Когда зацветут тюльпаны - Юрий Владимирович Пермяков
— Я покажу тебе, как командовать Пашей, которого когда-то называли Клещом. Век будешь помнить Панечку Клеща… Я не таких…
Он не договорил. Алексей стремительно шагнул к нему, и вкладывая в руку всю тяжесть своего тела, нанес Клещу удар в подбородок.
— Ой! — вскрикнул Панечка и, зажимая лицо руками, отлетел к печке. Алексей подошел к нему, вырвал нож, отбросил.
— Ну, что, Панечка Клещ, может, еще разок? — спросил он, приподняв Павла за ворот рубахи. — Или хватит?..
И больше Алексей ничего не помнил. Страшный удар по затылку обрушился на него, словно с потолка. Он бросил Клеща, выпрямился и круто повернулся.
— Никуленко?!. — беззвучно закричал он. — Ты что?!
Никуленко замахнулся снова.
Глава девятая
1
Вачнадзе проснулся от телефонного звонка. Не открывая глаз, протянул руку к тумбочке, на которой стоял телефон, и поднял трубку. Борясь со сном, сказал в трубку недовольным голосом:
— Да! Вачнадзе слушает.
— Лазарь Ильич, — послышался в трубке тревожный юношеский голос, — это говорит дежурный радист Юрьев.
— Я слушаю.
— Только что принял радиограмму из Соленой Балки.
— Так, так… Дальше. — Вачнадзе приподнялся на локте.
— Ничего не могу понять, Лазарь Ильич… — Голос Юрьева на мгновенье умолк. — Ничего не понимаю… Мастер Кедрин лежит раненый… Сообщают о каком-то покушении.
Вачнадзе, отбросив одеяло, вскочил с постели и закричал:
— Товарищ Юрьев! Радиограмму несите немедленно ко мне! Слышите, немедленно! И никому ни слова о ней…
— Хорошо, Лазарь Ильич.
— Дежурная машина где?
— Здесь, Лазарь Ильич.
— Садись на нее — и ко мне!
Вачнадзе бросил трубку и заметался по спальне в поисках одежды. В темноте наткнулся на стул и с грохотом свалил его, больно ударившись коленом. Морщась от боли, щелкнул выключателем. Под зеленым абажуром вспыхнул яркий свет и залил комнату, окрашивая предметы в бледно-зеленые тона.
Проснулась Раиса. Щуря от света большие черные глаза, спросила:
— Что-нибудь случилось, Лазарь?
— Да. Помоги мне, пожалуйста, собраться. Не помню, куда я сунул вчера носки…
— Они на кухне. Ты можешь мне сказать, что случилось?
— Пока нет. Но дело очень серьезное. Получена радиограмма. Я прошу тебя собраться и сходить к Галине Александровне… Пусть она идет прямо в контору — я буду там.
— Хорошо, Лазарь.
— Скажи ей, что экстренное совещание и больше ничего. Ни слова.
— Хорошо, я так и сделаю.
— Поторопись, пожалуйста.
Когда Раиса ушла, Вачнадзе позвонил Гурьеву. Гурьев ответил неожиданно быстро.
— Спишь? — спросил его Вачнадзе.
— Нет, еще не ложился. Читал.
— Плохо! Нужно было отдохнуть… Эх, дорогой, нехорошо!..
— Ты чего вздыхаешь? Я бодр и свеж, как всегда.
— Бодр и свеж, — передразнил его Вачнадзе. — Давай-ка собирайся и — в контору…
— Ты серьезно?
— Очень серьезно, Никита. Итак, жду.
В дверь постучали. Вачнадзе открыл. Весь запорошенный снегом вошел радист Юрьев.
— Ну и погода, Лазарь Ильич, — ничего не видно… Доброе утро.
— Доброе утро. Где радиограмма?
— Вот, — протянул ему Юрьев сложенный вчетверо лист бумаги.
Вачнадзе схватил листок и бросился к свету. Пробежал первую строчку, и руки у него задрожали. Закрыл глаза. С усилием заставил себя читать дальше.
«…в два часа ночи нового года тяжело ранен буровой мастер Алексей Константинович Кедрин…»
Вачнадзе опустился на стул. Листок выпал из рук и с шорохом заскользил к полу. Юрьев подошел и поднял его, растерянно поглядывая на директора.
— Читай дальше, Юрьев, — попросил Вачнадзе.
Юрьев прокашлялся и начал читать:
«Покушение на жизнь Кедрина сделали бывший заключенный тракторист Павел Клещов и бурильщик Григорий Никуленко…»
Юрьев остановился и посмотрел на Вачнадзе.
— Читай, — приказал Вачнадзе.
— Все, — тихо ответил Юрьев. — Просят врача.
Вачнадзе поднялся.
— Подай мне пальто, пожалуйста, — наконец попросил он Юрьева, безмолвно стоящего рядом. — Оно там… на вешалке… и поедем в контору…
…Вачнадзе смотрел через ветровое стекло машины вперед. Бьются, крутятся снежные вихри, закрыли собой весь свет, даже дороги не видно. Где-то рядом стоят дома, но они пропали за белой мутью, и не верится, что они стоят где-то здесь рядом, всего в нескольких шагах… Что делать? Что предпринять?..
2
— Раечка… ты?!. Проходи же, садись! — Галина стояла босая, в длинной ночной сорочке, прижав обнаженные до плеч руки к груди. Из-за двери тянуло ледяным холодком, струйками растекавшимся по полу комнаты. Галина с тревогой смотрела на Раису и, хотя пригласила ее пройти сесть, сама стояла, не двигаясь с места.
Раиса развязала пуховую шаль, варежкой сбила с нее снег, поправила на голове прическу. И молчала. Да и что она могла сказать, когда сама не знала ничего о причине, заставившей Лазаря послать ее к Галине в такую шальную погоду.
— Чего же ты молчишь, Раечка? Что, наконец, случилось?
Раечка рассердилась.
— А я откуда знаю, что случилось? Лазарь сказал: иди — и я пошла… Ох, ну и люди же!..
К кому относилось последнее замечание, Галина не поняла, но почему вдруг стало так тревожно на сердце?
— Велел тебе передать, чтоб ты не задерживалась и шла в контору, — продолжала Раечка. — Говорит — серьезно…
Большие черные глаза Раечки, влажные и блестящие, слабо мерцали в предутренних сумерках, и Галина, сколько ни всматривалась, не могла рассмотреть их выражения.
— Но что же все-таки случилось? Расскажи, Раисочка, очень… очень прошу!
И Раиса рассказала о том, как раздался неожиданный телефонный звонок («Сколько раз я говорила Лазарю, чтоб он убрал телефон из спальни, не слушается!») и Лазарь, чертыхаясь, метался по комнате и в темноте свалил стул, как он искал носки, которые сам же оставил на кухне, и наконец поднял ее с постели и отправил с поручением к Галине.
— Это в такую-то погоду, — говорила Раиса, облизывая пухлые губы. — Никогда я не видела своего Лазаря таким… Да, забыла, он что-то говорил про радиограмму…
— Из Соленой Балки? — быстро спросила Галина и замерла.
— Нет, про Соленую Балку он не говорил… Он был такой взволнованный!
Но Галина уже не слушала Раису. Она торопливо натянула чулки, платье, не попадая руками в рукава, стала надевать шубу…
Настя с ребенком на руках молча стояла в дверях спальни, слушала разговор двух женщин и тревожно поглядывала то на одну, то на другую. Не зря жена директора пришла за Галиной в такую рань, да еще в такую погоду. А вдруг там, в неведомой Соленой Балке, случилась беда?
— До свидания, Настенька, — подошла к ней Галина. — Извини, потревожили мы вас…
Настя вцепилась в рукав ее шубки.
— Галюша, родная, — зашептала она, горячо дыша в лицо Галины. — Не к добру это… Чует мое сердце — ох, не к добру!.. Не оставляй меня одну,
Откройте для себя мир чтения на siteknig.com - месте, где каждая книга оживает прямо в браузере. Здесь вас уже ждёт произведение Когда зацветут тюльпаны - Юрий Владимирович Пермяков, относящееся к жанру Советская классическая проза. Никаких регистраций, никаких преград - только вы и история, доступная в полном формате. Наш литературный портал создан для тех, кто любит комфорт: хотите читать с телефона - пожалуйста; предпочитаете ноутбук - идеально! Все книги открываются моментально и представлены полностью, без сокращений и скрытых страниц. Каталог жанров поможет вам быстро найти что-то по настроению: увлекательный роман, динамичное фэнтези, глубокую классику или лёгкое чтение перед сном. Мы ежедневно расширяем библиотеку, добавляя новые произведения, чтобы вам всегда было что открыть "на потом". Сегодня на siteknig.com доступно более 200000 книг - и каждая готова стать вашей новой любимой. Просто выбирайте, открывайте и наслаждайтесь чтением там, где вам удобно.
