Молот Тора - Юрий Павлович Вяземский

– Может быть, и ты, Ингвар, наконец нам что-нибудь скажешь.

Ингвар ему не ответил.

– Ты ведь наш годи и главный жрец. Как нам решать без твоего совета? – продолжал Эйнар.

И снова Ингвар промолчал.

– Тебя называют Знающим Наперед. Ты не забыл об этом? – настаивал Эйнар.

Тут Ингвар грустно ему улыбнулся и так сказал:

– Мой бог молчит и другим богам не дает мне подсказывать.

Все теперь смотрели на Ингвара и ждали, что он еще что-нибудь скажет. Но он ничего к своим словам не прибавил.

И тогда заговорил Эйнар, который сказал:

– У Ингвара бог молчит. Нашему звездочету, Ингемунду, тоже надо сначала посмотреть на звезды. Я сам пока не могу принять решение. Мне не известно, какие силы у росов и не врет ли нам чудь, желая столкнуть нас с норманнами. Я также не знаю, не обманывают ли нас ловачи, шелонцы и ильмени. Чтобы правильно поступить, надо знать, как взаправду дела обстоят.

– Поэтому сделаем так, – продолжал Эйнар. – Посланцам мы скажем, что обсудили их предложения, но решение пока не готово. Пусть все они возвращаются в свои племена и ждут. Разве что луги пусть будут пока у волхов – они нам понадобятся в первую очередь. Я со своими людьми отправлюсь в Алдею и приведу в порядок волхов. Ингвар пусть направится к ильменям и их образумит. Ты же, Хельги, плыви на Шелонасау. Ты среди нас викинг и знаешь, как усмирять непокорных.

– Я вырос из того возраста, когда похвально быть викингом, – улыбнулся и сказал Хельги.

– Не спеши вырастать, – усмехнулся Эйнар. И спросил: – Кто со мной не согласен?

Никто не стал ему возражать.

Но Логи поинтересовался:

– А как мы с Угоняем поступим?

– Он мой пес. Я с ним сам разберусь. Без твоей помощи, Логи, – сказал Эйнар.

5

Сказано – сделано. Посланцам велели возвращаться домой и ожидать решения верингов. Когда решение будет принято, их вызовут, прислав им ратную стрелу, – так это принято у норманнов.

Восемь судов тут же отчалили от Тролльнеса, а девятое, на котором со своими людьми приплыл Угоняй, окружили Эйнаровы берсерки: Торлак Ревун, Глам Серый, Кетиль Немытый и Рэв Косой. С оружием в руках они их стерегли.

Эйнар с Берси Сильным и Бьёрном Краснощеким отправились в овчарню, куда был отведен Угоняй. Что они там делали, в саге не говорится. Но к вечеру лодья с гостомыслами исчезла с причала. Угоняя на Тролльнесе больше никто не видел.

Ближе к вечеру над озером появился туман: будто несколько белых столбов поставили в глубине и сверху плиту на них положили, как крышу.

Когда же стало смеркаться, эта крыша исчезла, столбы истончились и стали похожи на нити.

6

Через несколько дней тремя боевыми кораблями, Волком, Соколом и Змеем, веринги отправились в Алдею.

Прибыв туда, они первым делом снарядили разведку. На судне, на котором приплыли луги, через Протоку в Залив Финнов отправили прибывших в Тролльнес ишоров и невов. С ними послали Хаки Стрелу и Кале Лиса, которые у Хельги были разведчиками. Лугам велели по Волхову добраться до Ильмень-озера и оттуда пешком идти на северо-запад, вдоль Луги-реки, когда они на нее выйдут. С ними отослали Храфна Злой Глаз и Сольвара Гирьки. Первый был из команды Эйнара, второй плавал вместе с Ингваром и родом был из Восточного Йотталанда. Мийкуллана и Пармана, лугского и ишорского предводителей, веринги пока оставили у себя в Алдее.

Отправив разведчиков, веринги, как было решено, разделились по племенам. Эйнар остался в Алдее и быстро навел порядок у волхов. Собрав самых влиятельных, Эйнар им объявил, что отныне он, Эйнар Себезакон, будет управлять племенем и станет карать смертью всех, кто дерзнет и дальше сеять раздоры. Своими помощниками среди волхов он назначил Ждана, родича Остромира, а из так называемых гостомыслов – Тараха, который до этого был правой рукой Угоняя. Самого же Угоняя, как уже говорилось, и след простыл.

Ингвар отправился на Ильменватн и устроил свой лагерь в том месте, где из озера вытекает Волхов-река и где у них главное святилище – возле холма с дубовой рощей, на берегу Черной Реки, которую они называют Чернавой. Оттуда он, Ингвар Сокол, стал образумливать ильменей. В помощь себе из них он избрал старейшину племени Дудика, предводителя ильменских гостомыслов Вышату, но чаще других приглашал к себе Сотко, жреца их, и с ним советовался.

Хельги же свой лагерь разбил на южном берегу Треллеватна, в Устреке, где проходила граница между шелонцами и ловачами. Созвав их предводителей, он им объявил, что он, Хельги Верный, прибыл сюда не для того, чтобы на них охотиться, а чтобы их защищать от всех, кто дерзнет на них напасть с юга или с запада. Среди шелонцев и ловачей не было гостомыслов и некого было укрощать. Но оба племени нужно было удерживать от нападения на ильменей и ильменский треллегард.

Наведя порядок, Хельги и Ингвар вернулись в Алдею. Вместо себя Хельги оставил Атли Толстого, а Ингвар – Сасмунта, сакса.

К их возвращению как раз вернулись разведчики. Первыми на шютте приплыли Хаки Стрела и Кале Лис. Они сообщили, что пять росских кораблей этой весной и вправду грабили лугов с ишорами, бесчинствуя на побережье и проникая в глубь их территорий. А ныне, сбыв добычу на рынках, они пируют и отдыхают в устье Наровы-реки. Когда же Эйнар поинтересовался у разведчиков, насколько достоверны их сведения, Хаки и Кали ответили, что, плавая вдоль южного берега Залива Финнов, они расспрашивали встречных рыбаков, а это, как известно, самый надежный источник.

Через несколько дней прибыли другие разведчики: Храфн Злой Глаз и Сольвар Гирьки. Они подтвердили рассказ Хаки и Кале, но к нему добавили следующее: кораблей не пять, а шесть, и шестой корабль принадлежит гауту. Боевые отряды на росских судах в основном состоят из шведов, но есть среди них норвеги и даже даны. Сейчас, в середине лета, грабители отдыхают, но в начале осени, когда ишоры и луги соберут урожай, росы собираются вернуться на чудские земли и учинить там широкий разбой. Эйнар и Храфна спросил: откуда эти известия. Храфн тогда указал на Сольвара и напомнил, что гауты повсюду имеют своих людей, а Сольвар кивнул; он был неразговорчивым гаутом и каждое свое слово будто взвешивал на весах.

Собрали совет, и Эйнар, который его вел, первым спросил Ингвара:

– Что теперь скажешь, Фрамвитанд?

Знающий Наперед молчал. И тут же встрял Логи Финн:

– Ясное дело, что речь идет о разборке