Бабка Котяжиха - Елена Воздвиженская

class="p1">– Не мути воду, Николашка, не зли Водяного! Не любит он шума, начнёт людей топить!

Захохочет Николушка, как дурной, да убежит прочь.

И вот раз пришёл он так же на берег озера. Взрослых нынче не видать, одна малышня у бережка играется, на мелководье возится, из песка запруды строят, домики мастерят из щепочек да веточек. Подобрался Николушка к ним поближе, пригляделся, после подошёл, и давай пакостить по-своему. А один-то мальчишечка с братом старшим пришёл. Взрослые поодаль играли в лапту, да издалека за меньшими приглядывали. Вот подошёл Николушка к этому мальчишечке и разговор какой-то завёл, после песка ему в глаза сыпанул, а песок на том берегу с солью намешан, глаза раздирает. Заплакал мальчонка. А Николушка, пока тот глаза протирал, возьми да и столкни его в воду, и давай по своему обыкновению ногой прижимать, топить, сам-то воды боится, глубоко в воду не суётся. Стал мальчонка захлёбываться. Старшие ребята это дело увидали, бросились на выручку. Подбежали, а Николушка уже в сторону отбежал, и оттуда дразнится. Покричал, похохотал, да в деревню рванул. А ребята мальчишечку из воды достали, теребят его, в чувство приводят, а он не дышит, губки посинели. Перепугались ребятишки, в голос завыли. На их счастье (Бог, видать, послал его), ехал мимо пастух с деревенским стадом. Он коров на водопой водил к дальнему пресному озеру. Услыхал пастух рёв, спрыгнул с коня, подбежал к детям, увидел, что к чему и принялся мальчонку отхаживать. Очнулся ребёнок, задышал, заплакал, ожил.

А была у этих братьев бабушка. И бабушка эта знахаркой была в деревне. Лечила она людей. Мать Николушкина частенько к ней сыночка приводила, бабушка-знахарка его настойками да отварами своими лечила. Прибежали ребятишки домой, рассказали всё, пожаловались, и пошла бабушка в дом к Николушкиным родителям. Пришла, да и говорит, так, мол, и так, что же ты творишь, Николай? Пошто ты дитя чуть не утопил? А Николушка исподлобья на бабку глядит, снова себя выгораживает:

– Не было меня там, – отвечает.

– Да как же это не было, когда тебя все ребята видели?

Понял Николушка, что бессмысленно отпираться и признался, что был он у озера, но никого не обижал.

– Брось, – говорит бабка, – Все видели, как ты Митьку топил. Кабы не Прошка-пастух, конец бы пришёл моему внуку.

Отнекивается снова Николушка. Видит бабка, что его и сам чёрт не сломит, и пошла прочь, да только на прощанье кинула через плечо:

– Ох, гляди, Николушка, доберётся до тебя Водяной. Попомнишь ты, как с водой безобразничать, да людей обижать.

Вот прошло время. Раз возвращаются ребятишки с озера в деревню, вечер уже был, смеркалось, а навстречу им Николушка бежит. Остановились ребята в удивлении и спрашивают его:

– Ты куда собрался на ночь глядя?

– Искупаться хочу! – кричит им в ответ Николушка.

Ребята так и обомлели. Да чтобы Николушка, да купаться бежал?! Его в баню-то вели, так он дурниной орал. И тут на тебе – купаться он захотел. Чудеса!

– Да ты что? – крикнули ребята ему вслед, – Ведь закат уже, нельзя купаться! Ночью время Водяного да русалок.

А Николушке хоть бы что, так и убежал с глаз, да скрылся за поворотом дороги. Пожали ребятишки плечами и пошли по домам. А на следующее утро шум и гам по деревне – Николушка пропал! Люди-то, правду говоря, перекрестились тайком. Много гадостей он всем сделал, никто его не любил. Родителей, конечно, пожалели, единственный ребёнок всё ж таки. Надо помогать всем миром. Принялись искать. Туда-сюда сунулись, в лесу покричали, по деревне прошлись, в поле вышли, в лугах побродили. Нет нигде Николушки. И тут ребятишки вспомнили, что видели вчера, как Николушка вечером на озеро бежал со всех ног. А мать не верит:

– Да как же так, – говорит, – Он воды боится, не мог он такого сказать.

Однако же, взяли мужики невод и пошли на озеро искать. Закинули раз, другой, тяжело невод пошёл, достали они корягу старую. Снова бросили невод, и снова тяжело он пошёл, думали было опять корягу выловили, никто особо и не верил, что Николушка в воду пойти мог. Как вдруг и вытаскивают Николу! Утоп…

Выволокли его на берег, вой поднялся, мать с отцом волосы на себе рвут, кричат, о землю бьются. На людей страх напал – как же так? Это ж какая сила должна была быть, чтобы самого Николашку в озеро заставить нырнуть? Не иначе, как сам Водяной его к себе позвал, морок навёл, и после утопил. Стали глядеть, что к чему. Видят, вся одежда на Николушке цела, как был одет, так видать в воду и вошёл. А самое-то страшное, что руки и ноги его связаны были крепко-накрепко водорослями длинными, которые росли только на самой глубине озера, там, где мужики рыбачили. Стоит народ, смотрит, в затылках чешут, и вдруг слышат – а озеро-то забурлило в середине! Да так сильно, как никогда раньше не бывало! Ужас на всех напал:

– Водяной злится! – закричал народ и бросился с берега врассыпную, оставив безутешных родителей с утопленником наедине. А те смельчаки, кто остались, увидели вот что.

Взметнулся из озера столб водяной, такой высокий, что сосны на берегу крохотными в сравнении с ним показались, рокот послышался и бульканье, обдало всех брызгами солёными, после зарычало, и увидели все, как в середине того столба лицо мелькнуло, на человечье похожее, да только не человечье вовсе, а за лицом и вся фигура показалась – получеловек-полурыба. Глаза навыкате, кожа серая, пятнами синими покрыта, а вместо ног – хвост серебристый! Так и попадали все, кто это видел, от страха наземь. А существо хвостом махнуло, да и ушло на глубину, вместе с водяным столбом. Заворчало внутри озера, заворочалось, и затихло. Лишь рябь по поверхности побежала, да вода замутилась. Много лет с той поры минуло, а и по сей день помнят жители той деревни про то, как Водяной Николушку наказал. Так то.

Не зря ведь мудрость народная говорит – худо тому, кто добра не делает никому.

Как девки к Баннику ворожить ходили

Помните Паруньку-то? Так вот, расскажу я вам нынче, как они с подружками к баннику ходили ворожить. Слушайте.

Было это аккурат на Покров, по осени. Не всё на святках гадали, бывало и в другое время. Дни стояли уже морозные, снег выпал. Оно ведь как в народе говорится? Коли на Покрова снег выпал, то к Дмитриеву дню санный путь ляжет, а коли на Покров снега нет, так и до Екатерины ему не лечь, всё слякоть будет под ногами. Так вот, в тот год уже подморозило, земля заледенела, ветра с севера подули холодные, крупка снежная покрыла всё кругом, зимой повеяло. Три подружки – Парунька, Галинка да Стеша – решили на парней гадать, любит аль не любит. А родители у всех трёх строгие попались, за такое дело бранились, мол, нечего Бога гневить да на судьбу ворожить, грех то. А девкам не терпится узнать, каково оно всё сложится-то? С любимым жить придётся аль с нелюбимым? Давай перебирать, кто какой способ знает. На валенках – смех один, а не гаданье, на зёрнах – то же, одна забава, на зеркалах – страшно. Вон Дуняшка после такого гаданья дурочкой осталась, на кой оно надо! Думали девки, думали, и порешили они идти узнавать судьбу у Банника. Вроде и не так страшно это дело. И бают, что правду Банник сказывает. Да в баню-то не в свою пошли, а к тётке Марье, что жила со своей семьёй на краю деревни, а баня-то иха стояла у самого озера, за огородами. Пошли девки туда, чтобы родители, значит, не прознали.

– Ежели что, скажемся, что на моей улице гуляли, – сказала Галинка.

Она-то подальше жила, а Парунька со Стешей в соседях были.

Как стемнело, оделись девки потеплее, встретились, да пошли огородами в назначенное место. Спустились тихонько к озеру. Вот и баня. Двери раньше не запирали, так, колышек торчит в петле, и всё.

– Ну, я первая пойду, – говорит Стеша.

Ей уж больно Мишаня нравился Хмырцев, хотелось узнать, будет ли она