другом, как в фильме. — Я была убеждена, что сумею найти подходящие истории. Когда ты одинока, интернет так и кишит ими. — Примеры, которые покажут тебе, что ты…

Зазнайка. Жалкий скептик. Придурок.

— …Что ты недооценил этот жанр.

На Эго это не произвело ни малейшего впечатления.

— Погуглить может кто угодно, Рыжая.

Я вздрогнула, услышав эту кличку, и в моем мозгу тотчас вспыхнула мысль. Нелепейшая, глупейшая мысль.

Ведь Эзра прав: того, что я предложила, недостаточно. Ведь его надо заставить не просто подписать доп. соглашение, чтобы отложить неизбежное унижение на три месяца. Надо вынудить его написать сценарий. Для этого ему понадобится вдохновение. В больших количествах.

— Тогда я сама это сделаю, — сказала я.

Эго моргнул.

— Что сделаешь?

— Стану живым доказательством. Подпиши доп. соглашение — и я познакомлюсь с кем-нибудь точно так, как это бывает в ромкомах. Я воспроизведу сюжеты этих фильмов в жизни. Знакомство в совместной поездке. На каникулах. При случайном столкновении. Я буду пробовать, пока один из этих способов не сработает.

«Но ты не можешь познакомиться с кем-нибудь даже в „Тиндере"», — резонно заметил мой голос разума. Я шикнула на него.

Эго с лукавой улыбкой окинул меня с головы до пят.

— Итак, ты хочешь сказать, что, если все-таки сумеешь познакомиться с кем-нибудь таким образом, мне придется поверить, будто это возможно.

Я положила бумаги на стойку для завтрака.