Жилой комплекс «Курицын» - Дмитрий Петров

у вас, да? Сс-ка… Грамотно, ля! Вам повезло, что вы меня знаете! Если что, говорите всем, что вы Малася знаете!

Качок никак не унимался. Теперь он вспомнил молодость, растрогался и одного за другим прижимал дрожащих студентов к сисястой груди. Всё было похоже на странную басню. Словно медведь украл зайчат, чтобы поиграть ими в русскую рулетку. Пятерых пропустит, а шестому откусит голову. Перед глазами зайчат уже пролетела вся их недолгая жизнь, вот-вот начнутся титры…

И вдруг в последний кадр вошла роскошная рыжая лисица. Слишком реальная для предсмертного видения, плутовка с ленцой наблюдала за происходящим, прислонясь к дверному косяку. Заглянув сюда отдать дань никотину, она заинтересовалась, задержалась и даже закурила вторую сигарету, ничуть не боясь медведя. Через минуту он, проследив, куда направлены шесть пар глаз, заметил её и, конечно, был сражён наповал.

– Опа… какая пикантная барышня… – сказал он и потянул было свои лапы к её манящим формам.

В ответ лиса с размаху полоснула его морду когтистой пятерней и рявкнула, словно влепила вторую пощёчину:

– Ты что, попутал, козёл?

Ни капли испуга, лишь аристократическая брезгливость отразилась на её прекрасном лице. Убедившись, что медведь поджал свой куцый хвост, она вышла в дверь, ведущую в ресторан. Качок, забыв про своих студентов, поплёлся вслед за ней.

Мы обязательно вернёмся к зайчатам, только глянем, куда направились хищники. Красотка пересекла громыхающий зал диско-бара и уселась за главный стол по правую руку от именинника. Побитый качок проследил её путь и, с ужасом поняв, на что он сейчас покусился, на полусогнутых ногах поволокся извиняться.

– О, владычица! Прости жалкого червя… Отсохни мой язык во веки веков… Моя рука и шпага… Гадом буду… – Грохот колонок заглушал слова, поэтому всё было передано горячей пантомимой. В ожидании милости покорный раб остался плакать под столом в положении ниц.

Тем временем студентики наконец спокойно вздохнули. Кто бы мог подумать, что на дне рождения уважаемого спонсора, мецената, депутата придётся выступать перед какими-то бандитами из девяностых.

В каморку вошёл ди-джей:

– Зал, конечно, тухлый сегодня, ребята. Третьего выступления, пожалуй, не надо. Вот ваши деньги. Минут через десять-пятнадцать вручите подарок от братвы и можете домой идти. И шутку про песок из задницы не надо говорить, не зайдёт сегодня.

– А где подарок? – спросил студент в очках.

– А здесь подарок! – раздался торопливый говор, и в каморке возник солидный человек с подвижными бровями и триколором в петличке пиджака. Очень знакомый, но точно не из «Криминальной России». Таких показывают в новостях региона. «…Представитель фракции Юрий Перминов встретился с прессой и представителями общественности…»

– Что сидим? Пересчитывайте! – Он бросил студентам большую спортивную сумку. Через открытую молнию сверкнули упакованные в пачки доллары. – Я, что ли, буду это делать?

– А сколько тут должно быть? – спросили студенты пересохшими голосами.

– Ровно миллион должен быть, мои хорошие, пошевеливайтесь!

Перминов спихнул сумку студентам при свидетелях – старинная уловка. Кто последний трогал, тот и в ответе, если чего-то недостанет.

Парни замерли в нерешительности: как пересчитывать? Стола нет, пол заплёван…

– Вы же находчивые! – ответил пиджак на их немой вопрос, помахал бровями и убежал.

Легче не стало.

– Ребята, давайте быстрее, мне вас объявлять надо, – сказал ди-джей.

– Да иди, я прослежу за ними. – В дверном проёме снова возникла лиса. Ди-джей ушёл, украдкой покосившись на великолепную грудь.

Очкарик нашёлся быстрее других:

– Так, вставайте в линейку, руки держите, буду каждому давать по пачке. Миниатюра «Случай в библиотеке».

И точно, они смотрелись как пришедшие за учебниками первокурсники. Правда, библиотекарша была чересчур соблазнительна для этой сценки. Скоро у каждого студента в стопке оказалось по двадцать пачек.

– Всё верно! – отсалютовал очкарик. – Складываем обратно.

– Погоди! – вдруг сказала лиса, взяла одну пачку с верхушки и спрятала в дамскую сумочку. – Одной не хватает.

В этот миг в каморку вошли друг за другом: ди-джей, пиджак и наш знакомый качок с заплаканными глазами. Последний лелеял надежду вымолить прощение у лисицы.

– Сосчитали, что ли, родные мои? – спросил пиджак.

Простой вопрос повис в воздухе. Студенты не знали, что ответить.

– Одной пачки не хватает, – сказала лиса.

– Как не хватает? – взвизгнул пиджак. – Пересчитывайте! – И через секунду, указав на юнцов, добавил: – Обыщите их!

Студенты в этот миг прокляли и себя, и свой КВН. Они уже поделили в уме десять тысяч долларов на шестерых и представили себя закатанными в бетон.

– Да не брали они, я тут всё время стояла, – вдруг заступилась лиса. Затем повернулась к побитому качку и произнесла раздельно, как дрессированному псу:

– Одной пачки не хватает!

Тот покрутил своей уродливой башкой и на удивление оперативно всё понял:

– Ща сделаем! – В тот же миг его словно сдуло, и, не успели собравшиеся заскучать, в дверь просунулась пачка денег, а за ней заискивающая расцарапанная морда.

– Ну слава тебе, господи… – Пиджак закинул пачку в сумку и закрыл молнию.

Волевым жестом он приказал всем расступиться и, как утят, повёл за собой выводок весёлых и находчивых. Затем вышли ди-джей и лиса. Следом за ней, лебезя, увивался качок:

– Я ещё раз извиняюсь, я надеюсь, конфликт исчерпан?

Через двадцать минут счастливые студенты сбежали прочь. Ещё через двадцать минут они лежали в тёплых постельках. Ещё через двадцать минут именинник Игорь Владимирович Захарченко, депутат, меценат и бандит, покинул празднество вместе со свитой, подарком и любимой сестрой Алисой. В баре остались самые отбросы с вечно ущемлённым самолюбием и непременным стволом за поясом – критическая масса. Ещё через двадцать минут они что-то не поделили, поднялась стрельба, и двое, включая нашего знакомого Малася, покинули этот грешный мир.

АВГУСТ 2017

Возле самой уборной в хвосте салона эконом-класса рейса Мадрид – Москва, подпираемая жирным соседом, проспавшая обед, одуревшая от никотиновой и алкогольной жажды, бесславно возвращалась в презираемые родные пенаты Алисия Агуардиенте, а до этого Элис Дранк, а ещё до этого Алиса Чачашвили, и совсем до этого Алиса Владимировна Захарченко.

Слева в постоянной очереди сменялись то чьи-то дети, то чьи-то задницы. Справа пыхтел, как тесто на опаре, толстяк сосед, а его необъятные бока растекались и свисали с подлокотников. Он хотел было затеять знакомство, но, один раз встретившись с Алисой взглядом, стал бояться стряхнуть крошки с пуза, чтобы лишний раз не шевельнуться.

Год назад этим же самым самолётом, только в противоположном направлении, Алиса летела с новым мужем к новой жизни. Первый класс, шампанское, три тележки багажа.

Этот брак оказался рекордным по продолжительности. Правда, из двенадцати месяцев Алиса только первые четыре провела с супругом. Следующие четыре