На широкий простор - Якуб Колас

неспроста. Ей вдруг стало страшно от того неопределенного положения, в котором она теперь очутилась. Вспомнила бабку Насту, разговор с ней. Всплыли перед ней и последние события в Вепрах. Жизнь обвивала ее липкими нитями: в них легко можно было запутаться, как мухе в паутине. Отойти в сторону от всего этого она уже не могла. Ей нужно знать, что происходит вокруг нее, и не брести вслепую. Ей нужно наконец на что-то решиться и пойти верной дорогой.

Авгиня надела кожушок, плотно облегавший ее фигуру, накинула на голову теплый платок и вышла во двор. Остановилась возле калитки. Ночь уже заткала густой тьмой улицу, хаты и дворы. Тускло и несмело светились окна. По улице изредка проходили люди. Авгиня минутку постояла, а потом решительно зашагала в сторону хаты Кондрата Бирки: хотелось проверить свою догадку.

Хата Бирки стояла поблизости, на противоположной стороне улицы. Оглядевшись, Авгиня неслышно отворила калитку, осторожно вошла во двор и притаилась за углом, чтобы не попасться кому-нибудь на глаза. Прислушиваясь, она сунула голову в полоску света, падавшую от окна. Она волновалась, как человек, вынужденный тайно подглядывать, рискуя быть пойманной. За окном двигались тени, неясно доносился приглушенный разговор. Рассмотреть, что происходит в хате, было трудно. Авгиня пригнулась, зашла с другой стороны и снова заглянула в окно. Сквозь чистый, не затканный морозом кусочек стекла она разглядела мужчин, выпивавших за столом. Две фигуры больше всего привлекли внимание Авгини: Василь и худощавый, черномазый Савка Мильгун. Никаких сомнений не оставалось: Савку наняли, купили за деньги и посылают на какое-то темное, предательское дело. От Савки можно ожидать всего. Страх и отвращение охватили душу Авгини. Оставаться тут больше было не к чему. Так же неслышно выбралась она на улицу и направилась к своей хате. Тут только улеглось ее волнение и сердце начало биться спокойней.

Дед Куприян уже дремал на полатях, а может, просто, отдыхая, думал о событиях последних дней. Не по душе было деду вся эта смута и драка, и он не понимал, что это такое творится на белом свете. Дед был твердо убежден, что все напасти происходят от того, что скинули царя.

Младшие дети Авгини — два мальчика — спали беззаботным сном счастливого детства. Не спали только Авгиня и Алеся. Они сидели возле печки, пряли и тихо беседовали.

Детским инстинктом угадывала Алеся отцовскую неприязнь к себе, и поэтому беспричинный страх и боязнь все время сжимали ее маленькое сердечко. А в последние дни эти страх и боязнь стали еще острее, потому что отец стал хуже относиться и к матери. Алеся терялась в догадках, почему это происходит, но не могла объяснить причин враждебного отношения отца. То, что в хате говорили при ней взрослые, рождало в голове Алеси неясные и страшные мысли о жестокости и несправедливости людей.

23

Невысокий худощавый человек медленным, размеренным шагом идет по лесу.

Лес, накинув на свои плечи белое покрывало, торжественно сохраняет тишину и покой. Такая умиротворенная тишина бывает только в минуты мудрого раздумья о таинственных, манящих глубинах жизни или тогда, когда затихает всякая тревога, сходят на нет все заботы и ничто не беспокоит ни разум, ни сердце, а ты чувствуешь полную слитность с тем, что над тобой и вокруг тебя.

И этот невысокий худощавый человек, одетый по-городскому, — хотя и обувь и платье его были приспособлены к долгим походам, — казалось, поддался чарам лесной тишины и покоя.

Иногда он пристально всматривался в причудливые сплетения деревьев своими серыми холодными глазами. Вот стоит раскидистый дуб. Могучие ветви его и широкая крона немного наклонились в ту сторону, откуда светит солнце. Между ветвями дуба просунула свою круглую голову стройная осина. А с другой стороны высокая тонкая ель протягивает сквозь дубовые ветви свои зеленые колючие лапы. Там, где ветви переплелись, кора на них стерлась. Теперь ветви неподвижно застыли. Но только ветер, торопясь в дальние края, проходит над лесом, ветви начинают тереться друг о друга и глухо скрипеть.

Невысокий худощавый человек зорким глазом замечает все эти подробности. Он еще раз окидывает взглядом чудесную группу деревьев и спрашивает себя мысленно: что это — борьба за существование или союз и дружба?

Он не верит ни этой тишине, ни этому лесному покою. Он знает, что это только обманчивая видимость тишины и покоя. На широких просторах земли бурлит водоворот борьбы, жестокой, безжалостной, но не бессмысленной и хаотичной, а борьбы, подчиненной определенным законам. В буре этой борьбы невысокий худощавый человек всем сердцем чувствует рождение новой эпохи и укрепление ее на земле. Вот почему так тверд его шаг. Говорят: кто сеет ветер — пожнет бурю. Невысокий худощавый человек — сеятель бури! После этой бури придет новый порядок, родится новый человек.

Этот сеятель — товарищ Невидный, тот самый Невидный, фамилия которого, да и сам он так заинтересовали деда Талаша. За пазухой у Невидного — объемистый пакет. В пакете — воззвания к крестьянам оккупированного Полесья, инструкции для подпольных большевистских организаций, этих тайных живительных источников энергии борющихся масс, опоры Советов. В этом же пакете много материалов, написанных рукою классового врага. Тут же обращение польских властей к помещикам, чтобы они возвращались в Белоруссию и занимали свои «законные» владения, и приказ крестьянам вернуть все взятое ими из помещичьих усадеб в дни революции и советской власти. Невидный аккуратно собирает такие документы. Пользуясь ими, он разоблачает разбойничью сущность оккупантов и ведет против них пламенную агитацию. Рискуя головой, он идет от села к селу, создает новые ячейки, помогает тем, которые уже организованы.

Сейчас он идет в деревню Поставы. Месяц назад, когда Поставы находились еще в руках Красной Армии, Невидный был там, наладил связи, завязал знакомства. Невидного интересует, как действует ячейка, организованная им в Поставах: он давно не имеет о ней никаких известий. Ему надо знать, как живет, чем живет и живет ли эта ячейка вообще.

Самая неприятная вещь — когда человек находится в полном неведении. Что знает сейчас Невидный о деревне Поставы? Ничего. Знает только, что деревня под пятой оккупантов, что в Поставах есть шпионы и агенты врага, что время от времени появляются там разъезды легионеров. Вот почему Невидный продвигается осторожно. Он знает, как зорко следят жандармы, полиция и польская контрразведка за такими