Молот Тора - Юрий Павлович Вяземский

На том эллиди, который встал напротив хельгового Змея, на воинах поверх кольчуг были надеты полотняные кафтаны блестящей белизны с красной оторочкой, в руках у них были короткие острые мечи такой формы, что могли больше колоть, чем рубить, и были способны пронзить любые латы. Среди росов одеждой и статью выделялся человек, который стоял на самом носу. Звали его Кари из Бердлы. В том ни малейших сомнений быть не могло. Его тут же узнали и Хельги, и многие бывшие рядом с ним на Змее.

Обычно перед боем противники дразнят друг друга, но тут все угрюмо молчали. Наконец Кари из Бердлы крикнул:

– Вот и снова встретились! Недаром говорится: как не дергай за нитку, не ты ее выпрядаешь!

– Можно обрубить, если не нравится! – улыбаясь, крикнул в ответ Хельги.

– Ну нет! – закричал Кари из Бердлы. – Ты, Хельги, для меня слишком вертлявый. Твоего дружка, Детолюба, надеюсь, тролли еще не забрали?

– Он возле мачты. Позвать его?

– Я сам к нему подберусь. У нас с ним спор не окончен.

– На сей раз не стану вас разнимать, – пообещал Хельги.

Пока они так перекрикивались, к правому борту Змея приблизилась одна из росских шнек. Ее предводили Хринг Косоглазый и Раудур Красноносый, а остальные люди были верингам незнакомы. И Хринг Косоглазый крикнул Кари Детолюбу, который на Змее стоял возле мачты:

– Тебе, Кари, я меньше всего хотел бы причинить зло! Столько пива с тобой выпили и не раз защищали друг друга.

– Не хочешь – не причиняй! – предложил Кари Детолюб.

– Не могу! Ты ведь будешь убивать моих новых товарищей, и стыдно было бы мне сидеть сложа руки! – крикнул Хринг.

– Не мы пришли в ваши земли – вы явились в наши владения! – крикнул Кари.

– С каких таких пор эти лягушатники стали у вас в подчинении?! – удивился Хринг.

– С той поры, как мы их себе подчинили, – ответил Кари Детолюб.

В это время с кормы к Змею стала заходить другая шнека, судя по флагу, шведская. На ней все воины были верингам незнакомы. И один из них, самый высокий, приметил на краю кормовой надстройки Болли Малыша и крикнул ему:

– Как зовут тебя, карлик? Я обещал одной из моих телок, что принесу ей в подарок головку. Пусть с ней забавляется.

– Едва ли мое имя важно для твоей подружки. Ты сначала доберись до меня, – ответил Болли.

А Мёрд Длинный схватил камень, бросил его в сторону острова, так далеко и так высоко, что камень скоро скрылся из виду, и прокричал:

– Пусть кто-нибудь из вас попробует так сделать! Может, узнаете тогда, на кого вы подняли руку!

О том, что кричали с кораблей, окружавших Сокола, и как отвечали им люди Ингвара, в этой саге не говорится.

23

Когда Кари из Бердлы стал сдвигать свой эллиди, чтобы подойти к Змею сбоку, перед носом у Хельги никого не оказалось. Тут же прозвучала команда, с перекладины опустился парус, Змей устремился по ветру вперед и вырвался из окружения. Все произошло так быстро, что никто не успел ему помешать. Совсем немного проплыв на север, Змей, однако, быстро развернулся и стал возвращаться, не так стремительно, но непривычно быстро для корабля, который под парусом идет против ветра. К тому же он часто менял галсы. У руля был Бьёрн Белый, а парусом управляли, его укорачивая и закрепляя, Гейр Красноносый и Свипдагр Секира. Это были большие мастера своего дела.

Росы сначала растерялись, но затем изготовились и принялись обстреливать хельгов драккар, который кружил вокруг них, как способны носиться лишь верткие пихтовые эйхи.

Стрелы, дротики и другое метательное оружие летели так густо, как снежные комья в метель. А Хельги велел своим людям:

– Укроемся щитами и побережем наше оружие, чтобы ни один снаряд не был потрачен впустую.

Так и сделали, и никто на Змее не был ранен.

Когда же град стрел, копий, гарпунов и острог поутих, Хельги разрешил ответить противнику. При этом стали обстреливать росов лишь немногие и самые умелые из верингов, в то время как другие с разных сторон прикрывали их щитами. Росы же, продолжая обстрел, все норовили выстрелить или метнуть, не заботясь о том, что в них теперь тоже стреляют и мечут, и многие гибли и получали ранения.

На Змее из лука стреляли:

На носу – Хельги и Атли Толстый. Хельги прикрывали щитами Старкад Рубашка и Рагнар Рыжий. Атли – Харальд Бычий Шип и Торд из Скалы. Оба стреляли метко и экономно. Хельги двух росов ранил и одного убил, с грустью заметив, что тот сам виноват, отложив щит и слишком увлекшись стрельбой.

От мачты, метко разя, стрелял Кари Детолюб.

Но всех превзошел в этом искусстве Болли Малыш, которому Ингвар, как уже было сказано, перед боем послал лук с рунами. Болли прозвал его Всевидящим, и лук этот и взаправду как будто сам видел цель; во всяком случае, ни одна пущенная из него стрела не пропала даром. Сначала Болли стрелял в знаменосцев, по одному убив на шведской и хринговой шнеке. На эллиди знаменосец успел укрыться щитом, но выпущенная Болли стрела, пробив щит, так глубоко вонзилась росу в руку и в грудь, что щит и знамя оказались приколоты к нему, как заколкой; их так и унесли вместе – человека, знамя и щит. Болли засмеялся и, наложив новую стрелу, стал выжидать. Торгаут Высоконогий, который прикрывал Болли своим Черепицей Вальгаллы, говорит Малышу:

– Чего медлишь? Пусти-ка стрелу в того ражего детину на шюте. Он отлично стреляет и уже три стрелы всадил мне в щит.

– Сначала я умечу того хвастуна, который обещал мою голову своей подружке.

Так говорит Болли и пускает стрелу в великана со шведской шнеки. Стрела пробивает ему панцирь, вонзается в горло, выходит с другой стороны и впивается в мачту.

– Ну, теперь, похоже, ему до меня не добраться, – говорит Болли. – Теперь и твоим финном можно заняться.

– Думаю, нет лучше тебя стрелка! – говорит Торгаут.

– Конечно, нет, пока у меня в руках Всевидящий. Он сам стреляет, а я его лишь натягиваю, – отвечал Болли. Он шутил, веселился и вел себя, как ребенок.

Чуть в стороне от него метко стреляли из луков лучники-ладоги. Но их никто щитами не прикрывал, и из четырех один был убит, а другой ранен.

А вот как со Змея бросали копья:

С носа бросал Олав Собака. На хринговой шнеке он двух ранил и на шведской шнеке одного убил; удар пришелся тому между лопаток и был такой