Ширли Джексон - Лотерея

Вот и сейчас, вполне довольная собой — ей очень шел серый твидовый костюм с изящной брошью от местного ювелира, — мисс Кларенс покончила с мороженым и снова глянула на часы, после чего расплатилась, покинула заведение и бодрым шагом двинулась на север по Шестой авеню. Она рассчитала все правильно: нужный дом оказался совсем неподалеку, чуть к западу от авеню. С минуту она разглядывала строение, мысленно сравнивая его с тем, где жила в последнее время. Квартира мисс Кларенс находилась в презентабельном кирпичном доме с лепной отделкой в стиле модерн, а этот дом был деревянным и старым — правда, с новенькой парадной дверью, которая могла бы ввести в заблуждение гостя, если тот не удосужится поднять глаза на унылый фасад конца прошлого века. Мисс Кларенс еще раз сверилась с адресом в колонке объявлений «Виллиджера», после чего открыла дверь и очутилась в грязном полутемном коридоре. Найдя в списке фамилию Робертс и номер квартиры — 46, она вздохнула и начала подниматься по лестнице.

На третьем этаже остановилась и закурила, посчитав, что ее появление с дымящейся ментоловой сигаретой будет выглядеть эффектнее. Затем поднялась этажом выше и увидела записку, приколотую канцелярской кнопкой к двери с номером 46. Открепив и развернув бумажку, она прочла следующее:

«Мисс Кларенс, я вынуждена была уйти по срочному делу. Вернусь к половине четвертого. Пожалуйста, заходите и осматривайтесь, пока меня не будет, вся мебель снабжена ценниками. Извините, что так получилось.

Нэнси Робертс».

Мисс Кларенс нажала на дверную ручку — квартира оказалась не заперта. С запиской в руке она вошла и притворила за собой дверь. В комнате царил беспорядок: повсюду картонные коробки с книгами и бумагами, шторы опущены, на столе и стульях валяются предметы одежды и наполовину упакованные чемоданы. Первым делом мисс Кларенс подошла к окну — ей подумалось, что с четвертого этажа может открываться неплохой вид. Однако она увидела лишь грязные соседние крыши да вдалеке по левую руку — высокое здание с цветниками на балконах. «Когда-нибудь поселюсь в том красивом доме», — пообещала она себе.

Тесная кухня с двухконфорочной плитой, приземистым холодильником и небольшой мойкой занимала отгороженную ширмой часть комнаты. «Дома они готовят редко», — подумала мисс Кларенс. Плиту вряд ли когда-нибудь чистили; в холодильнике стояла только бутылка молока, три кока-колы и полупустая банка ореховой пасты. «Похоже, хозяева подъели все свои запасы, если они вообще были», — рассудила она. Заглянула в посудный шкафчик: один стакан и открывалка для бутылок. Еще один стакан, возможно, находился в ванной; чашек не было нигде — выходит, они даже не пьют по утрам кофе. Заметив в шкафчике таракана, мисс Кларенс поспешно захлопнула дверцу и проследовала в ванную комнату, но и там смотреть было особо не на что: старомодная чугунная ванна на ножках, душ отсутствует, всюду грязь — вот уж точно тараканий рассадник.

Вернувшись в захламленную жилую комнату, сняла шляпку и жакет, освободила один из стульев от чемодана и пишущей машинки, уселась на него и закурила новую сигарету. Она уже решила, что не будет покупать ничего из этой мебели — пара стульев и кровать из клена были слишком простецкими, тогда как она искала что-нибудь более стильное; этажерка смотрелась недурно, однако ее портили длинная царапина вдоль верхней полки и несмываемые пятна от стаканов. К тому же за десять долларов, указанных в ценнике, можно было приобрести несколько новеньких этажерок. Обстановка ее собственной квартиры — отчасти в пику офису угольной компании — была выдержана в мягких бежевых и светло-серых тонах, и мисс Кларенс пугала сама мысль о появлении в ее жилище яркой кленовой мебели. Она легко могла себе представить, как молодые виллиджеры из числа завсегдатаев книжных киосков расхаживают среди этой мебели, ставя куда ни попадя стаканы рома с колой.

Ладно, не мебель, но можно было бы приобрести какие-нибудь книги, однако здесь попадались только труды по искусству и художественные альбомы. На форзаце некоторых книг было написано: «Артур Робертс». Мисс Кларенс представила себе молодую пару — Артур наверняка художник, а Нэнси… Порывшись в коробках с книгами, она наткнулась на иллюстрированное издание, посвященное танцу джаз-модерн, и радостно подумала, что Нэнси вполне может оказаться танцовщицей.

На другом конце комнаты зазвонил телефон; мисс Кларенс помедлила, но все же сняла трубку. В ответ на ее «алло» мужской голос спросил:

— Нэнси?

— Извините, ее нет дома, — сказала мисс Кларенс.

— А с кем я говорю?

— Я дожидаюсь здесь миссис Робертс.

— Понятно, — сказал мужчина. — Я Арти Робертс, ее муж. Когда она появится, пусть перезвонит мне, хорошо?

— Мистер Робертс, может быть, вы мне поможете? — сказала мисс Кларенс. — Я насчет мебели.

— Как вас зовут?

— Кларенс. Хильда Кларенс. Пришла взглянуть на вашу мебель.

— И что вы скажете, Хильда? Все вещи в хорошем состоянии.

— Пока еще не определилась.

— Кровать практически новая, — продолжал Арти Робертс. — Мы продаем эти вещи только потому, что я уезжаю в Париж, подвернулась такая возможность.

— Повезло, — сказала мисс Кларенс.

— А Нэнси возвращается к своей семье, в Чикаго. Нам надо распродать все лишнее, а времени в обрез.

— Да, это проблема.

— Что ж, Хильда, дождитесь Нэнси и поговорите с ней, она охотно вам все расскажет. Что бы вы ни купили, вы об этом не пожалеете. Я ручаюсь за качество каждой вещи.

— Охотно верю, — сказала мисс Кларенс.

— Так вы передадите ей, чтобы перезвонила?

— Разумеется.

Она попрощалась, положила трубку и, снова усевшись на освобожденный ею стул, посмотрела на часы: десять минут четвертого. «Подожду до половины четвертого и уйду», — решила она и принялась листать книгу про танцы, пока не задержалась на фотографии Марты Грэм[17] — как давно она видела ее в последний раз? Мисс Кларенс вспомнила себя в двадцать лет, еще до приезда в Нью-Йорк, когда она осваивала танцевальные па. Положив книгу на пол, она встала в позу и подняла руки над головой а-ля Марта Грэм. Раньше это легче давалось, отметила она, а теперь сразу же заныли плечи. Скосив глаза на снимок, она попыталась правильнее согнуть руки, и в этот момент раздался стук в дверь, которая затем сразу же отворилась. Вошедший — молодой человек примерно возраста Артура Робертса, по предположению мисс Кларенс, — со смущенным видом остановился.

— Дверь была приоткрыта, и я не стал долго стучать, — пояснил он. — Вы миссис Робертс?

Мисс Кларенс опустила руки и присела на стул, стараясь двигаться неторопливо и естественно. На вопрос она не ответила.

— Я по объявлению насчет мебели, — сказал молодой человек. — В частности, меня интересуют стулья.

— Смотрите сами, — сказала мисс Кларенс. — На всех вещах есть ценники.

— Меня зовут Харрис. Я недавно переехал в Нью-Йорк и сейчас обустраиваюсь.

— Сейчас непросто найти хорошую мебель.

— Это верно, до вас я заглянул уже в десяток мест. Никак не могу найти картотечный шкаф и большое кожаное кресло.

— Увы… — Мисс Кларенс обвела рукой комнату.

— Знаю, в вашем объявлении их тоже не было. Люди дорожат такими вещами и неохотно расстаются с ними, — сказал Харрис. — Я, видите ли, пишу.

— Вот как?

— То есть пытаюсь писать. — Харрис улыбнулся. У него было симпатичное круглое лицо и приятная улыбка. — Собираюсь найти работу, а писать буду по ночам.

— Уверена, у вас все получится, — сказала мисс Кларенс.

— Здесь вроде бы живет художник?

— Да, мистер Робертс.

— Счастливчик, — сказал Харрис и подошел к окну. — Рисовать картинки все же легче, чем сочинять текст… А это местечко явно получше моей конуры, — вдруг добавил он, рассматривая пейзаж за окном.

Мисс Кларенс промолчала, не найдя, что сказать. Харрис повернулся и взглянул на нее с любопытством

— Вы тоже художница? — спросил он.

— Нет. — Она сделала глубокий вход, прежде чем продолжить. — Я танцовщица.

Он снова улыбнулся.

— Следовало сразу догадаться об этом, как только вошел.

Мисс Кларенс издала застенчивый смешок.

— Это, должно быть, здорово, — сказал он.

— Это тяжело, — сказала она.

— Могу себе представить. И каковы успехи?

— Не слишком велики.

— Вероятно, как и у всех нас, — сказал Харрис.

Он подошел к двери ванной и заглянул внутрь; мисс Кларенс при этом поморщилась, словно от боли. Ничего не сказав, он закрыл дверь и перешел на кухню. Мисс Кларенс приблизилась и стала позади него.

— Я редко готовлю дома, — сказала она.

— Вас можно понять, кругом полно ресторанов.

Он покинул кухню, а мисс Кларенс вернулась к свободному стулу.