А также их родители - Тинатин Мжаванадзе

памятника Талейрану.

– Мой руки, обед, немного отдохни, и ровно в четыре – уроки! – железным, одетым в плюш голосом объявляю я войну.

Мишка нашаривает пульт и перематывает на «Легенду об Аанге».

– Новые серии посмотрю, и потом, – отбивает он удар. Лихо! Это значит – я не знаю, сколько этих новых серий и в котором часу они закончатся. Позвольте, у нас же есть перемотка!

– В четыре мы садимся за уроки, – беру я лопату для отрывания томагавка войны. – А если не успеется – поставишь на паузу!

Мишка обескуражен. Берет тайм-аут до четырех.

Пока отсиживаюсь в окопах и временами прохожу, как тень, возле телевизора. Напряженно пытаюсь понять, где он меня развел.

– Миша, а где «Аватар Аанг»?

– Это продолжение, «Корра», новый Аватар, – охотно разъясняет саботажник. – Ты же знаешь, что после смерти душа Аватара находит новое тело?

По крайней мере, про Далай-ламу и Будду ему все будет понятно.

Но уже почти четыре часа! Время надевать доспехи.

Мишки нигде нет, на экране застыл Спанч Боб с изумленным лицом.

– Где он? – нервно спрашиваю я, бряцая кольчугой.

– Где-где, в туалете, – меланхолично отвечает Марина. – Он сказал, что проголодался.

А-а-а, ушлый плут! Обошел меня, как девчонку, в два хода!

Туалет продолжается примерно минут двадцать.

– Почему у нас нет камеры в ванной?! – стучу я дверь. – Продолжатель традиций старшего брата! Выходи, а то сломаю дверь!

Мишка выходит с лицом профессора, к которому явился дворник за жалованьем.

– Я есть хочу, – коротко сообщает он и молниеносно оказывается за столом.

– Мультики не включать! – перехожу я на фазу открытого противостояния. – Марина, положи ему немного, он же обедал только что!

– Но я не ел сладкого, – невозмутимо верещит из укрытия Мишка. Нет, Марину надо перевербовать, иначе дело труба.

Уже прошел час после заявленных четырех.

Жду еще пятнадцать минут и иду на абордаж.

– Так, где твои книжки, – командую я, и Мишка понимает, что надо вовремя отступать. Из ранца вываливаются учебники, оборванные тетрадки, конфетные фантики, ножницы, фигурка безрукого Предатора, куски пластмассовой линейки, мелочь, пули-бусинки и очень много рваной бумаги.

Испепеляю взглядом – виновник торжества не ведет и ухом.

Выбросив три килограмма мусора, заполняем дневник.

– Так, а задания где?

– По математике была контрольная, а по грузинскому – будет завтра. – Какие честные глаза, стыдно подозревать ребенка.

Мой пыл сдувается и вытаскивает из кармана приготовленный белый флаг.

– А… английский? Русский? Природа?!

– По английскому учительница болеет, – делает бровки домиком вражина.

Мои позиции давно остались на пепелище добрых намерений, и пламя освещает мое скорбное лицо.

– Русский…

– Неужели тоже контрольная? – взвизгиваю я.

Мишка поднимает бровь и наслаждается моим позором.

– Нет, просто ничего не задали. А природу – сейчас почитаем! – Простодушная улыбка призвана убедить противника в благородстве и перемирии.

– Погоди, – обнажает клыки противник, – сейчас я позвоню и проверю твои задания!

Реакция на удивление безмятежна.

Роюсь в телефонной книжке и понимаю, что звонить некому. Есть один Саша, да и тот раздолбай не лучше моего.

Все-таки звоню, чтобы не терять лица окончательно. Саши не было в школе. Хм.

– А можно, я пока искупаюсь и потом сделаю природу? – по-моему, этот ребенок меня гипнотизирует.

Все обвалилось, как карточный домик.

Ухожу, волоча за собой боеприпасы.

– Нет уж, завтра, вот завтра я точно пойду в школу, и лично – лично! – запишу все задания!

– Ага, – поддакивает Мишка из ванной.

Еще один бой проигран, ухожу зализывать раны. Что из него вырастет?!

Дети вчера меня достали, и я сыграла драматическую мать – разочарованную жизнью донельзя.

Они молча наблюдали из своих кроватей, как я скорбно поджимаю губы, и гадали: какой именно длины речь выдаст на ночь маман на сей раз?

– Вот ты, Сандро, больше не спрашивай меня, почему я в плохом настроении. Опять просрал весь день возле телевизора…

Дети засмеялись.

– Что я сказала смешного?! – повысила я градус драматизма, готовясь сыграть Гертруду.

– Ты же сказала «просрал», – услужливо влез Мишка и засмеялся еще раз.

– В самом деле, – поразмышляв, согласилась я и решила засмеяться с ними вместе.

За что была зацелована до синяков обоими засранцами.

Я что-то делаю неправильно, это несомненно.

Сравнение не в мою пользу

Снимаю шляпу перед кормильцем: сколько бы я не выпендривалась своими материнскими заслугами, в искусстве выбирать и преподносить подарки он меня побивает на «раз-два».

Мишка недавно туманно помечтал вслух о наручных часах – только с циферками. Сигнал я приняла и обработала, а сегодня повезла кормильца искать подарок – завтра у юноши день рождения.

Пока кормилец ставил машину (почему никогда нет места на парковке? почему?! ПОЧЕМУ?!), я пошла искать часы.

Нашла магазинчик, выбрала какой-то шпионский прибор со Спайдерменом, где часов-то и не было, не считая экранчик размером с муравьиную задницу, вдобавок продавщица сказала, что открыть крышечку и вставить элементы не сможет, потому что у нее нет отвертки (?!?!?!?), а начальника тоже нет и сегодня не будет.

Я повыступала насчет особенностей грузинской торговли, потом потопталась возле прилавка и купила какой-то красный браслетик с цифрами – непромокаемый, угодливо пообещала пристыженная продавщица.

Тем временем пришел кормилец и высказал все, что он обо мне думает. Потом посоветовал самой носить этот красный позор и пошел искать дальше.

Я поправила сумку, обиделась и отправилась на поиски антикварного советского дуршлага – знаете, нет ничего лучше этих старых советских посудин, через них отлично протирается ткемали и сацебели.

Пока я искала свои железки, кормилец торжествующе выбрал часы «Касио». С будильником, телефонной книгой, выходом в Интернет и прямой связью с марсианами – судя по цене.

Потом он потребовал коробочку и подставочку, заставил все протереть, положить специальный замшевый футлярчик (зачем? ЗАЧЕМ?!) и под конец оформить все это в специальный пакетик «Касио».

Я почувствовала себя последним уродом и отщепенцем, уныло поплелась сзади со своими тазами и дуршлагами, бубня в свое оправдание, что все равно Мишка все это поломает или потеряет.

– Ну и что, – любуясь подарком, сказал этот противный человек. – День рождения у ребенка, а ты экономишь! Опять свои железки купила!

При выборе футбольного мяча я уже не совалась, тихо сопела и только напомнила, что Мишка болеет за «Реал Мадрид».

Спасибо, дорогое Мироздание, что бестолковая, но экономная мать уравновешена безукоризненным папой.

Мишка, уроки – 3

По грузинскому задали написать буквально пять слов об Илье Чавчавадзе, используя за основу пройденный рассказ.

Что бы сделала я?

Что сделал бы трепло и писака Сандро?

Мы бы взяли эти пять слов,