Татьяна Казакова - Ничего себе пошутила

– Мне непонятно, – вмешалась Наташка. – Для чего ты их меняла?

– Для того, чтобы он меня за дуру не держал, – с достоинство ответила я. Лариска подскочила как ужаленная:

– Нет! Я так больше не могу! – Она орала дурным голосом. – Вы две идиотки! Понимаете, и-ди-от-ки!

Мы с Наташкой притихли и смотрели, как Лариска мечется по кухне.

– Все. Уходите. Сейчас Витька приедет, – потом обратилась ко мне и приказным тоном произнесла

– А ты дверь забаррикадируй, телефон положи рядом с собой, а лучше позвони Саше.

– Вот еще, – я направилась к двери, – и не подумаю. Пошли, Наташ, не будем мешать встрече двух любящих сердец. – С этими словами мы гордо удалились.

Утром, когда я зашла в приемную, Ольга Дмитриевна доверительно сообщила, что нашелся Андрей. Позвонила его мать, сказала, что он в больнице. – В психиатрической добавила она, понизив глосс. – Представляешь? Потерял память. Вроде попал в аварию и с тех пор ничего не помнит. Игорь Моисеевич, как узнал, сразу поехал в больницу.

– Ну и как?

– Пока без изменений, Андрей его не узнал. Вот ужас какой! Алло! – Это уже в телефон.

– Игоря Моисеевича два дня не будет. Заказ можете привозить, – она повесила трубку.

– А где шеф?

– Не знаю, – пожала плечами. – Сказал, два дня не будет. Алло! Фирма «Аргус»…

Дальше я не стала слушать, кивком попрощалась и ушла в отдел. Там, оказывается, уже знали об Андрее, и шло бурное обсуждение случившегося. Ленка помалкивала. Марго подвела итог.

– Итак, мы остались без рекламного агента. Первое время продержимся на старых заказчиках, но, как вы понимаете, это ненадолго. Надо искать рекламного агента, а пока его нет, заниматься этим придется всем нам, иначе окажемся без работы.

Последовал вопрос:

– А где искать заказчиков?

– Поспрашивайте своих знакомых, посмотрите вокруг, может рядом с вами открывается новое учреждение, магазины, спортивные комплексы. Думайте. Тем более получите проценты с заказа.

Я вспомнила про Нинку, мою двоюродную сестру, все-таки адвокат, это вам не хухры-мухры.

Наверняка у нее полно знакомых адвокатов, которым нужны визитки и я набрала ее мобильный.

– Нинка, привет! – Начала я жизнерадостно. – Что делаешь?

– Я в процессе, – зашипела она в трубку.

– В процессе чего? – не поняла я.

– Ни чего, а каком, – поправила она.

– Ну, в каком? – Переспросила я.

– В судебном! – И отключилась.

«Да, как-то неудачно попала». Кому бы еще позвонить? Я позвонила Наташке, потом Лариске. Наташка, посоветовав своему директору заказать что-нибудь у нас, перезвонила очень быстро, сказала, что им нужны ценники и визитки, только с фотографией.

– Наташ! С фотографией визитки не делают! – Пыталась я объяснить.

– А он хочет с фотографией, – настаивала она.

– Ладно, хоть с отпечатками пальцев. – Согласилась я.

Лариска больше не злилась и на мою просьбу откликнулась. У нее был более солидный заказ. Нужны были два вида бланков и визитки на 6 человек. Ну вот, кое-что. Тут позвонила Нинка:

– Извини, не могла с тобой говорить. Сейчас перерыв перед приговором. Сообщай, что хотела.

Я быстренько изложила суть дела.

– И у кого, по-твоему, я должна спросить? Сейчас подойду к судье или к прокурору и спрошу, нужны ли им визитки, а может лучше у обвиняемого спросить?

– А что обвиняемому тоже надо? – Не поняв ехидства, спросила я.

– Ты что? С дуба рухнула? По-моему, кому-то пора лечить голову. – Я не стала уточнять кому.

– Ладно, – смилостивилась она. – Вечером позвоню. Может, что-нибудь придумаю. Есть у меня парочка клиентов. Все. Пока

«Отлично. Раз Нинка обещала, значит сделает».

И вечером она дала мне координаты даже не двух, а трех своих клиентов, потом немного, минут на сорок, потрепались о том, о сем. Узнав, что я собираюсь в «Мариотт» с Раймондо, категорически отвергла его кандидатуру.

– Он, конечно, интересный мужик, никто не спорит, но он староват для тебя. Представь, как ты будешь выглядеть в сопровождении пожилого человека, явно не отца.

– А с кем же мне идти? – Я приуныла.

– Возьми Левочку. Он молодой и красивый, модно одет, ведет себя непринужденно, – приводились веские доводы.

– Как это возьми? Что он сумочка, что ли? Он может не согласиться, – возразила я.

– Почему это он не согласится. Очень даже согласится. Тем более, что я тоже пойду.

– Здрасьте, приехали! Если ты с ним пойдешь, то я-то с кем буду?

– Объясняю для бестолковых. Ты пойдешь с Левочкой вдвоем, а я приду попозже вместе Дудыкиной.

– А как вы пройдете?

– Ты что? Дудыкину не знаешь? Она куда хочешь, пройдет-

На этом варианте мы и остановились.

Побродив по квартире и полюбовавшись из окна на свою машину, я села за компьютер и попробовала открыть дискету, которую выудила из кресла. Конечно, ничего не получилось. Тогда я позвала на помощь Лариску.

– Как настроение? – На всякий случай уточнила я, когда она уселась перед компьютером. – Хочешь бутербродик?

– Опять жрешь? – С завистью сказала она.

– Ну не хочешь, как хочешь, я пойду на кухню, чтобы тебя не раздражать, – и быстро вышла.

Лариска, наверное, опять на диете сидит и очень злится, когда окружающие что-то жуют. Я съела свои бутерброды, выпила чаю, потом выпила еще чашку и подумывала о том, чтобы позвать Наташку, но решила, что она будет нас отвлекать.

Тут Лариска заорала – Есть!!

Я пристроилась рядом с ней и уставилась на экран. Там были одни цифры.

– Что это такое? Как ты думаешь? – спросила я.

– Я думаю, что вот эта колонка обозначает суммы.

– Не может быть!

– Почему?

– Таких больших не бывает, – заявила я.

– Ты газеты читаешь?

– Если честно, нет. Только журналы.

– Неважно. И в журналах и по телевизору показывают мошенников, которые деньги, нажитые неправедным путем, прячут в иностранных банках. Вспомни, какие там суммы фигурируют.

– Ну, это же мошенники, олигархи разные.

– А Вадим твой кто был?

– Депутат, – растерянно ответила я.

– Ну вот.

– Что вот? Раз депутат, значит мошенник?

– Не все, конечно. Но Вадим – точно, – гнула свое Лариска.

В это время раздался звонок в дверь. Мы переглянулись и хором сказали:

– Наташка! – Только она так звонила прерывисто и длинно.

– Почему без меня? – Обиженно спросила она, глядя на нас с подозрением.

– Мы делом занимаемся, – отрезала Лариска.

– Ага, я, значит, только песни петь могу, – еще больше обиделась она и тут увидела цифры. – Это что? Другая дискета? А что это за циферки?

– Лариска утверждает, что это деньги.

– Ни фига себе! Столько не бывает!

– Я как-нибудь в этом разбираюсь, все-таки в банке работаю, – скромно заявила Лариска. – Смотрите, вот эта колонка номера счетов, эта – коды, а эта – суммы.

– Ну и черт с ними! – Наташка пошла на кухню, открыла холодильник и стала созерцать содержимое, отклячив зад. – Ну, и фрукт этот Вадим, – протянула она из холодильника.

– Что ты там ищешь?

– Что-нибудь слизнуть. Так он эту дискету в кресло спрятал?

– Ну да, пока я кофе варила. Я еще подумала, чего он там корячится в кресле. Долго ты будешь задницей вертеть перед моим носом?! – Не выдержала я. Наташка извлекла колбасу, сыр и йогурт. Видимо, ей показался недостаточным ассортимент, и она снова углубилась в холодильник.

– Вот скажи, почему у тебя в холодильнике всегда пусто? – Не вылезая оттуда, выясняла она.

– Чтобы не жрать много, – появилась Лариска, поняв, что не дождется нас в комнате.

– Что она там ищет, а? – Рассмеялась Лариска.

– По-моему там больше ничего не осталось, – пожала плечами я.

Наташка присела на корточки, и с победным воплем вытащила вялый кабачок.

– Чего ты радуешься, как дитя природы? Кому нужен этот чахлый кабачок?

Не слушая меня, она в одну минуту помыла и почистила его. Нашла в столе терку. Со скоростью звука его натерла и стала шарить по столам. Мы с Лариской только наблюдали, как она хозяйничает в моей кухне, словно в собственной, периодически отодвигая нас, как неодушевленные предметы.

– Что тебе еще надо? – Не выдержала я.

– Яйца и муку, – невозмутимо ответила Наташка.

– Яйца кончились, а мука мне ни к чему, – она стала меня раздражать.

– Сейчас я принесу, – и моментально скрылась.

– Придется есть, – с видом великой мученицы произнесла Лариска, схватила колбасу и стала резать с остервенением. – Вот зараза, – бубнила она, так и знала, что втравит во что-нибудь. Весь день держалась. Зачем только я к тебе пришла? – И так печально на меня взглянула, что я почувствовала себя виноватой.

Наташка вернулась, нагруженная пакетами.

– Вот принесла хлеба, никогда его у тебя нет, – приговаривала она, вытаскивая на стол продукты: яйца, муку, масло растительное, хлеб, сметана и вино, правда начатое.

Очень деловито смешала кашицу из кабачков с яйцами и мукой и сразу начала жарить. Мы с Лариской придвинули поближе стулья и сглотнули слюну.