Младшая сестра - Лев Маркович Вайсенберг

Они будут сидеть в Доме культуры рядом и смотреть, как играют Баджи и ее товарищи!

Отец готов был ответить сыну горячим поцелуем, но он постыдился выказывать свои чувства в присутствии того, кто был теперь для его сына кем-то вроде второго отца, и только смущенно пробурчал:

— Ну ладно уж, ладно!..

По дороге к Дому культуры Шамси вспомнил, как он мечтал пойти с Ругя и Балой в театр или в кино, и пот, оказывается, они ведут его в Дом культуры, а чуть впереди, будто указывая всем дорогу, идет Газанфар, беседуя с какими-то рабочими, и время от времени оборачивается, словно следя за тем, чтоб он, Шамси, не поотстал или не свернул с пути…

Со всех сторон идут к Дому культуры люди — мужчины и женщины, старые и молодые, празднично принаряженные, оживленные.

Задолго до начала спектакля все помещение Дома наполняется шумом, смехом: добрая половина зрителей — молодежь.

В вестибюле — картины, портреты, лозунги на кумачовых полотнищах. Сотни горшков с цветами окружают бронзовый бюст Ленина. Откуда-то доносятся звуки музыки.

Баджи, уже переодетая и загримированная, стоит на сцене и, не отрываясь, смотрит в прорезанный в занавесе квадратный глазок. Признаться, не ожидала она такого наплыва зрителей!

И страх вползает в сердце Баджи: выступать как актриса в классической комедии Мирзы Фатали Ахундова — это не то, что в женском клубе, в кругу подруг, петь и танцевать, или в техникуме на уроках разыгрывать сценки, или даже сказать пару слов в спектакле во время учебной практики. Сегодня решается ее судьба!

Правда, в зале много старых знакомых и друзей… Вот усаживаются в четвертом ряду Арам, Розанна, Кнарик. А где же Сато? Баджи невольно улыбается: наверно там, где Юнус!.. Вот входит, широко шагая, Газанфар с Ругя. Перед ним суетится маленький лысый администратор, на чем-то настаивает. Правильно, правильно — Газанфара ведут в первый ряд, хоть он и упирается, норовя сесть подальше… А вот в дверях появляются тетя Мария и Саша, и сердце Баджи начинает стучать сильней. Саша усаживает мать рядом с Розанной, а сам направляется к окну… Ну, конечно: у окна — Юнус и Сато!

А кто это рядом с Балой?.. Чудеса! Да ведь это не кто иной, как Шамси! Бала, то и дело вскакивая с места, показывает отцу то на стены, украшенные лозунгами, то на входящих люден, и непрерывно что-то говорит. Видать, мальчик гордится Домом культуры.

Если вглядеться в зал, можно увидеть друзей и знакомых не только в первых рядах… Вот соседи по дому… Вот товарищи Юнуса с «Нового Апшерона», среди них и те, кто приходил сегодня в час обеденного перерыва… Много в зале людей, с которыми Баджи хоть и незнакома, но которые примелькались ей на каждодневном пути между домом и вокзалом и в поездах электрички… Впрочем, даже те, кого Баджи не знает в лицо, не кажутся ей чужими: среди таких людей провела она свое детство в Черном городе, среди таких живет она сейчас на промыслах.

И страх Баджи перед огромным, наполненным до отказа, гудящим залом исчезает и сменяется светлым, уверенным чувством: она сделает все, чтоб сыграть сегодня хорошо, сделает все, чтоб поскорее стать настоящей актрисой и показать народу высокое искусство!..

Звонок. В зрительном зале гаснет свет. Становится тихо. Занавес медленно поднимается…

В далеком Сарабе, средь расписных стен дворца визиря, сто с лишним лет назад происходят события, развертывающиеся сейчас на сцене Дома культуры, но как интересны, понятны они зрителям, хотя времена те безвозвратно ушли в вечность!

Баджи в роли младшей жены — воплощение хитрости, ловкости и в тоже время супружеской верности и целомудрия. Правильной интонацией, выразительной мимикой она создает образ жизненный и реальный. По ходу пьесы младшая жена борется за свободу и счастье своей сестры, которую хотят выдать за нелюбимого человека, хана, и всякий раз, когда она распутывает хитросплетения своих противников, зал разражается искренним смехом и награждает исполнительницу дружными аплодисментами…

Но вот спектакль окончен.

Не успевает занавес опуститься, как участников спектакля окружают тесным кольцом — каждому хочется разделить радость выпускников.

Баджи пожимает протянутые ей руки, целует подруг, благодарит за поздравления и, в свою очередь, поздравляет товарищей и преподавателей. Глаза ее сияют. Слезы счастья текут по разгоряченному лицу, размазывая грим…

Неожиданно за кулисами появляются Ругя и Бала. Неизвестно, каким путем удалось им сюда проникнуть, по, видимо, не без стараний Балы. Слыша, как все расхваливают Баджи за ее игру, Ругя не удерживается, чтоб не воскликнуть:

— Чего уж там говорить! Разве словами выскажешь?

Баджи останавливает ее:

— Ты, Ругя, хвалишь меня просто так, по дружбе! Не так уж прекрасно я играла.

Ругя готова возразить, но ее опережает Бала.

— Нет, нет! — восклицает он горячо. — Мать тобой все время восхищалась, когда ты играла! Говорила, что играешь лучше всех!

— А тебе самому поправилось? — спрашивает Баджи.

Глаза Балы вспыхивают:

— Замечательно! Особенно смешно, когда визирь не мог сладить с младшей женой… — Он наклоняется к уху Баджи и тоном заговорщика добавляет: — Совсем как отец с матерью когда-то!

И все трое разражаются веселым смехом…

Спустя полчаса за длинным столом, установленным посреди сцены, рассаживаются руководители техникума, преподаватели, представители партийных и общественных организаций. На зеленом сукне — свидетельства об окончании техникума.

Баджи, разгримированная и переодетая, сидит в зале между Юнусом и Сашей, держа обоих под руки. Рядом с Юнусом Сато, рядом с Сато — Рагим и Кафар. Кафар согнулся над блокнотом — готовит для газеты отчет о выпускном спектакле.

Вот на трибуне Газанфар.

— Сегодня мы празднуем выпуск актеров театрального училища — первого в истории азербайджанского народа, — начинает он, и в ответ несутся аплодисменты, громкие возгласы одобрения.

Газанфар обводит глазами взволнованные лица присутствующих. Радость и счастье читает он на этих лицах. Нелегко далась она, эта радость, не сразу пришло оно, это счастье! Ему, Газанфару, как, впрочем, и многим другим в зале, известно это достаточно хорошо.

— Октябрьская социалистическая революция, победа, советской власти в Азербайджане открыли возможности для новой — лучшей и справедливой — жизни, для расцвета культуры. Наш народ уверенно движется вперед, и вот сегодня наша молодежь сделала на этом славном пути еще один шаг.

Широким жестом разводит Газанфар руки, словно стремясь включить в свои объятия всю молодежь, сидящую перед ним в зале, и снова в ответ несутся аплодисменты…

Один за другим выступают люди с трибуны Дома культуры, поздравляют выпускников, желают им плодотворной работы, успехов.

Вслед за тем происходит вручение свидетельств и подарков, и вот Баджи