Антон Чехов - Том 10. Рассказы, повести 1898-1903

Гуров «обедал в саду» — в ялтинском городском саду был «первоклассный» ресторан («Ялта и ближайшие окрестности», стр. 21).

Впервые Гуров увидел «даму с собачкой», сидя в павильоне у Верне. Парижская кондитерская Ю. И. Верне находилась на Набережной, в д. Бентковского: «Визави кондитерской, на море, расположен изящный павильон, той же кондитерской» (там же, стр. 55). В этом павильоне летом 1889 г. состоялась встреча Чехова с увлеченной им юной писательницей Е. Шавровой, написавшей незадолго до этого свой первый рассказ «Софка» («Кисловодская идиллия») (Е. М. Шаврова-Юст. Об Антоне Павловиче Чехове. — «Литературный музей А. П. Чехова. Таганрог. Сборник статей и материалов». Вып. 3. Ростов н/Д., 1963, стр. 269–270). Очевидно, Чехов любил посещать павильон. 20 января 1901 г. из Ниццы он советовал матери: «…покупайте у Верне́ пирожные…».

Анна Сергеевна купила духи в японском магазине. В Ялте, на Набережной, в 1899 г. было два магазина японских изделий: Дементьева А. Ф. и Ятовца С. М. (см.: «Вся Россия. Адрес-календарь Российской империи». 1900. Т. 1, стлб. 1928). В 1899 г. Чехов приобрел в них «столик шестигранный, японский, черный», японскую тумбочку и японские вазы. Вещи эти экспонируются в Доме-музее А. П. Чехова в Ялте (см.: Мария и Михаил Чеховы. Дом-музей А. П. Чехова в Ялте. Мемуарный каталог-путеводитель. Под ред. С. М. Чехова. Изд. 7. М., 1963; №№ 118, 127, 81, 154; стр. 53, 56, 42, 59).

Очевидно, впечатления от ялтинского и таганрогского театров воплотились в описании театра города С. (см. в письме к сестре от 15 декабря 1898 г.: «Пишу это в театре, сидя на галерке, в шубе. Пошлый оркестрик и галерка напоминают мне детство».)

5 января 1900 г. военный юрист и литератор Б. А. Лазаревский писал Чехову о том, как он с морскими офицерами читал «Даму с собачкой» на пароходе, на котором они отплывали из Ялты 26 сентября 1899 г. (Чехов провожал его): «Ужасно обрадовались, когда читали, как приставал пароход к молу в Ялте, и решили, что это, наверное, был „Святой Николай“, на котором мы идем, т. к. он всегда долго выворачивается» (ГБЛ).

Чехов упомянул в рассказе любимый им «Славянский базар». Он часто останавливался в этой гостинице. Лазаревский заметил Чехову: «А из московских гостиниц Вы очень любите „Славянский базар“.

— Как так? Где?

— В „Чайке“, в „Даме с собачкой“, в повести „Три года“…

— Это оттого, что я москвич. В „Славянском базаре“ можно было когда-то вкусно позавтракать…» (Борис Лазаревский. А. П. Чехов. — Повести и рассказы. Т. 2. М., 1906, стр. 20).

Бывал Чехов и в докторском клубе, или Клубе врачей (Б. Дмитровка (ныне ул. Пушкинская), д. Шеппинг). 5 января 1893 г. П. А. Сергеенко сообщал ему из Москвы: «…кстати, здесь основалось с анекдотическими целями „общество XII“. Ты записан в числе учредителей. <…> Место: Докторский клуб. Задачи: анекдоты. Занятия: чаепитие, гости и ужин» (Записки ГБЛ, вып. 8, стр. 60). Н. Д. Телешов вспоминал о встречах с Чеховым: «Мы видались в Москве <…> в Докторском клубе…» (Чехов в воспоминаниях, стр. 479).

Фамилия героини — фон Дидериц, возможно, подсказана письмами к Чехову В. А. Чумикова, переводчика его на немецкий язык, от 12 сентября и 7 октября 1899 г. Он передавал предложение издательской фирмы Eugen Diederichs, Leipzig издать полное собрание сочинений Чехова на немецком языке и договаривался с ним об условиях (ГБЛ). Может быть, Чехов вспомнил и строки из письма Меньшикова от 15 декабря 1898 г.: «…предпоследний сын Льва Н<иколаевича Толстого> Андрей <…> женится на Ольге Дидерихс <Дитерихс>» (ГБЛ).

Вскоре по выходе в свет книги XII «Русской мысли» Чехов стал получать восторженные письма от близких ему людей — деятелей искусства и литературы.

13 декабря 1899 г. Гольцев, прочитав «Даму с собачкой» на собрании Литературно-художественного кружка в Москве, известил Чехова: «Рассказ произвел сильное впечатление» (ГБЛ, ф. 77, к. X, ед. хр. 43).

Отзыв И. И. Левитана передан в письме М. Т. Дроздовой, художницы, друга семьи Чеховых: «Сегодня была я, Антон Павлович, у Марьи Павловны, был Левитан, много говорили об Вас. Он всё говорил: „Чёрт возьми, как хорошо Антоний написал „Даму с собачкой“, — так же хорошо, как я пишу картины“. В литературном кружке ее читали, кажется» (<декабрь, 1899 г.> — ГБЛ).

23 декабря врач П. Г. Розанов, старый знакомый Чехова по Звенигороду, послал ему «образчик письма ревнивого мужа», требуя «непременной и скорейшей дуэли». В шутливой форме он утверждал, что его жена «только что возвратилась из Ялты», что она «„невысокого роста блондинка“, в „берете“», что при ней «находился „шпиц“», «именно „белый“», и что ее Чехов «на берегу „взволнованного моря“» привел «в такое состояние» (ГБЛ). 27 декабря Чехов отвечал: «Очень порадовали меня Вашим письмом».

Глубоко раскрыт смысл рассказа в письме М. Горького к Чехову в январе (после 5) 1900 г. Горький говорил об огромном значении творчества Чехова и, в частности, «Дамы с собачкой»: «Читал „Даму“ Вашу. Знаете, что Вы делаете? Убиваете реализм. И убьете Вы его скоро — насмерть, надолго. Эта форма отжила свое время — факт! Дальше Вас — никто не может идти по сей стезе, никто не может писать так просто о таких простых вещах, как Вы это умеете» (Горький, т. 28, стр. 112–113).

Лазаревский обратил внимание на гуманистическое чувство автора: «Вчера, на Новый год, прочел „Даму с собачкой“. Как ласковы Вы к людям! Еще не страшно жить на свете, коли чувствуешь, что есть сердца, расположенные ко всяким тяготам, которые налагает жизнь на людей!» (<январь, 1900> — ГБЛ). В следующем письме — от 5 января 1900 г. — он писал о типичности изображенной Чеховым ситуации, понятой и его спутниками, офицерами с парохода «Святой Николай»: «… стали читать „Даму с собачкой“. Читали поочередно, чтобы не устать. Я думал, что слушателям-помощникам капитана не понравится. Понравилось, и поняли, хорошо поняли, что, хотя этого, может, и не было, но это правда <…> Когда я кончил читать, помолчали, потом еще раз сказали, что это всё сама жизнь, и рассказали несколько случаев» (ГБЛ).

Находясь под впечатлением рассказа, Лазаревский 16 марта 1903 г. в письме к Чехову делился своими переживаниями: «Живя в „Славян<ском> базаре“, я всё ходил по коридорам и глядел на двери номеров, всё думал, не здесь ли встречались Дм. Дм. Гуров и Анна Сергеевна фон Дидериц. Трудно мне отрешиться от мысли, что их и не было никогда» (ГБЛ).

Глубокое проникновение в будничную жизнь людей отметила читательница Е. В. Лебедева в письме к Чехову <1900 г.> (см. об этом в примеч. к рассказу «По делам службы», стр. 400).

Сотрудник одесской газеты «Театр», М. Б. Полиновский, относил «Даму с собачкой», а также «О любви» и «В овраге» к тем произведениям Чехова, которые действуют на читателя «удивительным образом <…> заставляют много думать и много плакать» (письмо от 6 февраля 1900 г. — ГБЛ).

Доктор Г. И. Россолимо 6 февраля 1900 г. сообщал Чехову об успехах его последних вещей в среде преподавателей Московского университета: «Ваша „Дама с собачкой“ и „В овраге“ читаются теперь у нас с жадностью…»

В. Н. Ладыженский, земский деятель и писатель, сотрудник «Русской мысли», в письме к Чехову от 26 февраля 1900 г. из Пензы «одобрил» «и „Даму с собачкой“, и „В овраге“» (ГБЛ).

И. А. Бунин считал «Даму с собачкой» одним из лучших произведений Чехова (ЛН, т. 68, стр. 677).

«Всегдашняя почитательница» из Петербурга, С. С. Ремизова, в письме от 15 октября 1903 г. просила Чехова написать продолжение «Дамы с собачкой»: «Вы оставили своих героев, так сказать, в самую критическую пору их жизни, когда надо принять какое-нибудь решение, а какое? Вот трудный вопрос. Писать продолжение этого рассказа Вы, пожалуй, не захотите, так будьте добры, черкните несколько слов, как бы Вы поступили, будучи на месте Гурова <…> как бы Вы разрешили эту запутанную историю <…> В жизни людей так часты подобные безвыходные положения, в особенности в семейной жизни; так Ваша повесть попадет многим в цель, а потому очень интересно, даже важно узнать от такого сердцеведца, как Вы <…> как устроить свое счастье так, чтобы никто от этого не был несчастлив». Эту же просьбу Ремизова повторила в письме от 2 января 1904 г. (ГБЛ).

Л. Н. Толстой осудил чеховских героев. 16 января 1900 г. он записал в дневнике: «Читал Даму с собачкой Чехо<ва>. Это всё Ничше. Люди, не выработавшие в себе ясного миросозерцания, разделяющего добро и зло. Прежде робели, искали; теперь же, думая, что они по ту сторону добра и зла, остаются по сю сторону, т. е. почти животные» (Толстой, т. 54, стр. 9). О том, что Толстой был недоволен рассказом, Чехов знал из письма М. О. Меньшикова от 19 января 1900 г. Меньшиков передавал со слов Л. И. Веселитской, посетившей Толстых в Москве: «Ваша „Дама с собачкой“, по словам Л<идии> И<вановны>, ему не понравилась» (ГБЛ).