Рыжик на обочине - Энн Тайлер

воров, — тоже всегда выбирали обложки со скучнейшими заголовками, чтобы посторонние не соблазнились открыть.

Отец был родом из какой-то далекой страны, где-то в Азии. Как многие клиенты-мужчины, он принадлежал к типу любителей стоять над душой и рассуждать о технике, пока Майка возится с компьютером. Сначала мистер Фень расспросил о преимуществах лазерных и струйных принтеров, потом — не угрожает ли оборудование «умного дома» приватности личных данных. Майка отвечал односложно. Он предпочитал полностью сфокусироваться на том, чем занят в конкретный момент. Впрочем, это не помогло: мистер Фень любил поговорить.

Когда Майка заполнял чек, мистер Фень сказал:

— Вы мне однажды помогли разобраться с вирусами, когда работали в «Компу-клиник». Я так и подумал, что ваше лицо мне знакомо.

— В самом деле? — откликнулся Майка.

— А теперь у вас собственная компания, верно?

— Ну, компанией я бы это не назвал…

Майка оторвал первый экземпляр чека и вручил его мистеру Феню. Тот всмотрелся, поджал губы.

— Знаете, я, пожалуй, ничего сыну не скажу, — сообщил он Майке. — Он придет домой, включит свой компьютер, удивится, что случилось, но спросить меня он же не сможет, верно? А я ни слова не скажу.

— Хороший план, — согласился Майка.

— Может, он решит, это Бог управился, — сказал мистер Фень.

Они оба засмеялись.

Другие заказы были не столь интересны. Установить новую операционную систему, настроить новый принтер. Ерунда, не требующая участия мозгов.

Парня, с которым целовалась Лорна, звали Ларри Эдвардс. Нет, Эсмонд. Имя само всплыло в голове Майки, когда он, подключив принтер, ехал домой. Ларри Эсмонд — маленький, тощий, крошечный клочок темной бороды торчал из центра подбородка, словно приклеенный. Он ходил в одну с Лорной группу изучения Библии. Как-то осенью, под вечер, Майка шел через кампус в компьютерную лабораторию и случайно увидел Лорну и Ларри на скамье под дубом. Сначала подумал, Лорна чем-то расстроена, а Ларри ее утешает — она сидела понуро, опустив голову, что-то говорила, словно себе за пазуху, а Ларри закинул одну руку на скамейку за спиной Лорны и мрачно кивал, внимая ей. Но потом он поднял другую руку и убрал прядь волос с ее лица, и Лорна повернулась к нему, и они поцеловались.

Будь это сцена в кино — обманутый влюбленный замирает в ужасе на миг и удаляется прочь, негодуя; девушка испуганно вскакивает на ноги; коварный соблазнитель тоже встает и бормочет объяснения и оправдания, — Майка бы только фыркнул. Мелодрама чистой воды! И так далеко от его реальной жизни, от Лорны, — Лорна была очень преданной. Порой даже липучей — обеими руками хваталась за его локоть, когда они гуляли вместе, просилась с ним, когда он сообщал, что собирается выпить с ребятами пива или сходить в зал покидать мячик в корзину.

И тем не менее вот они: Лорна и Ларри.

Однако он не думал, что Ларри стал отцом Бринка. Для этого пришлось бы уж слишком напрячь воображение.

— Столовую ложку молотого чили, столовую ложку соли, четверть чайной ложки красного перца, — приговаривал он, отмеряя приправы и высыпая их в кастрюлю. Он всегда разговаривал сам с собой во время готовки. Глянул еще раз на старую, потрепанную карточку. — Два dientes de ajo[1], раздавить.

Он положил два зубчика чеснока на разделочную доску, раздавил их чугунной сковородкой и аккуратно собрал.

Кто-то постучал в заднюю дверь.

Сначала Майка подумал, что стучат в парадную дверь. Жильцы пользовались ей — она вела в холл, куда выходили двери квартир. Но нет, тихое тук-тук доносилось из-за двери рядом с раковиной. Слишком неуверенное, это не Кэсс. Он отложил сковородку, подошел к двери и открыл ее. За дверью обнаружился тот паренек Бринк, он слегка покачивался с пятки на носок, глубоко засунув руки в карманы. Солнце уже садилось, стало так холодно, что парень наконец раскатал рукава блейзера.

— Привет, — сказал он Майке.

— И тебе привет, — ответил Майка.

Бринк продолжал переминаться с пятки на носок.

— Как дела? — спросил его Майка.

— Да особо никак.

— Хочешь войти?

— Хочу, — ответил Бринк. Вытер ноги о коврик и следом за Майкой вошел в кухню.

— День с толком провел? — спросил Майка.

— А, да. Нашел библиотеку.

— Библиотеку, — повторил Майка.

— Там и сидел.

То есть он весь день просидел в библиотеке? Уточнять Майка не стал: откроется очередная проблема, в которую он не хотел заглядывать. Он махнул рукой в сторону кухонного стола и пригласил:

— Садись, что стоять. Пива хочешь? Или, может… Не знаю, — добавил он, спохватившись: Бринк же еще несовершеннолетний.

Но Бринк уже ответил:

— Пива бы неплохо.

И Майка не стал с этим спорить. Вытащил из холодильника банку «Натти Бо», передал парню. Сам вернулся к плите и закинул толченый чеснок в кастрюлю с чили.

— Одна луковица, нарезать, — скомандовал он себе. Самая нелюбимая часть процесса.

За спиной послышалось тихое «пфф» открывшейся пивной банки.

— Я читал книгу про «Ориолс», — мгновение спустя сказал Бринк. — Давненько они играют.

— Да уж, — согласился Майка.

— С 1901 года, если считать, когда они были «Брюэре».

— «Милуоки Брюэре»? — спросил Майка.

— Точно.

Майка обернулся поглядеть на своего гостя. Бринк откинулся к спинке стула, обеими руками сжимал банку пива.

— Но тогда ж они еще не были «Ориолс», — сказал Майка.

— Нет, «Ориолс» они только с 1953-го.

— А!

Майка продолжил резать лук.

— Лучшие же их дни пришлись на шестидесятые, — сообщил Бринк.

— Вот как, — откликнулся Майка. Он сбросил лук в кастрюлю и хорошенько все помешал. Уже чувствовался тминный дух, немного похожий на застарелый запах пота.

— Смотрю, ты всерьез исследованием занялся, — сказал он Бринку.

— Да время девать было некуда, — ответил Бринк.

Майка замолк. Когда фарш начал подрумяниваться, он достал себе пива из холодильника и тоже уселся на стул.

— Как насчет тут и поужинать? — поинтересовался он наконец.

— Было бы здорово! — обрадовался Бринк и со стуком опустил на пол передние ножки стула.

— Всего лишь чили, — пояснил Майка. — И моя подруга тоже придет, Кэсс.

— Чили — это здорово! — сказал Бринк. — И я буду рад познакомиться с Кэсс.

— Так что?.. — начал Майка.

Бринк насторожился.

— Так что на самом деле происходит? — задал вопрос Майка.

— Что происходит?

— В смысле, занятия сейчас идут полным ходом. Ты же не на осенних каникулах.

— Это верно, не на каникулах, — сказал Бринк.

Майка вскрыл банку пива и задал следующий вопрос:

— А где вообще этот колледж Монтроз?

Ему не слишком нравилась собственная настойчивость, но Бринк не возражал.

— В Виргинии, — сказал он. — Прямо у границы округа Колумбия.

— Ты живешь в общежитии? Или из дома ездишь?

— Господи, нет! Живу в