Коллектив авторов - Вслед за путеводною звездой (сборник)

Выход в море на определение маневренных элементов и «станции безобмоточного размагничивания» (СВР). С нами идёт штаб 12 дивизии ракетных кораблей ДКБФ (12 ДиРК). Проверки замучили.

В море находимся до вечера 29 декабря. Где-то в полдень группа офицеров штаба приступила к проверке БЧ-5 на готовность к переходу. Кап 1 ранга Иванов – нач. отдела АСС ДКБФ, «имел» меня по водолазной подготовке три часа подряд. Серьёзный дядя, копал каждую букву – не было приказов о допуске к рабочим спускам (а откуда бы им взяться, если личный состав получили только позавчера, а всех моих «годков» – водолазов отправили на ДМБ). Еле «отстрелялся», но спуски под воду разрешили только мне, командиру ЭТТ Сергею Галушко и командиру отделения лёгководолазов Алексею Корнееву. Ещё ему «воздух» [анализ, в смысле, водолазного воздуха) не понравился… главное, что корабль к переходу допустили.

СВР закончили за 5 часов – начали (повторно) манэлементы. Отмотали их за милую душу, и к 23-м часам пошли в Балтийск.

00.00 Готовимся принять мазут – 350 тонн.

01.30 Начинаем. В 5.30 иду спать – принято 360 тонн.

В 9.30 поднимают – мчусь в техотдел за аттестатом (техническим, конечно, не зрелости… Такой документ, куда заносится все имущество, полученное и списанное кораблём в довольствующем, органе… важный документ, между прочим., много из-за неправильного его ведения ребят «погорело») и поставить печать на чек (тоже важный док – о приёме топлива, мы же 360 тонн закачали, опять рисковали, наверно, «прессанутъ» мазут на верхнюю палубу, но обошлось на этот раз). Затариваюсь по дороге. Все к Новому году готовятся, только нам он «до лампочки», где мы его встретим?.. Хотел позвонить Ирине (это жена моя) – времени нет, да и на работе она, видимо… Все дела сделал вовремя (ну, за исключением, звонка жене). Иду на корабль – там уже приготовление (к бою и походу). Прихватил с собой (с КПП) жён Сокола и Полишука с дочками. Бедная девочка Сокола умоталась совсем по гололёду идти.

Честно говоря, такие подробности стёрлись из памяти, но понятно, что выход в город тогда был возможен только по служебной необходимости. Встреча с семьёй таковой никогда не считалась. Женщин через КПП не пускали к кораблям., но для нашего сделали исключение и с одним из офицеров «Современного», со мной, то есть, пропустили. Володя Сокол и Коля Полищук – соответственно доктор и секретарь парторганизации нашего корабля.

У корабля три или 4 машины в т. ч. ЧВСа и 1 зам. ком БФ [чёрные «Волги», имеется в виду, на другие мы внимания не обращали уже. Начальники приехали крайний раз перед выходом, проверить, что и как, дать напутственное слово, которое нашему кэпу, как рыбе зонтик, а нам. и тем. более – выпихнули корабль из родной базы перед новым, годом, и хоть бы что, как будто 3-4 дня здорово повлияли бы на ход испытаний. Помнится мне, войны в тот год не было).

Приготовление – нормально. Задерживается выход. Выясняем – Миха Борискин в комендатуре. Эти идиоты «замели» его за белый шарф. Доказывал – как об переборку. Его сам ЧВС выручать ездил, разнёс, наверное, полкомендатуры. На час (!) выход задержался. Кэп ход назначил до доклада К-5. Торопился. Раньше с ним такого не было. Или уверен в нас.

В 13.32 дали ход. Я записал. По выходу из базы рванули с места в карьер – 200 оборотов, гонялись от «Альсте», но его «Образцовый» (бпк 61 проекта, ДКБФ) отвлёк.

Сейчас пылим в проливной зоне, имея 147 оборотов/мин, т. е. ППХ (полный передний ход) при 18 узлах заданных.

Проливная зона. Сопровождает катерок ВМС Дании. Наверное, километр фотоплёнки извёл на нас. Летали два самолёта ВВС Швеции. Море спокойное. Готовимся встречать Новый год. В качестве подарка (ко дню своего рождения) пришлось разбирать опреснитель № 1. Заглушил трубку, поставил условие (матросам) к Новому году собрать. Собрали.

22.30. У мыса Скаген «Образцовый» развернулся и ушёл в Балтийск, мы пошли дальше одни.

Потом встречали Новый год.

В 00.00 01.01.1982 года были в точке 57044.5' С.Ш. 90 50,2' в.д. на выходе из пролива Скагеррак в Северное море. Весело встретили новый год. Концерт «на скорую руку» слепили. Ансамбль «Поющая нестрига». Василевич здорово плясал. Засыпали подарками, Л/с подарил коробку «Ассорти» и банку сгущёнки – юмористы. Ну, здесь, видимо, не обойтись без пояснений. Концерт, что бы себя порадовать, готовить, естественно, было некогда, поэтому собрали всех матросов, получивших замечания за причёски (не стриженных) и поставили их перед выбором.: или придумать номера худ. сам. или наступят репрессии – типа, в трюмах прибраться слегка. Так образовался ансамбль «Поющая нестрига». Вроде крепостные актеры, а ведь какой концерт «забацали», Василевич – это мой трюмный, холодильщик с рыжей шевелюрой. Он и так-то из трюмов не вылезал, в повседневной жизни, а прическу вечно пытался носить модельную – на грани уставной или чуть длиннее, ну, видимо, и попался на утреннем, осмотре. А потом, вот плясал – да так здорово, я и не знал, что у меня такие таланты вахту у холодмашин несут. Да разве только у холодмашин… «Ассорти» я уже плохо помню, явно это было что-то стилизованное под конфеты, откуда у матросов <Ассорти»? Но командира группы поздравить (26 лет как никак исполнилось) надо было… И это поздравление я буду помнить всю жизнь, больше в Северном, море мне отмечать день рождения не приходилось.

Здорово «свои» поздравили. Слово свои взято в кавычки только потому, что в каюте моей тогда собрались не все свои, а всего человек 10 – ближайших друзей, их автографы до сих пор хранятся у меня в виде надписи на деревянной кружке – «здесь всегда будет пиво – оно спасёт тебя утром.» и подписи старших лейтенантов С.Арзамасцева, Е.Загороднева, И.Морозова, С.Рябова М.Борискин, лейтенанта В.Синякова, мичмана В.Фомина, и др. Хотя кружка декоративная, давно рассохлась и пиво в неё наливать нельзя, Отметили чуть-чуть, я прихватил с собой из Балтийска бутылку португальского портвейна «Порто», и пошли в БКК (большая, т. е. офицерская, кают-компания). Там газета – обалдеть можно. Ряб с Борискиным превзошли самих себя. Всех продёрнули. Сергей Рябов и Миша Борискин были лучшими друзьями. Газеты, которые они придумывали и рисовали тогда, можно было назвать не просто смелым – мужественным поступком… Карикатуры рисовались не только на священных коров – зама или секретаря парторганизации, даже на самого командира – капитана 2 ранга Аыженкова Г.А. Да какие карикатуры – точные, смешные, но совершенно не злые. Я, во всяком, случае, не помню, что бы кто-то обижался. Газет за время строительства и испытаний «Современного» ими было нарисовано 2 или 3, огромных 1,5×2 метра, с рисунком, на каждом квадратном, миллиметре, персонажей 40, как минимум. Меня – трюмного изобразили, помню, перед запертой на амбарный замок дверью корабельной сауны, в окружении веников, шаек, ещё каких-то банных принадлежностей, на каждой из которых красовался ценник – 1 рупъ, 2 рубля, в знак того, что я, якобы не даю воды, помыться бедным и заросшим грязью офицерам… Свидетельствую – чистый поклёп на честного офицера. Да я всегда подавал воду…, когда она не была в дефиците на корабле… Другое дело, что дефицит частенько ощущался, мы же в море бывали больше, чем. у стенки, опреснители берегли, котельную воду зря не расходовали, ну и вообще – сауна для корабела – праздник. А что же это за праздник, если он каждый день? Другие персонажи газеты, видимо, тоже какие-то оправдания себе находили. Про газету я потом, даже в своём, стихотворении «Наши» написал, первом, стихе из триптиха о «Современном».

Наши

10 лет, и давайте без пафосаБез излишних красивых фразНаш корабль, а не прелести БахусаРаз в году собирает нас.

Кэп поздравил. Потом, до вахты, отмечали в каюте. Это, конечно, не дома с женой, но ведь в Северном море не каждый год встречаешь – было весело.

В 4.00 на вахту – глаз даже не сомкнул… и матрос только один (на этот раз) уснул (надо же…). Вахта – нормально. После 8.00 ещё и приборку организовывал. Поспал. Отметили день рождения портвейном, (не домой же везти), опять голландским, я же не выпил свою порцию перед вахтой, только обозначил. Мы тогда не представляли, как вообще можно подшофе на вахту заступать. Сейчас, кажется, что-то изменилось в этом, вопросе…

За нами шлёпает голландец – фрегат F 811 «Pet Hayn». Настырный – праздник же. Фотографирует. Фотографируем. Море спокойно. Везёт. Впереди Бискай…

С 00.00 – на вахту. Вахта – нормально. Не качает.

Продрал глаза, выхожу на верх, по правому борту – море огней, видимо Па-де-Кале. Стоит зам., говорит, что это паром. Навряд ли. Поднялся на ГКП, посмотрел в визир и, не глядя на карту, сказал, что это город Дувр (Англия). По меловым утёсам. Хоть и темновато, но их хорошо видно. Белеют. Огней – море, видно, как ездят машины. Долго шли Дуврским проливом. Голландец F811 не отстаёт. Вышли в Ла-Манш (или, уж если начал по-английски, в Английский канал). Берегов не видно, море спокойно. Пока хорошо… Голландец передал нас фрегату Великобритании F546 «Arethusa» – странное название. Обнаглел, рядом шёл. Прилетел «Атлантик» – разведчик, снимал, наверное. «Arethusa» подняла вертолёт, он раз 20 облетел корабль. Всё спать мне не давал. Опять появился «Pet Науп». Вторые или третьи сутки следит. Новейший пароход, между прочим, «Экзосет» на баке, «Гарпуны» 2 штуки за первой надстройкой. Артиллерия слабая – два 76-и мм автомата… Вдвоём нас пасут.