Валентин Овечкин - Собрание сочинений в 3 томах. Том 3

Очень много работаю, строго ограничиваю себя сном — 5 часов в сутки. Сегодня встал в 4 ч. утра и пишу.

26/XII 1934

Наконец-то, кажется, мои мытарства кончаются. Договорился с редактором, что меня пошлют постоянным корреспондентом в Армавир или Краснодар (на группу районов, прилегающих к этим городам)…

Для моей работы это будет гораздо лучше, чем моя работа сейчас здесь, в редакции. Я буду меньше связан чисто газетной работой, буду свободен в выборе поездок, кроме этого, я постоянно буду следить за нужными мне процессами в определенных районах…

1934

Целую мать и сынишку!

Только что кончил статью для «Молота» в новом для меня жанре. Фельетон. Завтра утром подсокращу немного и сдам. Кажется, удался… Всего за это время статей в «Молоте» 6. Из них одна большая, т. н. подвал (это самое почетное место в газете).

… Вхожу в газету прочно. Чувствую, что очень много дает мне эта черновая газетная работа. Дает она много и в смысле получения навыков быстро ориентироваться, быстро находить материал, копаться в людях, и в смысле того, что набиваешь руку над письмом.

Один рассказ… отправил в «Октябрь» Панферову. Ответа еще не получал. Сейчас написал половину другого рассказа. Этот будет больше и гораздо сильнее первого…

А. В. Михалевичу

16/V 1938

Два дня шли дожди, никуда не выезжал из Славянской, а написал за это время еще 2 небольших рассказа, один в четыре странички, другой — в пять. В день — по рассказу! Здорово? Называются «Водяной» в кавычках и «Без остатка». Зарисовки о людях колхозов. Так и послал их под рубрикой «Маленькие рассказы о людях колхозов». Если пойдут такие — буду продолжать этот отдел. Нащупал-таки — как писать коротенькие рассказы.

С. П. Бородину

1939(?)

Уважаемый тов. Амир Саргиджан![19]

Неожиданно для себя увидел в «Литературной газете» рецензию о своей книжке рассказов. Прочитал и остался очень благодарен Вам за теплый, хороший отзыв о рассказах. Вы поймете мое чувство глубокой благодарности Вам, если я скажу, что Ваша рецензия — это первое человеческое слово о моих рассказах за несколько лет.

…По существу рецензии никаких замечаний сделать не могу. Вы правильно поняли основное значение моих рассказов, правильно разгадали чувства, волновавшие автора. Насчет стилистических срывов — согласен вполне. Вы хоть и не приводите примеры, где, в каком рассказе эти срывы, но я сам знаю, что их у меня больше, чем нужно. Форма — это больное мое место.

Если Вам интересно, над чем я сейчас работаю, — расскажу. Пишу новые рассказы, объединенные той же общей темой, что и рассказы в изданной книге, — колхозная жизнь сегодня. Ведь на эту тему можно писать очень много — тема почти совсем непочатая…

…Времени пока что для рассказов у меня мало. Я работаю в краснодарской газете «Большевик», загружен всякими газетными заданиями…

Е. В. Овечкиной

7/IX 1939

Получил телеграмму из Москвы. Списываю дословно ее текст. «Очерк «С другой стороны»[20] печатаем в «Красной нови». Предлагаем постоянное сотрудничество. Отзыв на книгу рассказов пришлю. Привет. Фадеев».

Здорово? Фадееву я писал после всех, и раньше всех ответил. Лучшего я не ожидал…

А. А. Фадееву

18/II 1940

Александр Александрович!

Сообщаю, во-первых, о перемене в моей жизни. Взят в армию, в 12-ю Кубанскую казачью дивизию, где я был приписан инструктором политотдела дивизии…. С литературной работой расстаюсь на неопределенный срок, пожалуй — на много лет. Вряд ли придется в армии писать — времени для этого не останется.

Сейчас меня беспокоит одно — судьба того, что я успел написать за время своей недолгой писательской «практики». С тех пор как я вернулся из Москвы, до призыва в армию, я писал повесть «Степная песня» и одновременно готовил несколько новых рассказов на колхозные темы для краевого издательства. Предполагал переиздать книжку рассказов с включением нескольких новых. На эти новые вещи я возлагал большие надежды — они острее по теме, глубже, серьезнее, чем первые рассказы. Получилось так, что не кончил ничего. Я вообще-то пишу медленно, трудно, на рассказ трачу полмесяца и больше («Прасковью Максимовну» писал, кажется, около месяца), а тут еще — работал сразу над несколькими вещами. Призыв застал врасплох — ничего не кончил, и знаю наверное, что теперь и не кончу. Если будет изредка выпадать час-два свободного времени — много за них при моем «медленнописании» не сделаешь. Я и рукописей не беру с собой, чтоб не расстраивать себя зря.

Так вот — остается всего-навсего книжка рассказов, изданная в прошлом году в Краснодаре, которую я Вам посылал, и рассказ «Прасковья Максимовна», напечатанный в «Красной нови», все мое «литературное наследство». Что с ним делать? Когда мы виделись с Вами в Москве, я постеснялся спросить, а Вы также не сказали свое мнение о книжке — стоит ли она того, чтобы ее издали в Москве? Если стоит — то без Вашей помощи мне, видимо, не обойтись. У меня никаких связей ни с одним издательством нет…

А. В. Михалевичу

18/V 1941

…Ни в коем случае не согласен выбрасывать место о секретаре райкома. Тогда весь очерк снять, а раз очерк, то значит — книжку. Вот теперь понятно — пугает, значит, этих жучков «Прасковья»…

Есть, Саша, событие. Посылаю тебе телеграмму из «Правды», полученную сегодня. Значит — заметили. Может быть, таки готовится рецензия? Нужна она очень. Без нее кривотолки по поводу «Прасковьи Максимовны» и «Без роду, без племени» не кончатся.

…Сейчас ничего готового газетного размера нет. Может быть, дадим «Бюрократов и демократов»? Вдвоем — Ильф и Петров? Вот здорово было бы! Втиснем в 9 страниц? Надо попробовать. Или что-нибудь другое из твоих тем? Не теряя времени — начинай писать… Я же пока буду кончать «Подводные камни». Без этого очерка я отсюда не уеду…

…Получил от Союза [писателей] анкету, заполнил ее, приложил автобиографию, фотокарточки и отослал…. Билет обещают выслать почтой — на бархатной подушечке.

«Слепого машиниста» здесь читал один пропагандист моего творчества, зам. директора МТС по политчасти, на курсах агитаторов (трактористы, бригадиры, учетчики). Говорит — подействовало здорово, слушали с большим интересом. Сам этот парень отзывается о рассказе с восторгом.

Черт его знает. Видимо, до колхозников, особенно до трактористов, вещь эта доходит, при всей ее «литературной неуклюжести». Придется, вероятно, дать ее в краснодарский сборник…

П. А. Павленко

28/V 1941

…Я не согласен, что тема трактористов недостаточно глубока для колхозного фильма. Она не исчерпывает колхозной темы — это другое дело. Значит, надо, кроме трактористов, писать еще что-то. Но сейчас, на первое время, мы с Михалевичем, о котором говорил Вам в письме, способны засесть только за этот сценарий — о трактористах…. Трактористы у нас обдуманы, люди все живут, действуют, и мы — среди них…

Сюжет будет, Петр Андреевич, только — не американский. Сюжет — в людях, в типах, глубоко жизненных, в конфликтах. В сценарии я не отступлю от публицистической линии, взятой в очерках. Там тоже надо высмеивать, брать кого надо «за жабры»…. И в этом отношении, по своей «злости», мы прекрасно сошлись с Михалевичем, тоже ярым публицистом и поборником действенной литературы…

Я недавно прочитал несколько американских сценариев — «Вива», «Однажды ночью», «Луи Пастер» и др. в сборнике. Ну что ж, — что, говорят, русскому чело веку здорово, то немцу — смерть. И мне кажется, скучны, как Вы пишете, многие наши фильмы не потому, что они не похожи на американские, а потому, что не похожи на советские — не нашли своего. В теме гражданской войны — нашли («Чапаев», конечно, в десятки ран сильнее «Панчо Вильи», там революция понадобилась только для занимательного сюжета, для интриги, а в «Чапаеве» революция в каждом слове и повороте действия), а в современной теме, особенно в колхозной, — еще только поиски.

Я никак не соглашусь, что борьба тракторной бригады за 2000 га на машину и за передовой колхоз и связанные с этим личные судьбы людей не могут быть сюжетом для большой захватывающей картины…

А. В. Михалевичу

17/Х 1941

Ну, жму крепко руки всем!

Завтра, 18-го, в 5 час. утра отправляюсь. Куда — еще неизвестно, где буду — напишу.

Мариуполь… А на полпути между Мариуполем и Таганрогом, километрах в 50 от Мариуполя — моя коммуна, в двух бывших помещичьих экономиях. Вот тебе — рассказы и жизнь. Что там сейчас делается?..

Ну, что сказать на прощание? Вспоминайте почаще, пишите Кате. Если здесь будет лучше, может быть, Галя с детьми переедет сюда? Топливо есть, с продуктами пока неплохо.