Осень Локи - Анна Евгеньевна Антонова

Ознакомительный фрагмент

Максиму пришлось понервничать, но, когда в августе выяснилось, что он все-таки поступил, да не куда-нибудь, а на крутой и престижный факультет информационных технологий – не чета моей филологии! – я почему-то не очень удивилась. Как будто случилось то, что и должно было произойти. К концу августа он благополучно перебрался в столицу и заселился в общежитие, а я…

Нет, между нами не завязался страстный роман. Мы общались, но скорее как хорошие знакомые. Да-да, я все знаю насчет дружбы между парнями и девушками, но по-другому назвать наши отношения не могу.

Странное дело: когда они были полузапретными, с привкусом тайны и даже порока – будто я соблазняю малолетнего, хотя это, конечно, далеко не так, к моменту нашей встречи мы оба уже отпраздновали совершеннолетие, – то будоражили и волновали. Да еще разлука сыграла свою роль, ведь на расстоянии все видится иначе: ты невольно начинаешь приписывать людям и событиям то, чего и близко не было, воспринимая все в нереалистичном романтическом флере. Встречи с действительностью вся эта шаткая конструкция, естественно, не выдерживает и рушится со страшным, хоть и невидимым и неслышимым, грохотом, переворачивая душу и сердце.

И вот мы оба студенты одного вуза, пусть Максим на курс младше – подумаешь, ерунда! А дальше? Банально и неубедительно. У него своя жизнь, у меня – своя. С начала учебного года даже не переписывались ни разу, не говоря уже о встречах – наш вуз такой огромный, что его факультеты разбросаны по городу. Случайно не пересечешься и не условишься, допустим, вместе пообедать в столовой.

Наш последний разговор состоялся в конце августа. Максим отрапортовал о своем прибытии по месту назначения, завершил его лаконичным: «Созвонимся», – и это фактически поставило точку в наших отношениях. Никогда не понимала этого странного слова: по-моему, его употребляли как раз в случаях, когда следующий звонок откладывался до бесконечности и вообще непонятно, кто кому должен позвонить. Каждый надеется на другого, и милый самообман еще некоторое время поддерживает иллюзию продолжающегося общения.

У Максима начинается совсем другая жизнь, которой я сама живу уже целый год, с новыми знакомствами и иным окружением. Похоже, мне в ней места не останется – того факта, что мы из одного города и были знакомы раньше, слишком мало.

Не могу сказать, что меня это огорчало. К счастью, ничего особенного между нами не произошло, я не успела сильно в него влюбиться, как, думаю, и он в меня. Да, собственно, даже о влюбленности речь не шла – возникла мимолетная симпатия, подогретая необычными обстоятельствами знакомства и последовавшим за ним расставанием на неопределенный срок.

Конечно, в том, что оно стало не столь продолжительным, была большая заслуга Максима. Он оказался не чужд театральности и склонности к спецэффектам – недаром на вечере встречи в школьном концерте блистал в роли короля. Иначе как объяснить его сногсшибательное появление во дворе университета и потрясающую сцену с поцелуем у всех на глазах? Мы же с ним были будто на сцене в ярком свете нацеленных на нас прожекторов. Уверена, он также упивался всеобщим вниманием и – чего уж там скрывать – восхищением, как я сама.

Но этот короткий миг миновал, и снова наступили серые будни, наполненные повседневными заботами и треволнениями. У меня начались каникулы, у Максима – нервотрепка, связанная с поступлением в вуз и переездом в другой город. Я прошла через подобное годом ранее и на собственном опыте знала, как это способствует резкому взрослению и расставанию с наивными детскими мечтами.

И вот теперь, когда я практически попрощалась с Максимом, мысленно поблагодарив его за яркие и незабываемые впечатления, мне о нем так неожиданно напомнили. И кто! Пашка Торопов, у которого не было и не могло быть с ним ничего общего.

– Ну есть, – настороженно подтвердила я. – А что?

– Кто именно? – деловито уточнил Пашка.

– Да зачем тебе? – Я не выдержала и невежливо ответила вопросом на вопрос.

Но Торопова голыми руками было не взять.

– Дело одно возникло, – уклончиво пояснил он. – Нужен чувак, шарящий в компах.

– И мой знакомый с факультета информационных технологий – единственный человек в городе, владеющий этим тайным знанием? – съязвила я, не поверив ни единому слову.

– Ну нет, конечно, – непринужденно отозвался Торопов.

Пашка старался поддерживать легкомысленный тон беседы, но я-то видела, как он напряжен. Похоже, вопрос действительно важный для него, и я пока даже не в состоянии осознать, насколько именно. Но кажется, сейчас я нужна ему гораздо больше, чем он старается показать. Что ж, воспользуемся этим и потянем время.

Я выразительно взглянула на Пашку, давая понять, что без подробных объяснений он ничего от меня не добьется. Он понял без слов и, вздохнув, проговорил:

– Мне посоветовали именно этого парня.

Понятнее не стало, я все еще допускала вероятность ошибки, поэтому не спешила с комментариями. Торопов тоже упорно молчал, внезапно растеряв красноречие, и я решила немного разрядить обстановку.

– Жаль, иголки сегодня не захватила.

– Что? – словно очнулся Пашка. – Какие иголки?

– Под ногти, – проговорила я с самым невинным видом. – Иначе же ты признаваться не желаешь.

– Ого! – Торопов посмотрел на меня с новым интересом. – А ты не так проста, как мне говорили. Не ожидал!

– Кто тебе про меня говорил? – сразу же зацепилась я.

– Не важно, – отмахнулся он. – Сказали, и все. Так поможешь или нет?

– Да в чем помочь-то надо? Я от тебя никак добиться не могу, кого ты ищешь.

– Максима Локтева, – наконец сознался Пашка.

К этому моменту я уже накрутила себя и почти не удивилась, услышав знакомое имя. Странно было слышать его от Торопова в таком контексте. Я, конечно, понимала, что кого попало на информационные технологии не возьмут, но до сих пор Максим существовал для меня отдельно от своих профессиональных достижений. Я толком и не знала о них ничего.

– Почему именно его? – продолжала допытываться я.

– Мне сказали, что он лучший, – нехотя проговорил Пашка.

Похоже, этот разговор утомил не только меня, но и его самого.

– Да кто сказал-то? – не могла понять я. – Откуда ты про нас знаешь? Ну, то есть со мной понятно…

– Не могу свои источники выдавать, – неожиданно твердо заявил он. – Даже не от меня зависит. Слишком серьезные люди за этим стоят.

Невозможно было понять: это правда или красивые слова для придания веса.

– Спрашивать, что за люди, бессмысленно?

Торопов пожал плечами.

– Если не хочешь, можешь сама с Локтевым не встречаться, – кажется, Пашка наконец о чем-то догадался. –