Вениамин Лебедев - По земле ходить не просто

— Новый директор Островной школы? — здороваясь, спросил Гриднев. — Как сошлись с Карповым? Прежний директор и он все время ершились.

— Мне нет необходимости сходиться или расходиться с Карповым, — вежливо ответил Сергей. — Он делает свое дело, а я — свое. Если иногда и поспорим, думаю, это уж не такая беда.

— Вот это хорошо, — одобрил Гриднев, — по-честному!.. С чем пожаловали к нам?

Когда Сергей рассказал о состоянии школьного здания, Гриднев возмутился:

— О чем думала Ивлянская? Довести такое здание до развала!.. Она его не включила даже в предварительный план на будущий год! Черт знает что такое! Ведь по вашему району ежегодно остаются неиспользованными десятки тысяч рублей на капитальный ремонт. Другие районы из горла выдирают, а Островное не может использовать то, что дают!.. Расскажите-ка, как идет подготовка к учебному году в других школах.

— А я в отношении других школ ничего не знаю.

— Разве районо вас, директоров, не собирает?

— При мне не собирали. Инспектора бывали в школе.

— А Ивлянская! Она что делает?

— Она в отпуске.

— Как в отпуске? В такое горячее время? Где она? Давно уехала?

— Недели две ее нет в Островном. А куда уехала, не знаю.

Гриднев нажал кнопку на стене, В дверях появилась женщина.

— Вызовите мне сейчас же Островное. Карпова, — распорядился Гриднев.

Женщина ушла. Через несколько минут зазвенел телефон.

— Карпов? — спросил Гриднев в трубку. — Здравствуй, Осип Яковлевич. Как живется, дорогой? Как готовите школы к новому учебному году? Так… Так… Почему в такое время Ивлянскую отпустили в отпуск? Что? На месте? У меня сидит директор Островной школы. Он утверждает, что Ивлянской больше двух недель нет. Врет?

Гриднев в упор посмотрел на Сергея. Глаза его стали злые, колючие. Положив трубку и не повышая голоса, Гриднев с убийственной вежливостью спросил:

— Часто вы так далеко ездите, чтобы обманывать людей? Ивлянская преспокойно работает и никуда не выезжала. Директор школы!.. Вам доверили большое дело, а вы…

— Ивлянская в отпуске!

— Хватит! — прервал Гриднев. — Сколько вам надо денег?

Сергей сказал.

— К вашему приезду в Островное деньги будут переведены в районный банк. Выезжайте обратно и приступайте к ремонту. Закончить не позже двадцатого августа.

Сергей почти выбежал из кабинета. Спускаясь в вестибюль, он сорвал с себя галстук. Ему было душно. Пот градом катился по лицу, рубашка стала мокрой. Какой презрительный взгляд ему пришлось увидеть. Хоть бы за ложь, а то ведь за правду. Если бы Гриднев не вспомнил об Ивлянской, Сергей и подавно не заговорил бы о ней. Отвечая на вопрос, он вовсе не подозревал, что это тайна Карпова и Ивлянской и что своим ответом он подводит их.

Сергей много слышал о борьбе двух групп в Островном, но вовсе не собирался вмешиваться в нее: незачем копаться в грязи. Много нехорошего говорили о Карпове, а он не верил. Думал: председатель райисполкома не красное солнышко — всех не обогреет. Вот оно что получается…

Может быть, Ивлянская неожиданно вернулась и Карпов воспользовался этим?..

Сергей побежал на почту, вызвал по иногороднему телефону Островное, а в Островном — районо. Ответила бухгалтер.

— Где Ольга Захаровна? Позовите ее к телефону.

— Не знаете, что ли? В отпуске. Приедет пятнадцатого августа.

— В школе все в порядке?

— Что с ней делается? Стоит. Субботник у вас там. Возят камни и дрова.

Сергей вышел из будки, разыскал по абонементной книжке номер Гриднева и позвонил ему.

— Гриднев слушает…

— Говорит директор школы из Островного. Я позвонил сейчас в районо. Ивлянская в отпуске. Можете проверить. Там есть и честные люди.

— Товарищ Заякин, вы…

Сергей не стал слушать и повесил трубку. В эту минуту он больше ненавидел Гриднева, чем Карпова.

Через сутки он был уже в Островном. И первый, с кем он встретился, был Карпов. Заметив Сергея, он быстро пошел ему навстречу.

Вот уж с кем не хотелось Сергею встречаться! Сейчас начнет извиняться… Дескать, не знал, что вы в облисполкоме… Подвел ты меня…

— Съездил, ябедник, в облисполком? — злобно и тихо сказал Карпов, подходя вплотную. — Доложил уже, сволочь!

В первое мгновение Сергей словно онемел. И лишь когда Карпов повернулся и пошел обратно, он опомнился.

— Теперь я вижу, правду о вас говорили, что вы подлец. И людям об этом скажу, — еле сдерживая себя, сказал он вдогонку Карпову.

— Ха! Поверят тебе, молокососу!

Вставал Сергей рано, до завтрака набрасывал планы работ на день, подписывал наряды, проверял ремонт мебели, а после девяти часов, когда в школу приходил бухгалтер, оформлял денежные документы и после этого шел к строителям.

Несмотря на сопротивление Карпова, ремонт начали и он шел полным ходом. Секретарь райкома Масленников добился того, что соседний колхоз выделил плотников, наняты были каменщики и завезен строительный материал. Можно было надеяться, что ремонт закончится к сроку.

Завхоз давно жаловался, что крыша большого здания начинает протекать, и сегодня, выбрав свободную минуту, Сергей вместе с ним полез на чердак. Спускаясь оттуда, он увидел во дворе три подводы. На одной из них сидел техник-строитель райкомхоза. Он подал Сергею записку от Ивлянской.

— Ивлянская? Разве она приехала?

— Прикатила вчера вечером.

Записка была короткая и категорическая: «Выдайте заимообразно райкомхозу имеющиеся у вас известь и алебастр».

— Извести у нас нет. Всю загасили. Алебастр нам самим нужен. Кстати, когда вы вернете паклю, которую вы взяли тоже заимообразно по распоряжению Ивлянской?

— Нету у нас сейчас пакли, — пожал плечами техник-строитель. — А известь и алебастр вернем, когда райисполком получит наряд.

— Так не пойдет. Эти материалы нам самим понадобятся не позже чем через десять дней.

— Вернут, когда рак на горе свистнет, — мрачно вставил завхоз. — Много они возвращали? В прошлом году с каким трудом мы достали листовое железо. Хотели к печам железные кожухи сделать, а как узнали в райисполкоме, сразу забрали. Говорили, что для детского дома, а пошло на квартиру начальству. Сколько Фомин ни противился—вынудили. Нынче то же начинается…

— Ничего не вернули? Не заплатили?

— Заплатят после петрова дня снегом. Ихних расписок у нас куча: за гвозди, железо, паклю…

— Что же вы предлагаете? — спросил Сергей завхоза.

— Э, Сергей Петрович! Плетью обуха не перешибешь. Фомин артачился, так ушли его.

— Если Фомин артачился, то я драться буду. Школа — государственное учреждение, а я не соучастник ее грабежа! — сказал Сергей и, повернувшись к технику, добавил — Поворачивайте оглобли! А вы, товарищ завхоз, дайте мне все эти расписки: пойду в райисполком.

— Зачем ходить? Сами вызовут.

Сергей не поверил, что его действительно вызовут, но скоро оттуда пришел посыльный.

В кабинете Карпова была и Ивлянская. Карпов. встретил Сергея приветливо, словно не было того грубого разговора в день возвращения из области.

— Что же вы, Сергей Петрович, не хотите нас выручить? — откинулся Карпов на спинку стула. — Сила в помощи друг другу. Нам сегодня нужны материалы, вам — завтра что-нибудь понадобится… Здание прокуратуры надо ремонтировать. Они, знаете, народ такой, не любят ждать.

— В школе лишних материалов нет. Известь мы загасили всю, до последнего килограмма. Через неделю сами начнем заливать фундамент. А там и штукатурка подоспеет.

— Известь можно и загашенную вывезти — в бочках. А к тому времени, когда вам потребуется, мы достанем.

— Нет. Во-первых, вы не сможете так быстро привезти, а потом, надо время вывезти и загасить. У нас работа приостановится.

— Что же вы — райисполкому не верите? За школу-то ведь мы отвечаем. Не с вас спросят прежде всего, если она не будет готова к сроку!

— Знаю. Знаю и то, как вы обещаете и как выполняете. Нам сейчас нужна пакля, а ее нет. И листовое железо тоже не вернули с прошлого года.

— Не желаете, значит, выполнять распоряжение райисполкома? — вспыхнул Карпов. — Не желаете выполнять распоряжения вышестоящих органов?

— Не вы доставали и не вам распоряжаться этими материалами, — вмешалась Ивлянская. — Будьте добры выполнять мои распоряжения. Я вам приказываю!

С трудом сдерживая возмущение и стараясь не наговорить лишнего, Сергей пытался убедить их:

— Что вы, товарищи? Я бы рад помочь, но на моем месте любой сказал бы то же самое. Я не капризничаю.

— Давно бы так, — смягчился Карпов. — Пишите распоряжение завхозу.

— Нет, дать я ничего не могу, — твердо сказал Сергей. — Прошу вернуть то, что брали!

— Дадите! — крикнул Карпов, багровея.

— Я приказываю! Приказываю, как заврайоно!