Коллектив авторов - Вслед за путеводною звездой (сборник)

– Будем надеяться, – вздохнула Берма.

Брон обернулся к друзьям и обнаружил, что ихтиозавры не слушают их разговор, надеясь, что дракон сам во всём разберётся. Дельф плавает с младшеньким китёнком наперегонки, Бел учит двух других подростков ловить рыбу, а Ихтио болтает с Минтой, второй белухой. Самого маленького китёнка звали Минт, а двух других, погодков, Алн и Берм. Оказывается, белушатам, как людям, с самого рождения дают имена.

Когда китятам надоело гоняться и учиться, они принялись развлекаться: выдувать воздушные серебристые колечки. Теперь уже рыбоящеры превратились в прилежных учеников.

– Это же так просто! – хохотали белушата над неуклюжими попытками Бела соорудить воздушное колечко.

– Смотри, как надо! – Алн быстрым кивком головы создал завихрение воды, а дыхалом наполнил его воздухом.

Получился вертикально стоящий воздушный полуметровый обруч. Он секунд десять неподвижно повисел в воде, а потом рассыпался на фейерверк из пузырьков воздуха, устремившихся к поверхности воды.

– Даже самый маленький, Минт, и то уже научился! – посмеивался Берм.

Он-то сам умел выдувать не только кольца, но и целые воздушные спирали, что тут же с гордостью и продемонстрировал. Соорудив спираль, белушонок внимательно осмотрел её, словно удивляясь, какая красота получилась, а потом принялся ловко выхватывать из спирали отдельные звенья, превращая их в самостоятельные колечки.

В конце концов, потренировавшись, Ихтио, Дельф и Бел тоже научились выдувать вполне приличные кольца.

– Если долго мучиться, что-нибудь получится! – как дети, радовались ихтиозавры. – Когда вернёмся домой, будет, чем похвастаться перед плезиозаврами…

– А как вы собираетесь это сделать? – поинтересовался Брон.

– Мы думаем, ты что-нибудь придумаешь! – переглянулись ихтиозавры. – Ты же у нас голова!

– Вот всегда так! – проворчал дракон. – Как чуть что, так сразу: «Брон, выручай!»

«Я знаю, где находится один из переходов между Землёй и Биармией. Пару раз воспользовался им. Но для этого нам нужно добраться до Балланагара», – задумался дракон.

– Скажи, а где мы сейчас находимся? – обратился он к белухе.

– Люди называют… – начала Берма.

– Люди? – вмешался в беседу нетерпеливый Дельф. – Вы что, можете понимать людей?

– Разумеется, – удивилась белуха. – Правда, люди не понимают нас, ведь общаться мысленно никто из них не умеет. Но я слышала, что один белый кит по имени Нок, живущий за сотни дневных переходов отсюда, у берегов Америки, выучился говорить по-человечески. Оказывается, у людей столько разных языков, что они частенько и сами друг друга не понимают.

– А как ты могла узнать о Ноке? – удивился Бел. – Это же так далеко!

– Мы, белухи, можем общаться мысленно на расстоянии до трёхсот километров, – с гордостью пояснила Берма. – А наших в этой Большой луже – Атлантическом океане – везде много: и у берегов Америки и Гренландии, и возле Исландии и Шотландии, и у Норвегии и России. Так, от одного кита к другому, новости и распространяются по миру.

– Вот сейчас мы находимся на Белом море, – продолжила белуха, – на островах, которые люди раньше называли Соулвейскими, а теперь Соловецкими. А белухи у берегов Норвегии уже знают, что к нам упали с неба странные дельфины с двумя парами плавников. Мало того, ещё и на спине плавник отрастили…

Брон остановил словоохотливую Берму:

– А вы знаете дорогу к ближайшему входу в лабиринт биармов?

– Если бы помнили, где он, давно бы вернулись домой! – вздохнула она. – Но мы завтра поплывём на север Норвегии. Пора выводить молодняк в свет. Вдруг кто-нибудь из тамошних белух что-нибудь знает об этом. Вы можете плыть с нами!

– Так ты спроси их прямо отсюда! – предложил Бел. – Чего зазря ласты-то напрягать…

– Ишь, умник какой выискался! – неодобрительно взглянула на него белуха. – Кто же о таком на весь белый свет трубить будет?

На следующее утро сборная команда из белух, ихтиозавров и дракона отправилась в путь.

Белухи плыли первыми, показывая дорогу. Дельф присматривал за неугомонными китятами, которые в погоне за рыбами то и дело зарывались с разбега в коричневый придонный ил. Ихтио и Бел следовали по бокам отряда, зорко глядя по сторонам. Но драться было пока не с кем. Косатки в Белое море забредают редко, белые медведи ушли на север, где холодней, а китобоев здесь и быть не могло. В России запрещена охота на белух. Брон замыкал эскадру, время от времени нарезая круги вокруг отряда, когда ему становилось скучно плыть в хвосте стаи.

К концу дня путешественники добрались до пролива, соединяющего Белое море с Баренцевым. Глубина уменьшилась до пятидесяти метров, ил сменили камни, галька и ракушечник – известняк, состоящий из раковин и их обломков. И только подумали, что пора бы и перекусить, как навстречу попался косяк крупной, до полуметра, беломорской сельди. А после еды, как всегда, захотелось поспать. Недолго думая, они приостановились и легли на воду. В отличие от людей, во время сна у дельфинов и китов отдыхает только одна половинка мозга. Вторая же всё время управляет дыханием: выдох – вдох, выдох – вдох. Белухи лежали на поверхности воды, то погружаясь в такт дыханию, то всплывая. Ихтиозавры, наоборот, расположились посерединке между дном и зеркалом воды. Выдохнули – вдохнули, плавно опустились вниз и медленно всплыли. А вот дракону совсем не хотелось спать. Он убедился, что вокруг нет никого из любопытных, которые спят и видят летающих драконов, и полетел к ближайшему берегу.

Ночью это время суток можно было назвать только по недоразумению. Всё было видно, как днём, только воздух был каким-то сереньким, наверно, не выспавшимся. Брон поднялся ввысь настолько, что сумел увидеть всю оконечность Кольского полуострова, от Горла до мыса Святой нос. Берег представлял собой сплошную заболоченную равнину, валами, словно в продолжение морских волн, убегающую на юго-восток. Даже подходящий глядень – гору для обзора всего окоёма – Брон не смог подобрать, так, одни мелкие холмики! Так и не найдя ничего интересного, он вернулся к своей дремлющей команде.

Наутро отряд отправился в дальнейший путь.

– Теперь нам – прямая дорога вдоль берегов Кольского и Скандинавского полуостровов до самого фьорда Порсангер, что между мысами Нордкин и Нордкап, – произнесла Берма, тщательно высвистывая географические названия, данные этим местам людьми. – Пару дней, и мы – во фьорде! Кстати, там протекает тёплое течение, которое не даёт замерзать водам побережья…

– Эй, вы, смотрю, уже дрожите от холода, неженки! Ну-ка, подруга, за мной! Сейчас согреемся!

И белухи принялись загонять рыбный косяк на мелководье. Они устроили настоящую карусель, загоняя в середину пытающуюся разбежаться на все шесть сторон рыбу, и время от времени с аппетитом всасывая сверкающие серебром рыбьи струи. Дракон и ихтиозавры, не раздумывая, присоединились к охоте. Борн, хитрюга, взвился в воздух и начал выхватывать из косяка самых лакомых рыб. Некоторые из них, обезумев от страха, сами выпрыгивали из воды к нему навстречу, не зная, куда податься от этой свалившейся как снег на голову напасти. Что ж, у каждого – своё место в пищевой цепочке! Главное – не убивать без необходимости, не ощущать от этого удовольствие, не наслаждаться своим могуществом!

Подкормившись, они двинулась дальше.

Берега стали меняться, превращаясь из болотистых в холмистые, а затем – в скалистые и обрывистые.

А вот и конечная цель путешествия.

– Как бы ребята не передрались? – слегка опасались встречи пришельцев с земляками белухи. – Чего доброго, взбредёт в голову мужчинам свою удаль молодецкую выказывать…

Так и случилось! На подступах к фьорду вновь прибывших встретил передовой отряд белушской молодёжи. Они гоголями прошлись перед белухами, с любопытством оглядели ихтиозавров, удивлённо взглянули на дракона.

Затем, наверно, надеясь на многократное численное преимущество, принялись задираться.

– Ты посмотри, – насмешничал один, – плавников-то сколько нацепили! На спину, и две пары – по бокам…

– Это чтобы было легче вас догонять! – не полез за словом в карман Дельф.

– Семеро – одного не боимся, да? – тут же поддержал приятеля Ихтио, – такие вот смелые, да?

А Бел, не тратя слов попусту, выступил вперёд и штопором провинтил перед белухами, показав себя во всей своей ихтиозавровой красе.

Брон, увидев, что дело может зайти слишком далеко, пронырнул между двумя вовсю выпендривающимися сторонами, щёлкнул пастью с внушительными рядами зубов и, прямо в воде развернув свои многометровые крылья, взметнулся в воздух. Оказалось, что этот необычный зверь мало того, что в плавании может дать любому фору, так ещё и летает почище любой птицы.

– Связываться с таким себе дороже! – дружно решили задиры и расступились.

Увидев, что путь во фьорд свободен, дракон сложил крылья и красиво, без пузырьков, несмотря на двухметровые приливные волны, войдя в воду, присоединился к друзьям.