Алим Кешоков - Вершины не спят (Книга 1)

Астемир сдвинул брови и ничего не ответил, только чистил свою винтовку.

— А ты ложись спать, — сердито сказала Думасара Лю. — Вон нана уже зовет тебя.

Лю вопросительно посмотрел на отца.

— Ложись, — также сердито проговорил тот.

— А ты поедешь за Тиной?

— Непременно. Вот только Казгирей прискачет обратно с Эльдаром и приведет мне коня…

Стараясь успокоить взволнованного мальчика, старая нана тихонько напевала надтреснутым старческим голоском какую-то колыбельную песенку.

Так заканчивался для Лю этот богатый событиями день.

ТРЕВОГА! ОПЯТЬ ТРЕВОГА!

Как ни взволновало Кабарду происшествие в Шхальмивоко — выстрел с неба, поразивший невесту большевика, — память о нем уже успела заглохнуть среди других, более зловещих выстрелов и ударов кинжалов. Не стало спасения от бандитов и конокрадов, и почти каждый новый случай грабежа и убийства связывался с именем Жираслана.

С наступлением темноты редко кто решался показываться на дорогах Кабарды. Трудно было женщинам, беспокойно, особенно к вечеру, если мужья и сыновья запаздывали. Нередко на дорогах находили тела убитых, и чаще всего погибали большевики, члены партийных ячеек.

Кто же были эти убийцы? Разве мог Жираслан всюду поспеть? Разве мало и без него бродило бандитов по лесам и горам, пряталось по аулам Кабарды, Ингушетии у своих тайных соучастников? Мало ли осталось в стране развенчанных князей и уорков, мало ли мулл и кадиев покровительствовало тайным и открытым врагам Советской власти!

Борьба не кончилась, она лишь принимала иной вид. Все это Думасара не раз слышала от Астемира и не ждала скоро более спокойной жизни.

Но сегодня почему-то ей было особенно тревожно. Может быть, как раз потому, что она было настроилась на другой лад заодно с Астемиром.

Астемира еще звали по-прежнему председателем советской власти, это уже вошло в привычку. Многие предпочитали идти с жалобой не к Давлету, а как раньше — к Астемиру. С жалобщиками обычно говорила Думасара. Но ей тоже интересней было думать о школе, и всякий свой разговор с женщинами она сводила к тому что Астемиру уже обещан Степаном Ильичом медный звонок и шар, изображающий землю.

— В мечети говорили, — слышала она в ответ, — что в школе будут давать детям русскую книжку и русское сало. Верно ли это?

Думасара не знала твердо, что будет происходить в школе. Она и сама в глубине души колебалась: не лучше ли послать Лю в медресе, где обучают Корану и другим священным книгам? Кто закроет ей глаза и прочтет молитву, если сын ее не будет знать по-арабски? Мулла Батоко уже не раз говорил о том, что он не пойдет в дом большевика, даже если ему пообещают барана.

И все-таки ей больше нравилось, чтобы Астемир учил детей, а не рыскал по лесам и падям в поисках Жираслана.

Спать не ложились, прислушивались, не приближается ли конский топот.

Астемир вычистил винтовку, попробовал на палец кинжал, пересчитал патроны и зарядил наган. При этом он нет-нет да поглядывал на шкаф, где поблескивал медный колокольчик, подаренный ему вчера Степаном Ильичом.

Не сегодня-завтра получит он другой, не менее ценный подарок — глобус. Не раз Баляцо в школе у Степана Ильича, полагая, что перед ним игрушка — волчок, раскручивал его и прислушивался к приятному шуму вращения. Старик никак не мог поверить, что «волчок» этот изображает земной шар. В понятия Думасары тоже не укладывалось, как это вращающийся шарик уподобляется земле. И вот ей опять захотелось поговорить об этом и не думать о том, какая опасность грозит Астемиру.

— Как же вода может удержаться на круглой земле, если она не удерживается на круглом камне? — спросила она. — Вот ты, Астемир, ходил далеко, дальше Кабардинской равнины, разве видел ты где-нибудь, чтобы равнина делалась круглой.

— Этого объяснить я не могу, — признался Астемир. — Еще много надо учиться.

— Женщины говорят, что ты будешь давать в школе детям русское сало. Верно ли это?

— Это неправда, — отвечал Астемир. Астемир хорошо понимал, какие предстоят трудности. Может быть, еще большие, чем на посту председателя с докучными земельными делами, бесконечными ссорами по поводу распределения десятой доли и нарядов на подводы. Нелегко будет уломать родителей отпускать детей в школу. Казалось бы, есть уже звонок, будет глобус, на днях в ячейке решат, можно ли занять брошенный дом, а все еще нет учеников. Астемир догадывался, что даже Думасара не хочет посылать в школу сына. И он подыскивал слова, чтобы заговорить с ней об этом, но вдруг Думасара насторожилась, встала, и он тоже услыхал приближающийся топот коней.

Астемир подпоясался — кинжал был прикреплен к поясу, — набрал полные карманы патронов, взял винтовку. Топот слышался уже близко и затих у самого дома.

— Эй, Астемир, выходи!

— Бьет нас аллах, — бормотала старая нана, Думасара прильнула к окну — ворота от крыты, во дворе люди и кони. Один всадник спешился.

Кони после быстрой скачки нервно перебирали ногами. Кудлатый пес неистовствовал, кружась по двору.

— Астемир, хватит спать, выходи!

С появлением во дворе хозяина усердный пес залился лаем еще громче.

В спешившемся всаднике Думасара узнала Эльдара.

— Это Эльдар и его всадники, — сказала она, успокаивая старую нану, как будто ей самой стало спокойней, когда она убедилась, что это действительно Эльдар.

— Да, узнаю его голос. Но зачем они приехали среди ночи?

Думасара не могла ответить на этот вопрос, как Астемир не мог ответить, почему на круглой земле удерживаются воды морей и рек.

— Салям алейкум! — приветствовал Астемира Эльдар.

— Алейкум салям, Эльдар! Эльдар подвел Астемиру коня.

— Вот тебе конь… Садись, и едем. — Как его кличка?

— Лавина.

Казгирей прискакал к Иналу как раз в то время, когда у него сидели тезка Казгирея — Матханов и Эльдар: были получены сведения, что Жираслан хочет перейти в Осетию и ночью прибудет в аул Прямая Падь, граничащий с Осетией. Сообщение Казгирея подтверждало правильность этих сведений. Нельзя было терять ни минуты. Через полчаса отряд особого назначения под командой Эльдара выезжал из Нальчика, но выезжал он не на восток, в сторону Осетии, а на запад, во-первых, для того, чтобы обмануть бдительность Жираслана, а во-вторых, чтобы заехать в Шхальмивоко не только за Астемиром, но и за Саидом. Это делалось по совету Матханова — на Саида и еще на одного старика хаджи возлагалась роль парламентеров. Всего этого Астемир не знал. Эльдар торопил его, обещая сообщить все подробности в дороге. В ночной темноте казалось, что вся улица заполнена всадниками. Астемир разглядел две тачанки с пулеметами. В каждой из тачанок сидел старик. Одним из них был Саид. Зачем они тут?

— По коням! — скомандовал Эльдар. — Едем. Некогда!

Отряд тронулся под отчаянный лай собак. Астемир залюбовался командиром и конным строем отряда. «Вот и Эльдар стал, как хотел, командиром…»

Уже вышли за околицу, по степи понесся розный топот копыт, стук тачанок.

Время от времени выплывала луна, и при ее свете хорошо были видны знакомые лица под мохнатыми шапками, блестели сбруя и оружие. Астемир знал всех людей отряда, состоявшего преимущественно из прославленных джигитов, повстанцев-партизан, но было здесь и несколько человек горожан, русских мастеровых, железнодорожников. Коммунистический отряд особого назначения нес нелегкую службу по борьбе с бандитизмом.

Астемир поглядывал на Эльдара и все ждал, когда же тот начнет объяснение.

Эльдар не очень торопился с этим, что-то обдумывая.

— И лошади между собой разговаривают, а ты все молчишь, — не выдержал Астемир. — Рассказывай. Скачем в Прямую Падь? Зачем так гонишь?

— Надо торопиться — бандит никогда не спит до утра.

— А зачем Саид? Зачем второй старик?

— Казгирей задумал взять абрек-пашу — Жираслана — живым. Второй старик, хаджи, — родственник Али Имамова, у которого прячется в эту ночь Жираслан. Вместе с Саидом они попробуют уговорить Жираслана сдаться в плен, на поруки. Так хочет Казгирей.

— Уговорить Жираслана? — усомнился Астемир. — Еще не было случая, чтобы кому-нибудь удавалось уговорить его. Глупость задумал Казгирей. А Инал знает?

— А как же! Инал согласился… Э, нет, большая голова Казгирей, хотя и не по-моему делает.

— А что не по-твоему?

Эльдар опять замолчал. Несмотря на похвалу Казгирею, его томили противоречивые чувства. Мало сказать, что приказание взять Жираслана живым было ему не по душе. В Эльдаре закипала кровь при мысли о том, что вскоре он может встретиться с Жирасланом лицом к лицу. Он не сомневался, что выстрел в Сарыму был местью за его вторжение в дом Жираслана. И вот ему приказано щадить кровника.