Антон Чехов - Том 25. Письма 1897-1898

На обороте:

Autriche. Австрия. Прага.

M-r D-r Bòž. Prusik. VI Mozáŭ 359.

Батюшкову Ф. Д., 26 декабря 1898*

2539. Ф. Д. БАТЮШКОВУ

26 декабря 1898 г. Ялта.

26 дек. Многоуважаемый Федор Дмитриевич!

Очень рад служить, шлю Вам полное свое согласие*. Оговорка тут может быть только одна, а именно: «Ванька» уже и раньше издавался и «Посредником», и бар<онессой> В. И. Икскуль, и Комитетом грамотности* — и если это не может служить препятствием, то издавайте еще раз.

Кстати о Роше: во Франции мне очень не хвалили его* как переводчика. Говорят, что моих «Мужиков» перевел он очень плохо*.

Я живу в Ялте, пробуду здесь, вероятно, всю зиму. Здоровье мое порядочно. Погода хорошая, но живется скучно; вот уже вторую зиму я провожу без снега.

Будьте здоровы. Поздравляю Вас кстати с новым годом, с новым счастьем, желаю всего хорошего.

Искренно Вас уважающий

А. Чехов.

Мой адрес: Ялта.

На конверте:

Петербург. Его высокоблагородию Федору Дмитриевичу Батюшкову.

Литейный, 15.

Вишневскому А. Л., 26 декабря 1898*

2540. А. Л. ВИШНЕВСКОМУ

26 декабря 1898 г. Ялта.

26 дек.

Дорогой Александр Леонидович, поздравляю Вас с новым годом, с новым счастьем и желаю Вам здоровья, счастья, успехов и всего, чего только пожелаете. Шлю Вам большое, громадное, шестиэтажное спасибо за Вашу милую телеграмму*. Я сохраню ее на память и когда-нибудь, этак лет через 20, покажу ее Вам. Из газет я почти ничего не понял*, но приехал в Ялту брат Иван, пришло письмо от Владимира Ивановича*, и я уразумел, как в самом деле Вы хорошо играли, как было вообще хорошо и какая в сущности нелепость, что меня нет в Москве. Когда и где я увижу «Чайку»*? Крепко жму Вам руку. Думал ли Крамсаков*, что я буду писать пьесы, что Вы будете артистом?

Всем поклон, привет.

Ваш А. Чехов.

На конверте:

Москва. Его высокоблагородию Александру Леонидовичу Вишневскому.

Художественный театр (в Каретном Ряду).

Иорданову П. Ф., 26 декабря 1898*

2541. П. Ф. ИОРДАНОВУ

26 декабря 1898 г. Ялта.

26 дек.

Многоуважаемый Павел Федорович, всё собираюсь написать Вам и наконец собрался теперь, в праздники, когда кстати уж заодно, между делом, могу и поздравить Вас с новым годом, с новым счастьем. Поздравляю Вас и от души желаю всего хорошего.

А дела вот какие. Д-р Ножников на Ваш вопрос о моем здоровье ответил так странно* по той причине, что телеграмма Ваша была срочная и он боялся промедлить ответом — это его собственное объяснение. Затем о моем портрете. Мой брат*, который гостит теперь в Ялте, передавал мне, что будто Вы намеревались заказать или даже уже заказывали художнику Бразу копию с моего портрета*, того самого, который теперь в Третьяковской галерее. Брату сообщил об этом сам Браз. Считаю нужным подать и свой голос, на что имею право, ибо речь идет о моей физиономии. Портрет, по общему отзыву, не похож, написан Бразом неинтересно, вяло. Зачем он Вам? Лучше хорошая фотография, чем плохая копия с непохожего портрета, и если уж так нужно, то я в Москве сниму с себя большую фотографию и пришлю. Или, если не хотите фотографии, я сам когда-нибудь закажу свой портрет. Кстати сказать, в Париже хотел лепить меня известн<ый> скульптор Бернштам* — и я не дался. Теперь, когда буду в Париже, непременно попозирую у Бернштама* и его работу пришлю в библиотеку.

У меня в Ялте набралось много книг. Как быть с ними? Навигация закрылась, а посылать по жел<езной> дороге это всё равно, что посылать в Вологду.

Из «Таганр<огского> вестника» ничего нельзя понять*, что нового в Таганроге, какая у Вас жизнь. Ялта растет с каждым днем. Тут и водопровод, и канализация, и скоро будет электричество, будут удлинять мол, расширять набережную, но того, что называется жизнью, нет совсем. Тут бывает сезон, но жизни нет. Приходится скучать по Москве, где особенно в эту зиму живут так буйно. Там одних театров десять штук, и все битком набиты.

Будьте здоровы. Желаю Вам всего хорошего.

Крепко жму руку.

Ваш А. Чехов.

На конверте:

Таганрог. Его высокоблагородию Павлу Федоровичу Иорданову.

Коновицеру Е. З., 26 декабря 1898*

2542. Е. З. КОНОВИЦЕРУ

26 декабря 1898 г. Ялта.

Дорогой Ефим Зиновьевич, поздравляю Вас и Евдокию Исааковну с новым годом, с новым счастьем, желаю Вам жить много лет в добром здравии и полнейшем благополучии. Спасибо Вам громадное за телеграмму* и за письмо*. Спасибо!!! Здесь было хорошо, но сегодня ветер, холодно; приходится сидеть дома и поглядывать равнодушными очами в окно и завидовать тем, кто в такую погоду не в Ялте. Моя пьеса не идет?* Мне не везет в театре, ужасно не везет, роковым образом, и если бы я женился на актрисе, то у нас наверное бы родился орангутанг — так мне не везет!!

Будьте здоровы. Жму руку.

Ваш А. Чехов.

26/XII.

На конверте:

Москва. Его высокоблагородию Ефиму Зиновьевичу Коновицеру.

Пименовский пер., д. Коровина.

Чеховой Е. Я., 26 декабря 1898*

2543. Е. Я. ЧЕХОВОЙ

26 декабря 1898 г. Ялта.

26 дек.

Милая мама, подательница сего Вера Ефимовна Голубинина, учительница Ялтинской женской гимназии. Пользуюсь оказией и посылаю Вам десять рублей, которые я подарил Вам в день именин.

Я здоров, всё обстоит благополучно. Ваня Вам кланяется.

Скоро новый год, поздравляю Вас и Машу, желаю всего хорошего.

Ваш А. Чехов.

Благодарю за шелковую рубаху*.

Шавровой-Юст Е. М., 26 декабря 1898*

2544. Е. М. ШАВРОВОЙ-ЮСТ

26 декабря 1898 г. Ялта.

26 дек.

Многоуважаемая коллега, обе книжки — растерзанную кровь потревоженной души и нигилистку — получил*. Первая доставила мне истинное удовольствие, а вторую я давно уже читал. «Нигилистку» Вы завернули в простыню, положили в пакет, запечатали, наклеили тысячу марок — зачем такие предосторожности? Можно было бы просто заказною бандеролью.

В Ялте всё еще очень хорошая погода.

Из Москвы пишут и барабанят во все барабаны, что «Чайка» имела успех*. Но так как в театре мне вообще не везет, не везет роковым образом, то одна из исполнительниц после первого представления заболела* — и «Чайка» моя не идет.

В театре мне так не везет, так не везет, что если бы я женился на актрисе, то у нас наверное родился бы орангутанг или дикобраз.

Пришлите мне еще какую-нибудь книжку и пишите еще.

Ваш А. Чехов.

А главное-то и забыл: с новым годом!!

На конверте:

Петербург. Ее высокоблагородию Елене Михайловне Юст.

Пантелеймоновская, 13/15.

Щепкиной-Куперник Т. Л., 26 декабря 1898*

2545. Т. Л. ЩЕПКИНОЙ-КУПЕРНИК

26 декабря 1898 г. Ялта.

Милая кума, поздравляю Вас с новым годом, с новым счастьем, желаю провести оный в добром здравии и благополучии и дождаться многих предбудущих. Телеграмму Вашу получил* и был тронут до глубины сердца. И письмо Ваше* пришло первым, и, так сказать, первой ласточкой, принесшей мне вести о «Чайке», были Вы, милая, незабвенная кума.

Как Вы поживаете? Когда пришлете мне Вашу книжку стихов? Кстати о стихах: Ваше стихотворение в «Н<овом> в<ремени>» (монастырь)* просто прелесть, одно великолепие. Очень, очень хорошо. Здесь в Ялте продолжается теплая погода, хочется снегу.

Жму руку. Будьте здоровы, не забывайте Вашего кума кучера Антона.

26 дек.

На обороте:

Москва. Ее высокоблагородию Татьяне Львовне Щепкиной-Куперник.

Божедомский пер., д. № 8 Полюбимова.