Николай Переяслов - Я пишу - лучше всех

* * *

Вечером смотрел телевизор и читал авантюрно-фантастический роман Майи Новик "Охота на скитальца" в журнале "Сибирь" (2001, № 4). Интересно, но похоже, что автор и сама не всегда четко понимает, кем являются её герои и что с ними происходит...

23 декабря, воскресенье. Проснулся в половине двенадцатого, да и то с большим трудом - так сильно устал за последнее время. Немного поработал над обзором журналов для "Дня литературы", но в основном делал технические дела. Распечатал переведенные мною на русский язык поэмы Абдурахмана Курбалиева (66 страниц) и написанную Алинкой сказку о принцессе Воздушинке:

ПЛАТЬЕ ИЗ ВОЗДУХА, САПОГИ ИЗ ВОДЫ...

Сказочная история

"Жила в одном небесном королевстве принцесса по имени Воздушинка, и была она очень красива. И вот посватались к ней как-то женихи из соседних небесных королевств, говорят, мол, выходи за кого-нибудь из нас замуж. Но Воздушинка решила не спешить с ответом, а сначала проверить их на трудолюбие и смекалку. Говорит: "Сшейте мне за три дня платье из воздуха и сапоги из морской воды. А ещё достаньте из-под земли волшебное колечко оно хоть с виду и невзрачное, но кто его наденет, тот станет невидимкой и обретет волшебную силу. Вот только взять его в руки сможет лишь тот, кто бескорыстен, добр, смел и имеет чистое сердце."

Сказав так, она отвела каждого из женихов в предназначенную для него комнату и заперла его там, дав по мотку воздушных нитей, а вместо иголки камень с высеченной на нем загадкой. Кто её разгадает, тот получит упрятанную в камне иглу и сможет выполнить задание. А загадка была такая: "Летели три золотых лебедя, которые несли в своих клювах корзинки с серебряными яблоками. Сколько яблок было в каждой корзинке, если всего их было 11, но ни один из лебедей не нес больше другого и все яблоки были целыми?.."

Три дня женихи ломали себе головы над задачей, но никто из них так и не нашел на неё правильного ответа и не смог выполнить поручения Воздушинки. "Эх, вы! - сказала через три дня принцесса. - Да разве же эти лебеди могут вообще полететь, хоть с яблоками, хоть без яблок?" - и указала им за окно, где у каждого на виду стояла золотая скульптура, изображающая трех лебедей в полете.

На следующий день она назначила им ещё одно испытание, дав каждому по два ведра морской воды, а вместо молотка и сапожных гвоздиков - куб с разноцветными сторонами. Сказала им: "Внимательно смотрите в окно, и куб даст каждому из вас все необходимое". И опять заперла их на три дня в своих комнатах.

Но, сколько ни пялились принцы в свои окна, а через три дня никто из них снова не смог выполнить задания Воздушинки.

"Эх, вы! - во второй раз сказала принцесса. - Я же вам советовала смотреть в окно, там каждый день были для вас подсказки". Взяла она у одного из претендентов так и не пригодившийся ему куб, подошла к окну, за которым пылал розовый закат, повернула куб розовой стороной к окну, он сам и открылся. Взяла куб у другого из женихов, повернула его голубой стороной к видневшемуся в окне морскому берегу, и плоскость тут же распахнулась. Взяла третий, обратила белой стороной к проплывавшему мимо облачку, и сторона эта, как крышка у сундучка, тут же откинулась. Вот они - волшебные молоточки с заговоренными гвоздиками - бери, тачай принцессе сапоги да веди её под венец! Да только - поздно. Самим надо было до всего додуматься, на то оно и испытание...

"Ладно, - говорит Воздушинка, - даю вам ещё одну возможность, только на этот раз - уже последнюю. Ступайте в подземное царство да добудьте мне оттуда волшебное кольцо. Но будьте готовы ко всему, так как головоломки там буду задавать вам уже не я, а Королева Подземной Горы."

Ушли женихи, а через трое суток возвратились ни с чем. Не смогли ответить на вопросы подземной королевы...

"Эх, вы! - покачала головой Воздушинка. - И тут осрамились. Придется мне искать жениха среди простого народа". И она объявила свои условия по всем городам и весям, сказав, что тот, кто выполнит все её три условия, станет её мужем и небесным королем.

И такой человек нашелся - им оказался рыбацкий сын Иван, случайно узнавший о поставленных принцессой задачах. От него за версту пахло морем и рыбой, но он сшил ей платье из воздуха, стачал сапоги из морской воды и надел на руку волшебное колечко, дающее чудодейственную силу. Принцесса сначала опечалилась такому повороту судьбы, но потом повернула то колечко три раза вкруг своего пальчика, прошептала какие-то слова - и превратился воняющий камбалой рыбачок в прекрасного принца с золотыми кудрями. И загремела свадебная музыка, и три дня все небесное королевство гуляло на том пиру, позабыв о делах, а посрамленные женихи поплелись, не солоно хлебавши, по своим королевствам..."

* * *

Не знаю, может быть, я и не обратил бы на эту сказку (как и на то, что я цитировал из Алинкиных сочинений выше) ни малейшего внимания, не будь это написано моей собственной дочерью, но я привожу здесь её опыты совсем не для умиления, а только для того, чтобы иметь возможность проследить на примерах, как идет процесс развития творчества у ребенка и во что это в конце концов выльется. Хочется верить, что это понятно тем, кто будет читать мой дневник. Его ведь пишет не просто любящий отец, но и литературный критик, исследующий то, как происходит рождение писателя...

24 - 27 декабря; Москва - Балаково - Саратов - Москва. В эти дни я, а также Игорь Иванович Ляпин и Гена Иванов ездили в город Балаково Саратовской области, где по инициативе поэта Владимира Пядухова состоялось открытие городского отделения Союза писателей России. В течение вторника у нас там состоялись встречи с мэром города Валентином Викторовичем Тимофеевым, оказавшимся простым русским мужиком с очень усталыми глазами, и его замом Геннадием Николаевичем Утенковым, а также выступление перед студентами Балаковского института техники, технологии и управления, и затем - небольшой фуршет, устроенный для нас его директором Анатолием Андреевичем Землянским. Он же вручил нам на память о Балакове небольшие подарки органайзеры и ежедневники.

На следующий день, после завтрака в Администрации города, мы на двух "Волгах" выехали в Саратов, погостили немного в областной писательской организации и в 16 часов уже отбыли скорым поездом обратно в Москву.

Все эти дни меня, словно заоконная поземка, сопровождал легкий рой ни к чему не обязывающих рифм. Началось это ещё дома с утреннего разговора с Алинкой, которая спровоцировала меня на рождение лозунга: "Чтоб всё успевать в этой жизни, используй / любую минутку свободную - с пользой", ну а потом уже пошло-поехало. Возвращался в трамвае № 26 из издательства "ГАЛА ПРЕСС" и у Даниловского кладбища вынужден был сделать пересадку на 38-й номер. Увидел продающиеся у входа в кладбище венки и тут же родилось начало будущего стихотворения: "У Даниловского кладбища - / на венки высок тариф. / Я забрел сюда, не клад ища / и не ради редких рифм..." Потом, глядя из окна 38-го трамвая: "Остановка "Красные суконщики". / Снег такой, что не сойти б с ума! / Чуть видна в трех метрах надпись "Пончики" / да вокруг кирпичные дома..." Доехав до Павелецкого вокзала, я сходил в магазин "Парижская коммуна" и купил себе новые ботинки взамен старых, у которых провалились каблуки. Тут же сменил обувку, включая носки, и счастливый пошел на работу, бормоча про себя: "Надев носки ангорской шерсти, / иду заснеженной Москвой, / с винцом в груди и жаждой лести, / для всех, тепло обутых, - свой..."

Какое-то стихотворение начало рождаться также в поезде "Москва Балаково", но там у нас шел интересный разговор о литературе, Ляпин вспоминал время своей молодости, встречи с Рубцовым и прочее, так что досочинить его я не успел, но начало на всякий случай записал: "Над безмерностью русской души не гадай, / сядь в вагон - и Россию вблизи повидай. // Поезжай мимо дол, мимо сёл, мимо круч. / Русский поезд - к загадке Отечества ключ..." И потом ещё немного: "...Пусть летят, как оковы, в рассветную рань / Балаково, Быково, Калуга, Рязань... // ...Ты здесь не был. Но помнишь перрон и вокзал. / Это - Родина. Ты её сразу узнал..." Дома перечитал написанное и думаю, что это было бы неплохо довести до конца.

Или вот ещё одно, наметившееся там же в поезде стихотворение: "...О как тут не сойти с ума, / в просторы глядя полусонные, / где только низкие дома, / по крышу снегом занесённые? / Где только неба белизна / от ветра колкого качается, / как будто тонкая стена, / что не увидеть - где кончается..."

27-го декабря в семь часов утра, нагруженные дорожными впечатлениями, книгами балаковских писателей да подаренными нам Иваном Васильевичем Шульпиным копчеными сомами, мы возвратились в Москву и, дождавшись Алинку из школы, я повел её к трем часам дня в Союз писателей на Новогодний праздник, который устраивали наши арендаторы.

28 декабря, пятница. С утра съездил на улицу Усиевича в Международный Литературный фонд, чтобы заплатить деньги за путевки в переделкинский Дом творчества, куда мы хотим втроем уехать на 4 - 7 января, чтоб хотя бы немного отдохнуть от города. В бухгалтерии меня начали убеждать, что сместивший В.Ф. Огнева с поста председателя МЛФ Р.С. Гюлумян, против которого сейчас поднята кампания в прессе, хочет спасти литфондовскую собственность от участи писательской поликлиники. Мол, те, кто на него сейчас наезжает, просто хотят приватизировать свои дачи, и все. Если они это сделают, больше никто из писателей никогда переделкинских дач не увидит, а Гюлумян хочет этому противодействовать.