Вениамин Лебедев - По земле ходить не просто

«Вот бы соединить вас вместе для строительства гидроэлектростанции на реке, — подумал секретарь. — Напористые оба, но каждый по-своему».

— Вопросы будут? — спросил Старцев, закончив доклад.

Никто не отозвался. И только спустя некоторое время молчание прервал Василий Ефимович.

— Погоди, председатель. Обдумать надо, — сказал он. — Тут такое дело, что не сразу умом охватишь.

— У меня вопрос… Из чего будем строить конюшни? — спросил Иван Петрович, пересаживаясь поближе к столу.

— Как из чего? Лее у нас есть? Есть. Думал я и о кирпиче. Не так дорого обходится, да перевозка очень дальняя.

— А глина своя на что? — возразил Иван Петревич. — Ее кругом полно. Лепи знай!

— У нас только кулаки кирпич делали, — заметил Старцев, прикуривая от лампы.

— Кулаки делали, а мы не сможем? Смехота! Кулаки не сами работали, а мы же.

— Скотный двор где будем строить? — На старом месте.

— Не годится. Топко там.

— Подъезды камнем выложим.

— Что же это у тебя будет? Дворец о семи жердях с каменными подъездами? Придумал же, — покачал головой Василий Ефимович.

— Строительство электростанции ты тоже далеко отодвинул.

— Не осилить нам сразу, — возразил Старцев.

— Лежа на кровати не дождаться благодати!.. Хотелось бы на старости лет пожить при лампочке Ильича.

— А насчет дворовых построек я вам вот что скажу. Строить надо на года! А то пока сверху достраиваем, снизу надо ремонтировать. Трудодни только уходят.

План обсуждали долго и горячо. После совещания Масленников тихо сказал Старцеву:

— Хорошие у вас старики.

— Они-то хорошие, — согласился Старцев. — Такого иногда жару поддадут, что только держись. Сами, окаянные, не спят и другим не дадут. Видите, что требуют? «На века строй!». Хорошей породы коров и лошадей им подавай.

Старцев ворчал, но был доволен.

Масленников, Старцев и Михайлов вместе пошли с собрания. Около моста они догнали Василия Ефимовича.

— Что сын пишет? — спросил Масленников.

— Коля? Пишет: «Живу хорошо». Вот и все содержание.

— Это же понятно, Василий Ефимович. Вы же сами старый солдат.

— Что там сейчас в Монголии, товарищ секретарь?

— Судя по газетам, активных действий пока нет.

— Авиация вот действует… В ту германскую войну нас четыре раза бомбили. Оно, конечно, боязно, но урону не так много. Авиация нынче не такая… Пока до свидания. Мне сюда.

Старик свернул с дороги и пошел к дому.

— Тревожится старик, — сказал Старцев.

— Как не тревожиться. Сын ведь, — задумчиво ответил Масленников; — А твой план хороший.

— План мой и не мой. Вместе с колхозниками обдумывали.

— В этом-то и ценность. Но не все в вашем плане хорошо. Планируете так, словно живете в капиталистическом обществе. Рассчитываете только на свои силы, на свой колхоз, и забываете, что может помочь государство. Да и соседи не чужие люди… А насчет кирпича надо будет подумать. Самим производить — дорого будет стоить. Вот я и думаю: нельзя ли тут поблизости построить кирпичный завод? Промкомбинат это мог бы сделать… Место удобное. А кирпича много надо будет. Нынче ваш колхоз, завтра — другой будет нуждаться. Только плохо я надеюсь на промкомбинат. Их кирпичи от собачьего лая ломаются! Скажи откровенно, тебе нравится работа председателя?

— Я, — Старцев подумал немного, — не мог бы жить без колхоза…

— Ставлю по-школьному пять, — засмеялся Масленников. — Чур, не зазнаваться и оценку не снижать!

— А мне? — не утерпел Михайлов.

— Тебе нет цены, но ты хочешь сделать все один, а Старцев мечтает вместе с народом. Потому он и обогнал тебя, потому и потерял ты первое место! Понял?

— Не сумел организовать…

— Ничего ты не понял! — с досадой сказал Масленников. — Видел я, как ты смотрел на меня в правлении колхоза. Дескать, вот она ваша хваленая система руководства. Не председатель руководит колхозом, а колхозники им! Поэтому и бросил ты реплику: «Упразднить должность председателя». Что тебе ответил старик? Он на всю твою теорию ответил! А оценку? Скажу…

— Ставь пока кол, — перебил Михайлов.

— Нет. Честно ты работаешь. Четверку заслуживаешь вполне.

— Спасибо. Но учтите, пятерки добьюсь.

— Желаю успеха. Только не думай, что это тебе легко дастся. Разговаривать с людьми — большое искусство… С тобой люди так открыто не говорят, как со Старцевым…

В августе Сергей попал в полосу неприятностей. Началось с того, что райфо не перевел денег на счет школы и бригада рабочих, которым Сергей должен был заплатить по договору, угрожала бросить работу. На авансирование их Сергей израсходовал всю свою зарплату, хотя и понимал, что это не выход из положения.

Несколько раз он обращался в облоно, в облисполком, но положение не изменилось. Наконец, доведенный до отчаяния, отправил телеграмму областному прокурору. Через несколько часов после этого в школе появился Карпов. Вместе они ходили по зданию, и тут председатель сообщил как бы между прочим:

— Мы на ваш счет деньжат подкинули. Используйте поскорее.

— Вот спасибо! — обрадовался Сергей. — Честное слово, выручили!

В тот же день ему удалось в банке получить деньги. Вечером, когда рабочие пришли к нему в кабинет за получкой, Сергей сказал:

— Теперь вы, наверное, не будете ругать меня? Хоть поздно, но рассчитались.

— Знаете, Сергей Петрович, что я вам скажу? — ответил за всех бригадир. — На будущий год работать у вас дураков не найдете.

— Не по моей же вине была задержка с оплатой…

— Рассказывайте кому другому! — враждебно ответил бригадир, пересчитывая деньги. — Мы так же думали, да председатель райисполкома сам разъяснил в чем дело: деньги на строительство вы давно получили, да израсходовали не по назначению. У вас много статей… Концов не найдешь.

Сергей так устал, что не в силах был спорить с рабочими и доказывать свою правоту.

Утром первого сентября празднично одетые учащиеся потянулись к школе задолго до начала занятий. Малышей-первоклассников приводили родители или братья и сестры — старшеклассники. Их встречали две молодые учительницы. Дежурные с красными повязками на рукавах следили за порядком.

Около девяти Сергей вместе с учителями вышел во двор школы, где к этому времени все учащиеся были построены по классам. Дойдя до середины строя, остановились. Сергей с большим волнением выступил на несколько шагов вперед и громко сказал:

— Здравствуйте, дорогие ребята!

Более семисот пар острых и чистых глаз смотрели на него. От волнения Сергей позабыл приготовленную речь и просто поздравил всех с новым учебным годом и пожелал успешной учебы.

Ровно в девять дежурный учитель поднял разукрашенный лентами и цветами старый колокольчик. Прозвучал звонок. Первыми, взявшись за руки, попарно вошли в школу первоклассники. Сотни людей аплодировали тем, кто сегодня впервые переступал порог школы. Молодые мамаши, провожая их, украдкой вытирали слезы…

Итак, начался долгожданный учебный год.

Шагая рядом с Аней, Сергей думал о том, что и у них сегодня первый урок. С первой задачей — подготовкой школы к новому учебному году — он справился. Теперь работа учителя… А ему, кроме того, придется посещать уроки своих коллег. Как-то он справится со всем этим?

Сергей знал, что с учебной работой в школе не совсем благополучно. Из года в год росло число второгодников. Это и ставили в вину прежнему директору. Но сваливать все это на него, как сделала на августовской конференции Ивлянская, было бы глупо. Не верил Сергей и в недобросовестность учителей, о чем тоже говорила заведующая районе Разве могут быть все учителя недобросовестными? Да и возможен ли вообще недобросовестный педагог?

Вопросы! Вопросы! Они десятками возникали у Сергея, и ни на один из них он не мог ответить. А сколько их будет еще впереди?

В учительской Сергея ожидали два представителя из райфо.

— Вы ко мне? — спросил Сергей, собираясь на урок.

— Да. Мы с финансовой ревизией.

— Ох, как не вовремя! — вырвалось у Сергея. — Видите ведь, что творится… Почему такая спешка?

— Есть предписание областного прокурора, — сказала женщина-инспектор и протянула Сергею бумажку, напечатанную на машинке: «По данным директора Островной школы Заякина на 25 августа школа не профинансирована на сорок тысяч рублей, а по данным райисполкома деньги отпущены полностью, но истрачены не по назначению. Предлагаю: провести ревизию и доложить».

Вот оно что! Значит, неспроста тогда отвалили сразу большую сумму. Неспроста торопил Карпов поскорее израсходовать деньги.

— Ну что же, — пожал Сергей плечами. — Приступайте к ревизии, раз приказано. А я с вами не могу. У меня уроки…